Почему гибнут дели, или Где в Ульяновске опасные места и кто за них в ответе

Гулять по заброшенным полуразвалившимся зданиям и строениям, считают подростки, интересно и модно. А еще очень и очень опасно. Речь не о памятниках истории, а об уродливых недостроях, заброшенных предприятиях, покинутых хозяевами аварийных домах – все это официальным языком «потенциально опасные объекты», а простым – молчаливые убийцы, поджидающие неосторожных жертв. И чаще всего ими оказываются дети… Кто должен и кто на самом деле следит за заброшками, как их посчитать и что с ними делать – выясняли в ulpravda.ru. Мальчик не выжил, директор осуждена, место расчищено Трагедия в Инзенском районе Ульяновской области разрушила сразу несколько судеб. Только из-за того, что руководство филиала АО «Железнодорожная торговая компания» решение о сносе заброшенного здания хлебозавода приняло не самостоятельно и не вовремя. Здание снести им все же пришлось, но уже после суда и приговора. На исправительные работы отправилась и 46-летняя на тот момент глава организации. Она признана виновной в причинении смерти по неосторожности. Напомним: 26 октября 2019 года в заброшенное здание хлебозавода на улице Красных бойцов в Инзе поиграть пришли двое мальчишек - 11 и 7 лет. Младший прятался, старший искал. Искал долго, пока мама не позвонила. Но и тогда дозваться приятеля не смог, убежал домой. А вечером к нему пришла уже мама спрятавшегося друга, узнать – не видел ли он ее сына, ведь тот домой так и не пришел. Сознался мальчик не сразу – забоялся, что будут ругать, но все-таки правду про «заброшку» и прятки рассказал. Искать заигравшегося пошли уже взрослые. Как оказалось, 7-летний малыш спрятаться решил повыше, а потом неудачно спрыгнул, подняться не смог – лежал среди поломанных кирпичей. Первоклассника срочно отправили в больницу, но он не выжил. Травмы оказались смертельными. «По результатам рассмотрения представления в настоящее время осуществлен демонтаж комплекса зданий бывшего хлебозавода», - сообщили позже в СУ СК по Ульяновской области. Но инзенское здание-убийца в области такое не единственное. Кто считает На самом деле, все подобные места не просто хорошо известны, они подсчитаны и проверены. Вот только мгновенно разобраться с ними не получается. Так, прокуратурой Ульяновской области сформирован и постоянно пополняется реестр потенциально опасных для жизни и здоровья объектов и мест пребывания. На ноябрь прошлого года он включал 79 зданий, сооружений и других объектов. Из них 23 объекта «ограждены, законсервированы, снесены». Но к сентябрю этого года прокурорами выявлены еще 17 потенциально опасных мест. Проводим небольшой подсчет – получаем действующий список из 73 объектов на контроле прокуратуры. «Более подробная информация будет по результатам этой проверки после 15 октября, - добавили в прокуратуре Ульяновской области. - Вопросы надзора в сфере обеспечения безопасности жизни и здоровья граждан, в особенности малолетних, находятся на постоянном контроле руководства прокуратуры Ульяновской области». Сам список меняется гораздо чаще, чем составляются годовые отчеты. Как пояснил ulpravda.ru старший помощник прокурора Ульяновской области Василий Зима, прокурорские работники регулярно собирают информацию для обновления реестра. «В ходе собственных проверок или получают данные от органов власти, от хозяйствующих субъектов о тех объектах, которые выходят из строя и не функционируют. Например, обанкротилось предприятие и у него остались какие-то корпуса, которые не используются, либо муниципальное предприятие перестало функционировать, котельная осталась заброшенной - соответственно, эту информацию мы проверяем и включаем в реестр. И такие объекты могут быть самыми разнообразными: это заброшенные старые почты, детские сады, недостроенные школы. Все они представляют потенциальную опасность для людей, а особенно для детей». Кто в ответе Каких-то критериев опасности в общем списке опасных сооружений нет. Отозваться настоящей трагедией такой объект может в любой момент и в любом виде. Известно, например, что сам по себе недострой, если обойти его стороной, на голову не свалится, но вот любопытные дети к таким зданиям так и тянутся. Причем забираются высоко и падают нередко. Вспомним 2019 год и здание-убийцу в Новом городе на проспекте врача Сурова: 2 марта после падения с высоты здесь погибла 15-летняя школьница, три недели спустя такая же участь постигла 14-летнюю девочку, 23 мая с этой высотки упал уже 21-летний парень, а 18 июня со второго этажа сорвался 8-летний мальчик. В итоге «руководством хозяйствующих субъектов выполнено ограждение строительных площадок». Шокирующий список прерван. Но само здание ни достроено,  ни снесено. Хотя мнение прокуратуры на этот счет однозначно. «Ограждение такого объекта – это минимальное, что может сделать собственник. А в абсолюте надо стремиться к тому, чтобы либо совсем сносить объект, либо строить его и вводить в эксплуатацию надлежащим образом. У всех таких объектов обязательно есть собственник: это либо муниципалитет, либо хозяйствующий субъект – конкретная коммерческая структура. По закону, а он прямо об этом говорит, если объект законсервирован, его надо либо снести, либо оградить таким образом, чтобы к нему не было никакого доступа. Если таких мер не принимается, то прокурор через суд, соответственно, требует это все устранить», - говорит Василий Зима. Положительные примеры быстрого реагирования собственников в практике прокуратуры тоже имеются. Из недавнего: «Десятиметровая труба в Вешкаймском районе на законсервированной котельной была наклонена как Пизанская башня. Безусловно, представляла опасность для жизни и здоровья людей – в любую секунду могла обрушиться. Она же металлическая. Это могло повлечь и вред имуществу, и телесные повреждения, и даже гибель людей. Естественно, по требованию прокурора она демонтирована», - рассказал Василий Зима. Но бывает так, к сожалению, не всегда. Если в Вешкайме прокурор внес представление и получил реакцию со стороны органов местного самоуправления всего за несколько дней, то с некоторыми собственниками бороться приходится годами. Закон требует порядка, порядок – времени, а собственники, которые напрямую несут ответственность за каждое возможное происшествие на принадлежащем им объекте, почему-то часто это время растягивают. «Сначала прокурор ищет собственника объекта, потом предъявляет к нему претензии в виде акта прокурорского реагирования, и если тот отказывается – через суд уже добивается обязания его снести. Если нет, то потом уже судебные приставы добиваются от собственника того, чтобы снести этот объект», - рассказали в прокуратуре об установленных порядках. Например, все в том же Инзенском районе из трагедии на заброшенном хлебозаводе выводы, похоже, не сделали. Без вмешательства прокуратуры МБУ «Благоустройство» не принимало мер к ликвидации аварийного здания, расположенного вблизи жилых домов на улице Рузаевская в городе Инза. Место облюбовали асоциальные элементы и… дети. Угрозу жизни и здоровью населения снесли только после внесения официального представления. И никакой романтики Одновременно с войной прокуратуры и правоохранительных органов против «заброшек» соцсети пополняются все новыми историями и целыми пабликами, где обсуждаются прогулки по «заброшкам» Ульяновской области. Места наносятся на карту, подростки после посещения локаций охотно делятся впечатлениями. Открывают что-то новое, рассказывают, как куда пройти и в какое время сделать это можно без лишнего внимания. Однако и за такими разговорами, и за публикациями фото детей на крышах (а такие из окон соседних квартир часто делают взрослые и отправляют в Сеть) тоже пристально следят. «Прокуратура каждые 20 минут проводит мониторинг всех средств массовой информации и социальных сетей, в том числе через специальные поисковые объекты. Если мы в ходе изучения этих сведений получаем любую информацию о таких объектах, это сразу же становится поводом для проверки», - пояснил ulpravda.ru Василий Зима. На вопрос - так кто же в итоге несет ответственность за каждого такого подростка на стройке или «заброшке» - в прокуратуре дают однозначный ответ - собственник объекта.