Покуда Севастополь будет русским, Россия не изведает стыда. Часть 6
| Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Крымская война | Крымская война-2 |
| Часть 4 | Часть 5 |
Для англичан этот период войны наиболее памятен: во-первых, в нем есть что-то для русских от Цусимы (когда вроде бы все силы были на нашей стороне, но мы проиграли сражение) и, во-вторых, Бородино (стихотворение Альфреда Теннисона «Атака лёгкой кавалерии» школьники учат в английских, а также австралийских, ново-зеландских школах наизусть).
Кавалерийская дивизия стояла лагерем в Балаклавской долине, Тяжёлой и Лёгкой кавалериями командовали генерал-майоры Джеймс Скарлетт и граф Кардиган. 25 октября отряд генерала Липранди перешёл в наступление и штурмом взял турецкий редут. Турки бежали, бросив ещё три редута. Англичане в этом бою потеряли около десятка орудий. Лорд Раглан позвал генерала Эйри и продиктовал ему приказ лорду Лукану: «Лорд Раглан желает, чтобы кавалерия не дала неприятелю увезти орудия».
Получив приказ, лорд Лукан спросил Нолана, что именно «имеется в виду». Нолан показал рукой, но тут же сам погиб от шальной пули. Лорд Кардиган повел бригаду в 673 всадника в долину между Федюхиными горами и захваченными редутами. На обратном пути бригада понесла тяжёлые потери. 118 человек были убиты, 127 ранены, примерно 60 взяты в плен.
Отрывок из фильма
Черно-белая военная мелодрама 1936 года, «Атака легкой кавалерии» была снята в стиле именно тех годов. Это не исторический фильм, а скорее «история любви». В главных ролях снялись Эррол Флинн и Оливия де Хэвилленд. Эррол Флинн — типичный «красавчик», черноволосый, с маленькими усиками, напоминающий популярного в те годы Роберта Тейлора («Мост Ватерлоо»). Оливия де Хэвилленд нам известна как исполнительница роли Мелани в фильме «Унесенные ветром», за который она получила свой «Оскар».Хоть действие фильма разворачивается в 1854 году, но фильм выпущен к 1936 году. Почему? В начале фильма мы видим памятник «Погибшим в Балаклавском сражении», установленный уже после войны, в 1856 году. Поэтому фильм и был снят к 80-летию не сражения, а памятника.
Основное действие фильма происходит вроде как в Индии, но это страна названа Суристаном. Тут правит некий Сурат-хан. Он вдет себя странно по отношению к англичанам, то использует их финансирование, то предает их, но главное свое преступление совершает в придуманном городе «Чукоти» (ничего не напоминает?) Совершив нападение на форт, он убивает полковника Кэмпбелла, всех женщин и детей. Офицеры и солдаты-индусы клянутся отомстить за смерть близких. Попутно они оказываются на Кавказе, где тоже воюют с Сурат-Ханом.
Тут начинается собственно крымская кампания. Зрителям как-то непонятно — причем тут Крым, но авторы фильма намекают, что русские «раскатали губу» на захват Индии (!?) и потому их нужно остановить. Сурат-Хан почему-то оказывается в Севастополе, точнее, возле Балаклавы, и главный герой обманывает командовании армии, готовит фальшивый приказ и поднимает всю свою бригаду, которые хотят отомстить за резню в Чукоти...
Он направляет кавалерию в смертельную атаку на русских, расположенных в районе Хана. Во время битвы хан смертельно ранит Джеффри, но перед смертью тому удается убить злодея. Кончается фильм тем, что Сурат-Хан корчится на земле, а мстительные британцы втыкают копье за копьем в его грудь...
Район Балаклавы в фильме действительно очень напоминает нынешний пригород Севастополя, вероятно, создателей фильма консультировали те, кто хорошо знал окрестности «Рыбьего садка». Любовная мелодрама, сопряженная с идеей мести — очень хороший способ объяснить простому народу, почему сотни лучших всадников и лошадей погибли под Балаклавой ни за понюшку табаку.
Фильм был снят в США, во время съемок картины погибло более двухсот лошадей, в результате чего Конгрессом США был принят знаменитый закон о защите животных, участвующих в производстве фильмов. (Вы все, наверное, видели эту надпись в нынешних фильмах — «никто из животных не пострадал») Кроме того, были и человеческие жертвы — в сцене сражения погиб один из каскадёров, когда, сорвавшись с лошади, упал прямо на лезвие шпаги. Но теперь сцена «Атаки легкой бригады» считается одной из лучших в мировом кинематографе.В 1968 году было решено снять другой фильм об этом же событии — но направленность его была уже совсем другой. В эти революционные 60-е годы это был фильм-пародия, фильм издевательство, в общем, антивоенный фильм. Тем более общество как раз было пронизано протестами против войны во Вьетнаме. Здесь очень хорошо использована мультипликация в стиле журнала «Панч». То огромный русский медведь душит индюшку (по-английски — «турчанку») в феске. То английский лев в шлеме «бобби» нападает на медведя. Хорошо показано, как ходят толпы диких людей и орут: «Защитим демократию», «Защитим обиженного», «Война, война!» Создается впечатление, что такой фильм сейчас бы уже никто не отважился снять — уж очень нам хорошо известно о политике двойных стандартов стран НАТО, но понятно, что фильм не потерял своей актуальности и сейчас.
Здесь можно увидеть юной знаменитую Ванессу Редгрейв и даже маленькую девочку — Джойли Ричардсон («101 далматинец»). Лорд Кардиган показан как злостный самодур, издевающийся над своими подчиненными, изводящий придирками капитана Нолана. Фильм номинировался на шесть премий БАФТА, но не сумел получить ни одну из них.
«Крымские сцены» снимали в Турции и потому не смогли избежать некоторых преувеличений. Войска высаживались в Каламитском заливе и после этого очень долго шли по какой-то пустыне, страдая от жажды. Люди падали и умирали. Непонятно, где их водил новый Моисей, ведь от залива до места ближайшего боя — Альминского сражения всего несколько километров. Бой у Альмы в фильме смотрится очень красиво, но местность тут скорее похожа на скалы Карадага — таких высоких холмов возле мелкой крымской речки нет. Хотя даже классики марксизма писали (не бывав никогда в Крыму и видимо с чьих то слов) о том, что «где Альма впадает в Черное море, имеются огромные скалы».
Да и сама балаклавская атака снята среди каких-то серых скал, мало похожих на реальное место. Русские солдаты выглядят очень странно — все в высоких шапках и серых шинелях до пят — в их внешности есть что-то поповское. А слезу пробивают последние сцены фильма, где в глубочайшем страдании всадники пристреливают своих лошадей.
Интересно, что за последние годы и уже после перестройки никто из англичан так и не планировал снять фильм об этом событии именно возле Балаклавы, на реальном месте. Хотя можно вспомнить — как много мест, гостиниц, больниц в Англии и Шотландии названы крымскими именами. Из романа А. Кронина «Путь Шеннона»:
Мы всей компанией направились к первой галерее, над которой, как я теперь разглядел, выцветшими золотыми буквами было написано: „Балаклава“. Скеммон движением фокусника извлек свой ключ. Следующая называлась „Альма“, затем шел „Инкерман“ — в общем, было шесть таких галерей.
На всякого мудреца довольно простоты. Столкнувшись однажды "на бытовом уровне" с вершителями человеческих судеб лицом к лицу, вдруг осознаёшь, что им, как и простым смертным, ничто человеческое не чуждо.
Так, Уинстон Черчилль был большим любителем форели. Во время Ялтинской конференции, каким-то образом проведав, что эта "царская" рыба водится в Крыму в горных речушках, он не постеснялся поделиться своими вкусовыми пристрастиями со Сталиным. Скорее всего, личная скромность и чувство неловкости Черчиллю вообще были неведомы.
Тут же последовало распоряжение вождя народов: ежедневно доставлять к столу поселённого в Воронцовском дворце сэра Черчилля свежую форель!
Февраль, холод, вода в горных речушках не выше 8 градусов. Где искать эту форель и кто её будет ловить? Но приказ отдан, а приказы Сталина и маршалами не обсуждались... Не прошло и нескольких часов, как в селении Скели в Байдарской долине (ныне - Родниковское) у порога дома единственного умельца по ловле форели Алексея Мякинникова появились первый секретарь Балаклавского горкома партии А.Т. Кудланов и начальник отдела НКВД П.М. Рындин. И какие тут уговоры, если приказ самого товарища Сталина...
В те времена в Крыму осадков в осенне-зимний период выпадало гораздо больше, чем в наши дни. Среди каменных нагромождений и коряг в бурном водном потоке, несущемся с гор по каньону Узунджа, который у Скельских пещер и ныне пополняет мощный источник, поймать форель можно было, только двигаясь по усеянному каменными порогами дну речки против сбивающего с ног бурного течения. Секрет ещё и в том, что, обнаружив особым рыбацким чутьём задремавшую в расщелине эту умную и сильную рыбу, надо было её мгновенно, с ловкостью фокусника схватить за жабры и бросить в приготовленную ёмкость. Как рассказывал лично встречавшийся при жизни с Алексеем Александровичем севастопольский писатель Михаил Лезинский, Мякинников выслушал внимательно представителей советской власти и сказал твёрдо:
- Бригаду создам! Но с вас причитается пять-шесть шерстяных костюмов, столько же водонепроницаемых комбинезонов, ну и ... это самое, - Мякинников провёл ладонью по кадыку, - для сугреву!..
Суровому энкавэдэшнику Рындину наверняка ударил в голову профессиональный порыв: отхлестать наглеца проверенным жупелом - десять лет без права переписки, но, видимо, угроза последствий от невыполнения личного распоряжения товарища Сталина подействовала на него гораздо сильнее, поэтому, помолчав, уклончиво ответил:
- Хорошо, готовьтесь, я скажу об этом кому надо.
Генерал, получивший непосредственное распоряжение от Сталина, отнёсся к просьбе Мякинникова с пониманием: тотчас рыбакам доставили две канистры спирта, ящик свиной тушёнки, два окорока и на первый случай десять буханок хлеба...
Движущимся против течения в линию рыбакам, стараясь перекричать рев воды, бегающий по берегу Рындин, забыв про свои ранги, азартно кричал:
- Поймали рыбку - дайте мне знать и, не вынимая из воды, кладите в спецбачок.
В первый день было поймано около восьми килограммов форели, которую Рындин доставил в Воронцовский дворец и вручил личному повару сэра Черчилля...
Запомнилась ловля форели и тем, что отцы-рыбаки, когда кишки сводило от недоедания, принесли в свои семьи невиданные доселе деликатесы: тушёнку под названием "второй фронт" и окорок под названием "черчиллиада".
Не остался обделённым и начальник местного отдела НКВД Павел Рындин. Покидая Воронцовский дворец, в благодарность за свежую форель Уинстон Черчилль лично пожал ему руку и "расплатился" за "царскую" рыбу воистину по-царски: отстегнув золотую цепь от своего френча, подарил массивные золотые часы с тремя крышками.
Но совсем другим запомнился сэр Уинстон Черчилль в Севастополе, куда он прибыл с дочерью Сарой по окончании Ялтинской конференции 11 февраля 1945 года.
Разместились они в Севастополе, как и Франклин Рузвельт, президент Америки, с сопровождавшим его сыном, на поджидавших их в Севастопольской бухте военных американском и английском кораблях. Потому как уцелевших, пригодных для жилья помещений в разрушенном городе не нашлось, а боевой корабль, где бы и в каком порту он ни находился, является территорией того государства, которому принадлежит.
Высокие гости при этом пожелали осмотреть руины Севастополя, а господин Черчилль - ещё и побывать в памятных местах Крымской войны 1854-1855 гг., с которой его связывала семейная трагедия. Но Севастополь, как и его окрестная земля, всё ещё был нашпигован минами и фугасами, поэтому 12 февраля по пути возможного следования глав государств-союзников девичьей группе разминирования под руководством Валентины Елиной предстояло извлечь сотни мин и фугасов.
13 февраля Уинстон Черчилль с дочерью Сарой и сопровождающим их генерал-полковником В.В. Ермаченковым, командующим авиацией Черноморского флота посетил английское кладбище времён войны 1854-1855 годов. Встав на колени, хмуро взирал английский премьер на сохранившиеся надгробия с вырубленными именами своих соплеменников, сложивших головы на далёкой от Англии севастопольской земле. Это чудом уцелевшее английское кладбище в память о прошлой войне на фоне сплошных городских развалин и, куда ни кинь взгляд, перепаханной взрывами земли воспринималось неким "зловещим архитектурным оазисом"...
"...Мне захотелось посмотреть поле битвы у Балаклавы. Днём 13 февраля я побывал там...
Перед нами начиналась долина, лёгкая бригада вела наступление, и мы могли видеть горный кряж, который так доблестно защищали шотландские стрелки..." - писал в воспоминаниях сэр Черчилль.
Речь идёт о первом Балаклавском и последнем Чернореченском сражениях за Севастополь в Крымской войне.
В чём же у сэра Уинстона Черчилля личный интерес к Балаклавскому сражению, произошедшему 25 (13) октября 1854 года и названому в Англии "бедствием, непревзойдённым в истории"? "Долиной смерти" названо место атаки и трагической гибели английской бригады лёгкой кавалерии.
Во-первых, офицеры бригады принадлежали к знатным аристократическим британским фамилиям, так как всё наследство в этих семьях, дабы не дробить, отец оставлял старшему сыну. Младшим отрокам предоставлялось право, как некогда и всем дворянам в России, заслужить себе честь и добывать "хлеб насущный" службой государству. Учитывая особую любовь в Англии к лошадям и лошадиным скачкам, в составе кавалерии офицеров-аристократов служило даже больше, чем рядовых чинов. Поэтому гибель в Балаклавском сражении сотен высокородных аристократических отпрысков и прекрасных скакунов получила в Англии особый резонанс, растянувшийся на столетия...
Во-вторых, в Балаклавском сражении погиб дедушка Уинстона Черчилля - герцог Мальборо.
Последнее Чернореченское сражение 16 (4) августа 1855 года из-за бездарности командования закончилось жестоким поражением российской армии и, несмотря на массовый героизм непосредственных защитников морской крепости, фактически решило судьбу не только 349-дневной героической обороны Севастополя, но и всей Крымской кампании. К этому моменту не только Россия, но и союзники - Англия, Франция, Турция, королевство Сардиния - уже были не в состоянии продолжать войну.
Источники:
http://www.kr-eho.info/
https://crimeanblog.blogspot.com/2011/11/ataka-legkoy-kavalerii.html
http://blackseafleet-21.com/news/28-01-2016_kolenopreklonjonnyj-cherchill-v-sevastopole