Пытки и убийства под "кураторством" ФСБ? Жалобы осужденного из Ингушетии
0
315
Отбывающий длительное лишение свободы в удмуртской колонии уроженец Ингушетии Тимур Тангиев пожаловался на нарушения прав заключенных сразу в нескольких исправительных учреждениях региона. Он утверждает, что из-за давления со стороны сотрудников Федеральной службы исполнения наказаний осужденные нередко совершают самоубийства. Сам Тангиев опасается добавления срока по новым сфальсифицированным обвинениям.
В видеообращении Тангиев заявил о фабрикации в колониях Удмуртии уголовных дел по статьям о терроризме и экстремизме. По его словам, надзиратели занимаются вымогательством в обмен на реализацию законных прав заключенных. Эти преступления, как утверждает Тангиев, совершались с ведома бывшего начальника управления ФСИН по региону Михаила Арсланова.
В ИК-5 в Сарапуле, где отбывает наказание уроженец Ингушетии, был некий "куратор" из ФСБ, который заставлял осужденных давать показания под видом секретных свидетелей по делам других заключенных, добавил Тангиев. Он заявил о пытках тех, кто жаловался на нарушения прав в колонии.
"Я могу рассказать о вымогательствах, о пытках, об убийствах, о доведении до самоубийств, о фальсификациях уголовных дел... О том, как носили телефоны, наркотики на территорию ИК-5. Как заставляли заключенных покупать стройматериалы, чтобы попасть на положенное длительное свидание. О том, сколько стоили длительные свидания", – перечислил Тангиев в обращении.
Уроженец Ингушетии был признан виновным в убийстве в феврале 2003 года жителя Грозного и двух милиционеров, а также бандитизме, разбое и хищении оружия. В 2004 году суд приговорил его к 24 годам лишения свободы. Затем при пересмотре дела срок снизили до 21 года. Сторона защиты настаивала на необъективности коллегии присяжных, а ряд свидетелей указывали, что в момент совершения вменяемых Тангиеву преступлений он находился в другом месте.
В 2013 году Европейский суд по правам человека присудил осужденному 45 тысяч евро из-за пыток на стадии следствия – тогда, как жаловался арестант, силовики избивали его, тушили о кожу сигареты, использовали электрический ток. Он утверждает, что подписал признательные показания лишь после пыток.
Жалобы вслух, но не письменно
После публикации видеообращения Тангиева редакция Кавказ.Реалии обратилась за комментарием в дежурную часть ИК-5 города Сарапула. "Такую информацию не предоставляем", – ответила сотрудница учреждения, а после вопроса о том, к кому следует обратиться с вопросами, прервала звонок. От комментариев также отказались и в управлении ФСИН по Удмуртии.
В аппарате Уполномоченного по правам человека по региону корреспонденту Кавказ.Реалии заявили, что не в курсе истории Тангиева.
"От него письменное обращение не поступало. Если нам поступает какой-то сигнал, то мы его отрабатываем. Инициативно проверки не проводим", – ответила собеседница, которая также не смогла прокомментировать сведения о нарушении прав других заключенных в ИК-5.
По данным оппозиционного чеченского телеграм-канала NIYSO, есть основания полагать, что Тангиев убит в тюрьме, опубликованное видео он якобы мог записать "в качестве страховки". Уроженец Ингушетии является "неудобным" заключенным: он многократно отказывался выполнять незаконные приказы сотрудников ФСИН, за что его пытались "сломать самыми жестокими способами", утверждают в NIYSO.
Еще 15 июля 2014 года находящийся на тот момент в СИЗО-1 Грозного Тангиев пытался покончить с собой из-за жестокого обращения, сообщала международная правозащитная организация Amnesty International. Это была третья попытка самоубийства осужденного с тех пор, как его перевели в следственный изолятор в Чечне. Тангиев утверждал, что его пытали те же сотрудники МВД, которые применяли к нему силу еще в 2003 году. В то время они работали в печально известном Оперативно-разыскном бюро – 2 (ОРБ-2).
Мать Тангиева в разговоре с редакцией рассказала, что 18 апреля ее сын находится в пути. Его везли обратно в Удмуртию из Пятигорска, куда осужденного отправляли в связи с новым разбирательством по делу.
"Он мне сам сказал: "Скорее всего, мама, меня отправляют в Удмуртию". О его положении адвокат тоже ничего не может сказать, пока он не прибудет на место. Мне он сказал, что сам забросил (имеется в виду опубликовал в интернете. – Прим.) видеообращение. Говорит: "Если что, знай, это лично я забросил и все там описал". Со мной лично он эти подробности не обсуждал. Просто сказал, что ему было трудно [в колонии]", – рассказала мать Тангиева.
По ее словам, она последний раз видела сына 5 апреля во время суда в Чечне: "Мы виделись там. Он говорит: "Хорошо, мама что ты пришла. Скорее всего, меня вечером повезут в Пятигорск, чтобы добавить срок".
Делом Тангиева много лет занимается проект "Гражданское содействие", отметил в беседе с журналистом сайта Кавказ.Реалии правозащитник из Чечни Аюб Титиев. Он подтвердил жалобы заключенных из исправительной колонии №5 в Сарапуле.
"Были случаи голодовок, порезов рук и другие случаи. Мы писали о них. Но сами осужденные боятся обращаться [за юридической помощью]. В основном заявления были от имени родственников. Но Тангиев обращался и раньше сам, и жалобу в ЕСПЧ выиграл. В основном он сопротивляется режиму в колонии", – указал Титиев.
Широко распространена в колониях и практика "кураторства" со стороны ФСБ, добавил правозащитник. По его словам, засекреченными свидетелями в разных уголовных делах, фабрикуемых ФСБ, чаще всего выступают осужденные, поскольку "их легче всего заставить выступать в этой роли".
С сотрудниками ФСБ заключенный Тангиев имел дело еще в ноябре 2013 года. Тогда от него угрозами требовали отказаться от пересмотра дела. Для этого осужденному показывали видео, как в Грозном за его детьми следят силовики.
Сотрудники ИК-5 проявляют особую жестокость в отношении заключенных: применяют физическое насилие, глумятся над религиозными людьми разных конфессий и отнимают их личные вещи, заявляли в "Гражданском содействии" со ссылкой на родственников осужденных.
"Если кто-то из заключенных решается жаловаться, сотрудники провоцируют их на мелкие нарушения и отправляют на строгие условия содержания в штрафной изолятор... Со слов осужденных, кормят их некачественными продуктами, в частности заплесневелым хлебом. Жалобы на пищевые отравления администрация исправительного учреждения не регистрирует и всячески скрывает. Медицинскую помощь осужденные не получают", – указано в обращении правозащитников, которое было опубликовано еще в 2020 году.
Адвокат, работавший по жалобам заключенных ИК-5 города Сарапула, на условиях анонимности подтвердил редакции Кавказ.Реалии, что в колониях региона осужденные действительно "устно жалуются" на озвученные Тангиевым правонарушения. Но при этом никто из них не писал заявления по фактам произвола со стороны силовиков, подчеркнул собеседник.
"Ментовские порядки"
Ситуация с правами заключенных в российских колония ухудшилась повсеместно, заявил основатель проекта "Гулаг Инфо" Денис Солдатов.
"Это связано с тем, что руководство ФСИН России поменялось, – продолжает собеседник. – Нынешнее руководство – это бывшие сотрудники полиции. Когда выпускники академии ФСИН приходят на работу, им говорят: "Нет, в академии вас неправильно учат, здесь [действуют] наши ментовские порядки". Это дословно, об этом известно от наших источников [в колониях]".
По словам правозащитника, описанные Тангиевым поборы тоже практикуются везде. Это делается через завхозов, замов, входящих в так называемый первый отряд. Они все это проворачивают, и в итоге деньги идут в оперативные отделы и в отдел безопасности, утверждает Солдатов.
"Также был всегда и институт "кураторства" – просто раньше это были сотрудники ФСИН, а сейчас, возможно, это напрямую сотрудник ФСБ. Раньше был куратор от управления [Федеральной службы исполнения наказаний], который занимался криминалитетом и политическими осужденными. Например, меня курировали (Солдатов был осужден по обвинению в мошенничестве, он называет дело политическим. – Прим.), а также еще нескольких ребят, проходящих по "Болотному делу". То есть [кураторы были] не самой зоны, а с целого управления [ФСИН], и у них были очень расширенные полномочия", – вспоминает правозащитник.
По его словам, из колоний продолжают поступать сообщения о дискриминации мусульман. Чаще всего это проявляется в ограничении права на молитву, а также в запретах на религиозную литературу и атрибутику, заключил собеседник.
Ранее Тимур Тангиев подал десятки административных исков к исправительной колонии №2 в селе Чернокозово, а также к управлениям ФСИН и МВД по Чечне. Он также заявлял о нарушении условий содержания. Большинство исков остались без рассмотрения.
Адвокаты и правозащитники в России отмечают, что часто те, кого выдают за боевиков, на судах заявляют, что во время предварительного следствия давали показания под пытками.
В сентябре правозащитная организация "Команда против пыток" опубликовала доклад "Арифметика пыток" по Северному Кавказу. Согласно исследованию, это единственный регион России, где за несколько лет не вынесли ни одного приговора сотрудникам правоохранительных органов по статье о превышении полномочий с применением насилия.
В видеообращении Тангиев заявил о фабрикации в колониях Удмуртии уголовных дел по статьям о терроризме и экстремизме. По его словам, надзиратели занимаются вымогательством в обмен на реализацию законных прав заключенных. Эти преступления, как утверждает Тангиев, совершались с ведома бывшего начальника управления ФСИН по региону Михаила Арсланова.
В ИК-5 в Сарапуле, где отбывает наказание уроженец Ингушетии, был некий "куратор" из ФСБ, который заставлял осужденных давать показания под видом секретных свидетелей по делам других заключенных, добавил Тангиев. Он заявил о пытках тех, кто жаловался на нарушения прав в колонии.
"Я могу рассказать о вымогательствах, о пытках, об убийствах, о доведении до самоубийств, о фальсификациях уголовных дел... О том, как носили телефоны, наркотики на территорию ИК-5. Как заставляли заключенных покупать стройматериалы, чтобы попасть на положенное длительное свидание. О том, сколько стоили длительные свидания", – перечислил Тангиев в обращении.
Уроженец Ингушетии был признан виновным в убийстве в феврале 2003 года жителя Грозного и двух милиционеров, а также бандитизме, разбое и хищении оружия. В 2004 году суд приговорил его к 24 годам лишения свободы. Затем при пересмотре дела срок снизили до 21 года. Сторона защиты настаивала на необъективности коллегии присяжных, а ряд свидетелей указывали, что в момент совершения вменяемых Тангиеву преступлений он находился в другом месте.
В 2013 году Европейский суд по правам человека присудил осужденному 45 тысяч евро из-за пыток на стадии следствия – тогда, как жаловался арестант, силовики избивали его, тушили о кожу сигареты, использовали электрический ток. Он утверждает, что подписал признательные показания лишь после пыток.
Жалобы вслух, но не письменно
После публикации видеообращения Тангиева редакция Кавказ.Реалии обратилась за комментарием в дежурную часть ИК-5 города Сарапула. "Такую информацию не предоставляем", – ответила сотрудница учреждения, а после вопроса о том, к кому следует обратиться с вопросами, прервала звонок. От комментариев также отказались и в управлении ФСИН по Удмуртии.
В аппарате Уполномоченного по правам человека по региону корреспонденту Кавказ.Реалии заявили, что не в курсе истории Тангиева.
"От него письменное обращение не поступало. Если нам поступает какой-то сигнал, то мы его отрабатываем. Инициативно проверки не проводим", – ответила собеседница, которая также не смогла прокомментировать сведения о нарушении прав других заключенных в ИК-5.
По данным оппозиционного чеченского телеграм-канала NIYSO, есть основания полагать, что Тангиев убит в тюрьме, опубликованное видео он якобы мог записать "в качестве страховки". Уроженец Ингушетии является "неудобным" заключенным: он многократно отказывался выполнять незаконные приказы сотрудников ФСИН, за что его пытались "сломать самыми жестокими способами", утверждают в NIYSO.
Еще 15 июля 2014 года находящийся на тот момент в СИЗО-1 Грозного Тангиев пытался покончить с собой из-за жестокого обращения, сообщала международная правозащитная организация Amnesty International. Это была третья попытка самоубийства осужденного с тех пор, как его перевели в следственный изолятор в Чечне. Тангиев утверждал, что его пытали те же сотрудники МВД, которые применяли к нему силу еще в 2003 году. В то время они работали в печально известном Оперативно-разыскном бюро – 2 (ОРБ-2).
Мать Тангиева в разговоре с редакцией рассказала, что 18 апреля ее сын находится в пути. Его везли обратно в Удмуртию из Пятигорска, куда осужденного отправляли в связи с новым разбирательством по делу.
"Он мне сам сказал: "Скорее всего, мама, меня отправляют в Удмуртию". О его положении адвокат тоже ничего не может сказать, пока он не прибудет на место. Мне он сказал, что сам забросил (имеется в виду опубликовал в интернете. – Прим.) видеообращение. Говорит: "Если что, знай, это лично я забросил и все там описал". Со мной лично он эти подробности не обсуждал. Просто сказал, что ему было трудно [в колонии]", – рассказала мать Тангиева.
По ее словам, она последний раз видела сына 5 апреля во время суда в Чечне: "Мы виделись там. Он говорит: "Хорошо, мама что ты пришла. Скорее всего, меня вечером повезут в Пятигорск, чтобы добавить срок".
Делом Тангиева много лет занимается проект "Гражданское содействие", отметил в беседе с журналистом сайта Кавказ.Реалии правозащитник из Чечни Аюб Титиев. Он подтвердил жалобы заключенных из исправительной колонии №5 в Сарапуле.
"Были случаи голодовок, порезов рук и другие случаи. Мы писали о них. Но сами осужденные боятся обращаться [за юридической помощью]. В основном заявления были от имени родственников. Но Тангиев обращался и раньше сам, и жалобу в ЕСПЧ выиграл. В основном он сопротивляется режиму в колонии", – указал Титиев.
Широко распространена в колониях и практика "кураторства" со стороны ФСБ, добавил правозащитник. По его словам, засекреченными свидетелями в разных уголовных делах, фабрикуемых ФСБ, чаще всего выступают осужденные, поскольку "их легче всего заставить выступать в этой роли".
С сотрудниками ФСБ заключенный Тангиев имел дело еще в ноябре 2013 года. Тогда от него угрозами требовали отказаться от пересмотра дела. Для этого осужденному показывали видео, как в Грозном за его детьми следят силовики.
Сотрудники ИК-5 проявляют особую жестокость в отношении заключенных: применяют физическое насилие, глумятся над религиозными людьми разных конфессий и отнимают их личные вещи, заявляли в "Гражданском содействии" со ссылкой на родственников осужденных.
"Если кто-то из заключенных решается жаловаться, сотрудники провоцируют их на мелкие нарушения и отправляют на строгие условия содержания в штрафной изолятор... Со слов осужденных, кормят их некачественными продуктами, в частности заплесневелым хлебом. Жалобы на пищевые отравления администрация исправительного учреждения не регистрирует и всячески скрывает. Медицинскую помощь осужденные не получают", – указано в обращении правозащитников, которое было опубликовано еще в 2020 году.
Адвокат, работавший по жалобам заключенных ИК-5 города Сарапула, на условиях анонимности подтвердил редакции Кавказ.Реалии, что в колониях региона осужденные действительно "устно жалуются" на озвученные Тангиевым правонарушения. Но при этом никто из них не писал заявления по фактам произвола со стороны силовиков, подчеркнул собеседник.
"Ментовские порядки"
Ситуация с правами заключенных в российских колония ухудшилась повсеместно, заявил основатель проекта "Гулаг Инфо" Денис Солдатов.
"Это связано с тем, что руководство ФСИН России поменялось, – продолжает собеседник. – Нынешнее руководство – это бывшие сотрудники полиции. Когда выпускники академии ФСИН приходят на работу, им говорят: "Нет, в академии вас неправильно учат, здесь [действуют] наши ментовские порядки". Это дословно, об этом известно от наших источников [в колониях]".
По словам правозащитника, описанные Тангиевым поборы тоже практикуются везде. Это делается через завхозов, замов, входящих в так называемый первый отряд. Они все это проворачивают, и в итоге деньги идут в оперативные отделы и в отдел безопасности, утверждает Солдатов.
"Также был всегда и институт "кураторства" – просто раньше это были сотрудники ФСИН, а сейчас, возможно, это напрямую сотрудник ФСБ. Раньше был куратор от управления [Федеральной службы исполнения наказаний], который занимался криминалитетом и политическими осужденными. Например, меня курировали (Солдатов был осужден по обвинению в мошенничестве, он называет дело политическим. – Прим.), а также еще нескольких ребят, проходящих по "Болотному делу". То есть [кураторы были] не самой зоны, а с целого управления [ФСИН], и у них были очень расширенные полномочия", – вспоминает правозащитник.
По его словам, из колоний продолжают поступать сообщения о дискриминации мусульман. Чаще всего это проявляется в ограничении права на молитву, а также в запретах на религиозную литературу и атрибутику, заключил собеседник.
Ранее Тимур Тангиев подал десятки административных исков к исправительной колонии №2 в селе Чернокозово, а также к управлениям ФСИН и МВД по Чечне. Он также заявлял о нарушении условий содержания. Большинство исков остались без рассмотрения.
Адвокаты и правозащитники в России отмечают, что часто те, кого выдают за боевиков, на судах заявляют, что во время предварительного следствия давали показания под пытками.
В сентябре правозащитная организация "Команда против пыток" опубликовала доклад "Арифметика пыток" по Северному Кавказу. Согласно исследованию, это единственный регион России, где за несколько лет не вынесли ни одного приговора сотрудникам правоохранительных органов по статье о превышении полномочий с применением насилия.