"Сама виновата в своей смерти": как власти Чечни закрывают глаза на домашнее насилие
0
260
В Чечне приняли нацстратегию в интересах женщин – в этом документе ничего не сказано о профилактике бытового насилия. При этом лишь за последние месяцы именно с этой республикой связаны громкие случаи похищений и удержаний женщин, бегущих от издевательств в собственных семьях. Замалчивание реальных проблем и обвинение самих жертв – подход, который давно используют власти, говорят опрошенные редакцией Кавказ.Реалии правозащитницы.
Национальная стратегия в интересах женщин – это общероссийский проект, который утверждается правительством. Затем каждый регион отдельно у себя принимает похожий план, но со своими пунктами. В этом году в вариант, предложенный в Чечне, не включили никаких мероприятий для тех, кто пострадал от насилия или находится в группе риска. Вместо этого для профилактики неблагополучия женщин там будут заниматься профориентацией, поддерживать мам с детьми, а еще проводить кулинарные курсы и швейные мастерские для девочек из семей в трудной ситуации.
Соседние Дагестан и Ингушетия тоже приняли соответствующие стратегии: обе республики в числе прочего планируют поддержку девочек и женщин в ситуации насилия. В чеченском же документе слова "насилие" нет вовсе. При этом в тексте целей федеральной нацстратегии насилие упоминается три раза: в контексте социального неблагополучия женщин, преследования и профилактики домашнего насилия.
В прошлый раз, когда регионы опубликовали план на 2020–2022 год, в Чечне также полностью убрали часть о насилии над женщинами. Между тем в Дагестане и в Ингушетии и тогда такая часть хотя бы номинально, но была – в ней говорилось и о поддержке помогающих некоммерческих организаций, и о профилактической работе с семьями и даже о борьбе с сексуальной эксплуатацией.
Вместе с утверждением стратегии регионы публикуют составы советов, которые, как заявляется, будут ее реализовывать. В большинстве республик Северного Кавказа (например, в Кабардино-Балкарии, Чечне, Ингушетии) эти органы возглавили мужчины. Все они заместители председателей правительства. В Чечне единственная оказавшаяся в совете женщина – старшая дочь главы региона Айшат Кадырова.
Обвинение жертв
Планы исполнения федеральных нацпроектов каждая республика составляет на основе собственных данных. Из принятого в Чечне документа следует, что с насилием в регионе бороться вообще не надо, а основная проблема заключается в том, что девочки из неблагополучных семей не умеют шить и готовить.
При этом совсем недавно из Санкт-Петербурга похитили и передали родственникам в Грозный Седу Сулейманову – чеченку, которая сбежала от домашнего насилия. Адвокаты до сих пор не могут выйти с ней на связь. Летом из московского аэропорта Внуково не выпустили Селиму Исмаилову – ее задержали на паспортном контроле, затем полиция выдала девушку родственникам, проигнорировав адвокатов.
Эти случаи – лишь несколько из ряда недавних. В прошлые годы громкими историями были смерть Мадины Умаевой, чью гибель отказались расследовать, похищение кадыровцами из шелтера в Дагестане Халимат Тарамовой, обращение чеченки Аминат Лорсановой в Следственный комитет из-за "изгнания джиннов". Независимые правозащитники регулярно говорят о серьезных масштабах насилия над женщинами в регионе.
В самой Чечни в насилии обвиняют жертв, объясняет уроженка республики, координаторка правозащитного проекта "Кавказ без матери" Аминат (имя изменено. – Прим. ред.).
"Из какого бюджета покупали дом убийце Мадины Умаевой? Какие ресурсы использовали, когда вели пропагандистскую кампанию, что она сама виновна в своей смерти? В документах, что я просмотрела, много раз употребляются слова "улучшение положения женщин", но в чью пользу? Шить и готовить мужчинам? Все беды от того, что женщина плохо выполняет функции "женщины"? Да, сама виновата, перевоспитаем", – говорит Аминат.
"Я имею право жену критиковать. Жена не имеет. У нас жена – домохозяйка. Женщина должна знать свое место" – так ситуацию с правами женщин в регионе описывал глава республики Рамзан Кадыров.
"Живи с ним ради детей"
Если в плане стратегии помощи женщинам нет ни слова о борьбе с насилием, то не будет и финансирования таких программ, убеждена сотрудница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Софья Русова.
"У нас за последний год было несколько обращений с Северного Кавказа, в том числе из Ингушетии и Чечни. Хотя мы и не профильная организация, но мы видим, как действие российских законов заканчивается на территории Чеченской республики", – говорит Русова.
Но в целом в России в плане защиты женщин все сводится к "традиционным ценностям" и репродуктивным функциям, продолжает правозащитница.
"Не очень понятно, как создание кулинарных и швейных мастерских поможет бороться даже с тем, что написано в плане – с социальным неблагополучием, не говоря уже о насилии в семье", – считает Русова.
В Чечне нет насилия, а у женщин есть столько прав, что они нуждаются лишь в уроках шитья, иронизирует Аминат.
"В республике насилие встречается так часто, что порой проще выделить женщин, которые не сталкивались с ним", – говорит она. По словам Аминат, женщины в Чечне могут столкнуться с такой ситуацией в любом возрасте.
"Почти все наши подопечные пережили или прямо сейчас терпят насилие. Им некуда идти, защиты нет, Кадыров во всеуслышание говорит, это нормально, что жену бьют, что дочку бьют. Женщину могут жестоко наказать и даже пытать в полиции (мы знаем такие случаи), если она увезла своих детей из региона без разрешения. Понимаете, да? Детей, которых она родила, без разрешения нельзя забрать от мужа-абьюзера. В Чечне ей чиновники скажут, мол, вернись к нему, живи ради детей, даже если он кухонный боксер и наркоман", – описывает ситуацию Аминат.
При этом любые жалобы пресекаются: "Нет таких проблем, в которых ты сама бы не была виновата, поэтому и защищать тебя не от чего", – заключает собеседница.
В республиках Северного Кавказа десятки молодых девушек сталкиваются с домашним насилием, некоторые решаются сбегать. Редакция Кавказ.Реалии поговорила о подобных случаях и о том, как изменилась работа правозащитников после войны, с основательницей группы "Марем" и главредом издания о положении женщин на Кавказе – "Даптар" – Светланой Анохиной.
В Чечне, как и в других регионах Северного Кавказа, проблема домашнего насилия стоит особенно остро – известны случаи убийств по мотивам чести, похищений родственниками, отъема детей. Опрошенные редакцией Кавказ.Реалии эксперты отмечают, что при нынешнем политическом режиме насилие в отношении женщин в республике воспринимается как норма.
Национальная стратегия в интересах женщин – это общероссийский проект, который утверждается правительством. Затем каждый регион отдельно у себя принимает похожий план, но со своими пунктами. В этом году в вариант, предложенный в Чечне, не включили никаких мероприятий для тех, кто пострадал от насилия или находится в группе риска. Вместо этого для профилактики неблагополучия женщин там будут заниматься профориентацией, поддерживать мам с детьми, а еще проводить кулинарные курсы и швейные мастерские для девочек из семей в трудной ситуации.
Соседние Дагестан и Ингушетия тоже приняли соответствующие стратегии: обе республики в числе прочего планируют поддержку девочек и женщин в ситуации насилия. В чеченском же документе слова "насилие" нет вовсе. При этом в тексте целей федеральной нацстратегии насилие упоминается три раза: в контексте социального неблагополучия женщин, преследования и профилактики домашнего насилия.
В прошлый раз, когда регионы опубликовали план на 2020–2022 год, в Чечне также полностью убрали часть о насилии над женщинами. Между тем в Дагестане и в Ингушетии и тогда такая часть хотя бы номинально, но была – в ней говорилось и о поддержке помогающих некоммерческих организаций, и о профилактической работе с семьями и даже о борьбе с сексуальной эксплуатацией.
Вместе с утверждением стратегии регионы публикуют составы советов, которые, как заявляется, будут ее реализовывать. В большинстве республик Северного Кавказа (например, в Кабардино-Балкарии, Чечне, Ингушетии) эти органы возглавили мужчины. Все они заместители председателей правительства. В Чечне единственная оказавшаяся в совете женщина – старшая дочь главы региона Айшат Кадырова.
Обвинение жертв
Планы исполнения федеральных нацпроектов каждая республика составляет на основе собственных данных. Из принятого в Чечне документа следует, что с насилием в регионе бороться вообще не надо, а основная проблема заключается в том, что девочки из неблагополучных семей не умеют шить и готовить.
При этом совсем недавно из Санкт-Петербурга похитили и передали родственникам в Грозный Седу Сулейманову – чеченку, которая сбежала от домашнего насилия. Адвокаты до сих пор не могут выйти с ней на связь. Летом из московского аэропорта Внуково не выпустили Селиму Исмаилову – ее задержали на паспортном контроле, затем полиция выдала девушку родственникам, проигнорировав адвокатов.
Эти случаи – лишь несколько из ряда недавних. В прошлые годы громкими историями были смерть Мадины Умаевой, чью гибель отказались расследовать, похищение кадыровцами из шелтера в Дагестане Халимат Тарамовой, обращение чеченки Аминат Лорсановой в Следственный комитет из-за "изгнания джиннов". Независимые правозащитники регулярно говорят о серьезных масштабах насилия над женщинами в регионе.
В самой Чечни в насилии обвиняют жертв, объясняет уроженка республики, координаторка правозащитного проекта "Кавказ без матери" Аминат (имя изменено. – Прим. ред.).
"Из какого бюджета покупали дом убийце Мадины Умаевой? Какие ресурсы использовали, когда вели пропагандистскую кампанию, что она сама виновна в своей смерти? В документах, что я просмотрела, много раз употребляются слова "улучшение положения женщин", но в чью пользу? Шить и готовить мужчинам? Все беды от того, что женщина плохо выполняет функции "женщины"? Да, сама виновата, перевоспитаем", – говорит Аминат.
"Я имею право жену критиковать. Жена не имеет. У нас жена – домохозяйка. Женщина должна знать свое место" – так ситуацию с правами женщин в регионе описывал глава республики Рамзан Кадыров.
"Живи с ним ради детей"
Если в плане стратегии помощи женщинам нет ни слова о борьбе с насилием, то не будет и финансирования таких программ, убеждена сотрудница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Софья Русова.
"У нас за последний год было несколько обращений с Северного Кавказа, в том числе из Ингушетии и Чечни. Хотя мы и не профильная организация, но мы видим, как действие российских законов заканчивается на территории Чеченской республики", – говорит Русова.
Но в целом в России в плане защиты женщин все сводится к "традиционным ценностям" и репродуктивным функциям, продолжает правозащитница.
"Не очень понятно, как создание кулинарных и швейных мастерских поможет бороться даже с тем, что написано в плане – с социальным неблагополучием, не говоря уже о насилии в семье", – считает Русова.
В Чечне нет насилия, а у женщин есть столько прав, что они нуждаются лишь в уроках шитья, иронизирует Аминат.
"В республике насилие встречается так часто, что порой проще выделить женщин, которые не сталкивались с ним", – говорит она. По словам Аминат, женщины в Чечне могут столкнуться с такой ситуацией в любом возрасте.
"Почти все наши подопечные пережили или прямо сейчас терпят насилие. Им некуда идти, защиты нет, Кадыров во всеуслышание говорит, это нормально, что жену бьют, что дочку бьют. Женщину могут жестоко наказать и даже пытать в полиции (мы знаем такие случаи), если она увезла своих детей из региона без разрешения. Понимаете, да? Детей, которых она родила, без разрешения нельзя забрать от мужа-абьюзера. В Чечне ей чиновники скажут, мол, вернись к нему, живи ради детей, даже если он кухонный боксер и наркоман", – описывает ситуацию Аминат.
При этом любые жалобы пресекаются: "Нет таких проблем, в которых ты сама бы не была виновата, поэтому и защищать тебя не от чего", – заключает собеседница.
В республиках Северного Кавказа десятки молодых девушек сталкиваются с домашним насилием, некоторые решаются сбегать. Редакция Кавказ.Реалии поговорила о подобных случаях и о том, как изменилась работа правозащитников после войны, с основательницей группы "Марем" и главредом издания о положении женщин на Кавказе – "Даптар" – Светланой Анохиной.
В Чечне, как и в других регионах Северного Кавказа, проблема домашнего насилия стоит особенно остро – известны случаи убийств по мотивам чести, похищений родственниками, отъема детей. Опрошенные редакцией Кавказ.Реалии эксперты отмечают, что при нынешнем политическом режиме насилие в отношении женщин в республике воспринимается как норма.