Патриарх Кирилл. Места детства
В день рождения память невольно переносит нас в детство –, в родной дом, дома родных и друзей детских лет, в места, где мы бывали. А с какими местами было связано детство Святейшего Патриарха Кирилла, который 20 ноября празднует 74-летие? Из воспоминаний, которыми он порой делится в интервью, выступлениях, публикациях, а также рассказов тех, кто знал будущего Патриарха в те годы, мы можем узнать о комнате в коммунальной квартире, в которой жила семя Гундяевых в послевоенное время, о крохотном домике, который они снимали летом неподалеку от Пюхтицкого монастыря, о Вырице, куда довелось ездить к прославленному ныне в лике святых преподобному Серафиму Вырицкому, а также домику в мордовском селе, где жил дед Патриарха – священник Василий Гундяев, прошедший в свое время лагеря за свою веру в Бога. Причем этот дом, после кончины отца Василия перешедший другим людям, которые многое там переделали, сейчас можно увидеть практически в том же виде, как это было в детские годы Предстоятеля Русской Православной Церкви.
«Мы жили в послевоенном Ленинграде очень стесненно, в комнате было совсем мало мебели и не было никаких украшений. Лишь на стене висела фотография отца Иоанна Кронштадтского – совсем небольшая, выполненная в цвете. Это была, скорее, старинная гравюра, где праведный был изображен в малиновой бархатной рясе с отворотами. В детстве я любил рассматривать этот портрет», – вспоминал Святейший Патриарх Кирилл. Однако, по его свидетельству, скудость средств, стесненные условия жизни вовсе не были главными впечатлениями от детских лет: «Атмосфера в нашей семье была удивительной. Я почти не помню, чтобы папа с мамой ссорились. Это был очень счастливый брак. Думаю, что и атмосфера, царящая дома, и ситуация в школе, сопровождающаяся некоей конфронтацией, — все это и привело меня к принятию решения стать священником».
Время школьных каникул зачастую было связано для него с удивительным местом – Пюхтицей. В течение нескольких лет семья Гундяевых в летние месяцы снимала там у эстонки Линды Нурн домик, неподалеку также жили и работали в колхозе тетя и дядя будущего Патриарха. Это обшитое вагонкой строение с крохотными комнатками, «домик Патриарха», как порой называют его в этих местах, желающие могли увидеть уже в наше время.
Но главное, что связано с этим местом – Пюхтицкая обитель, одна из немногих оставшихся действующими в Советском Союзе. «Монастырь наш трудовой, поэтому все, и Володя в том числе, помогали монахиням. Он работал на скотном дворе, – рассказывала помнившая юные годы Патриарха Кирилла насельница обители матушка Исидора (Носова). – Очень любил лошадей и других животных. С братом бегали к инокине, у которой было много кошек».
Дед Святейшего Патриарха Василий Гундяев за церковную деятельность и борьбу с обновленчеством подвергался заключению и ссылкам, был узником Соловков, а впоследствии, став священником, прослужил немало лет в Башкирии. В далеком мордовском селе Оброчное родителям его жены принадлежал дом-пятистенок, куда каждый год летом приезжала многодетная семья отца Василия.
Впоследствии, когда по старости он был почислен на покой, отец Василий поселился в Оборочном, а молиться ходил в единственных оставшийся открытым в округе храме села Ичалки. Говоря об этом храме, с которым связаны воспоминания его юности, Святейший Патриарх Кирилл отметил однажды: «Именно сюда приходила наша благочестивая семья во главе с дедом Василием, с супругой Параскевой и детьми. Здесь они бывали каждое воскресенье, несмотря на то, что от Оброчного до Ичалок идти пешком не так близко, не было службы, которую бы они пропустили».
Как же получилось, что дом в селе Оброчном, где в ранние годы жизни неоднократно гостил у своих дедушки и бабушки в Патриарх, несмотря на прошедшие годы, сейчас предстает перед взорами посетителей практически таким же, каким он был многие десятилетия назад?
Об этом рассказывается в репортаже Ирины Злобиной:
Эта небольшая пятистенка на одной из улиц села Оброчное сразу же выделяется на фоне современных строений с пластиковыми окнами и крышами из цветного железа за двухметровыми металлическими заборами. Уголок забытой деревенской старины спрятался всего в нескольких километрах от Ичалок. Сегодня это дом превратили в музей, а когда-то здесь юным мальчишкой в окружении самых родных своё детство проводил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. В середине XX веке изба принадлежала иерею Василию Степановичу Гундяеву и его жене Параскеве Ивановне – дедушке и бабушке Святейшего.
После смерти Гундяевых дом №65 на улице Ленина был продан. Новые хозяева на свой лад попытались обустроить быт, видоизменяли здание, дополняли его пристроями и верандами. Несколько лет назад дом с участком выкупила Саранская епархия. В 2017 году здесь начались масштабные работы по его восстановлению, которые продолжались более полутора лет. Реставрацию проводили своими силами. На призыв помочь с радостью откликнулись многие жители Оброчного и прихожане Рождество-Богородичной кемлянской церкви.
– В первый день мы даже не знали, с чего начать! Вместо скрупулёзно проработанных проектов и чертежей – фотографии из семейного архива Патриарха и фотографическая память, – рассказывает благочинный Ичалковского района, настоятель храма Рождества Пресвятой Богородицы поселка Кемли протоиерей Иоанн Просвирнин.
Ремонт шел с Божьей помощью на пожертвования. Ему сопутствовали разные необычные совпадения. Порой казалось, что даже стены и предметы начинали «говорить». Так, например, случилось с печью. Мастера не знали, где правильнее её выложить. Каким же было их удивление, когда под содранными старыми обоями и на полу сохранился отчетливый контур старой печки. Негласная подсказка помогла выложить новую печь в установленных границах. В ней сегодня можно приготовить пироги и ароматный хлеб.
Прохожих привлекают окна дома со ставнями. Многие спрашивают, почему они такого необычного цвета. Как выяснилось, в далекие 50-е Гундяевы красили ставни в голубой цвет, но краска быстро выцветала на солнце. Небесного оттенка окон никто и не помнит. В памяти родни, да и самого Святейшего, сохранился голубовато-серый цвет. Сегодня ставни и окна выглядят именно так.
На первый взгляд, время в небольшом деревянном домике остановилось. Внутри обстановка из 50-х: русская печка, иконы на стенах, прялка с веретеном, посуда в буфете, старинный сундук и аккуратно заправленные кровати с оборками. Много хлопот связано с восстановлением дивана. Необычный предмет интерьера встречается на многих семейных фотографиях. Его точную копию смастерили из двух «мебельных родственников». Затем диван обшили тканью, рисунок которой повторяет тот, что был в середине прошлого века.
При реставрации оказалось учтено все до мелочей: выключатели и розетки, проводка, крючки на дверях, оконные петли, светильники и самодельные дорожки. Отец Иоанн Просвирнин даже раздобыл комковой сахар тех лет. Теперь лакомство, как и положено, хранится в вазочке, из которой его можно достать специальными щипцами и расколоть. Не менее радостная находка священнослужителя – шкатулка в виде уточки. Именно в такой бабушка Патриарха Кирилла Параскева Ивановна хранила принадлежности для рукоделия.
Книги на необычной этажерке подлинные. В семье будущего Патриарха зачитывались Чеховым, Пушкиным и другими классиками. В доме было много старинных богослужебных книг, которые также сохранились до наших дней.
Двор вокруг дома выглядит именно таким, таким его запомнил Святейший Патриарх Кирилл. На прежних местах растут яблони, вишни, смородина, малина, яблони и терн. В огороде , морковь, огурцы и помидоры. Из глубокого колодца можно напиться чистейшей воды; селяне даже считают ее целебной.
За домом Гундяевых росла картошка, а сквозь поле всегда была протоптана тропинка к реке Инсар. По ней маленький Патриарх со своими друзьями ходил на рыбалку; говорят, что всегда возвращался с хорошим уловом. Удивительно, но дорожка сохранилась и сегодня.
Дом Василия Гундяева пока официально не имеет статуса музея, но здесь всегда рады гостям и паломникам. Это единственное место, где экспонаты можно трогать руками и даже пробовать на вкус.
В публикации использованы материалы
сайта Саранской епархии,
издания «Известия Мордовии»,
сайта «Татьянин день»,
«Российской газеты»