Навальный и мусульмане России: как умма отреагировала на протесты
Российские мусульмане в подавляющем большинстве не поддержали уличные акции протеста, организованные «для освобождения» блогера-оппозиционера Алексея Навального. В федеральных округах, где компактно проживают мусульмане, митингов не было в Крыму и почти не было на Северном Кавказе. В СКФО акции прошли только в Ставрополе (300 человек) и Махачкале (40 человек).
В Татарстане и Башкирии на улицы вышли в разных городах от 100 (в Альметьевске) до 1,5 тысячи (в Казани) и 2,5 тысячи (в Уфе). Во всех случаях были задержания за участие в незаконных уличных акциях с последующими административными наказаниями.
Разное количество протестующих в регионах компактного проживания мусульман (где-то их было вообще ноль — как в Чечне или Ингушетии) объясняется разным отношением к фигуре Алексея Навального. Отсутствие протестов в Крыму связано с тем, что российская несистемная оппозиция изначально не скрывала своего негативного отношения к воссоединению полуострова с Россией в 2014 году и до сих пор считает, что Крым следует вернуть Украине. Хотя сам Навальный заявлял, что полуостров «останется частью России и больше никогда в обозримом будущем не станет частью Украины», в массовом сознании крымчан он все-таки воспринимается как враждебная фигура.
А вот пассивная реакция на Северном Кавказе объясняется тем, что там отношение мусульман к Навальному негативно-настороженное. История политической карьеры «главного оппозиционера России» начиналась с его заигрывания с русским национализмом. Навальный был участником «Русского марша» в конце 2000-х годов. Он не скрывал и не скрывает своего желания ввести визовый режим со странами Центральной Азии и Закавказья, чтобы остановить поток миграции в Россию. В 2011 году «оппозиционер № 1» был участником митинга «Хватить кормить Кавказ», где предлагал прекратить практику бюджетных дотаций республикам Северного Кавказа. Навальный также противник строительства новых мечетей в Москве, поскольку «новые мечети — это больше вопрос нелегальной миграции».
Всё это в совокупности дает умме основания воспринимать Навального как исламофоба.
Одним из первых, кто в этом году обозначил отношение российских мусульман к Навальному публично, был дагестанский блогер Курбан Аскандаров, который 16 января накануне анонсированного возвращения Навального из Германии, выступил с видео-обращением«Кто Навальный для мусульман?». Тут важно прояснить одну деталь: Аскандаров — фигура в Дагестане относительно известная, он в прошлом заместитель имама Махачкалинской мечети «Ан-Надырийя» на ул. Котрова (мечеть известна как салафитская), т. е. сам является частью исламистской оппозиции в России. Но Аскандаров назвал Навального «нацистом и исламофобом». Навальный, отвечая Аскандарову, подтвердил, что он действительно выступает за введение визового режима с Центральной Азией и Закавказьем и считает необходимым прекратить «кормить коррумпированную элиту Северного Кавказа». В конце своего ответа Навальный даже упрекнул Аскандарова, что не видел от него видеообращений с критикой Путина за «бомбардировку мусульман в Сирии, пытки и аресты мусульман по всей России».
Вслед за этим в дискуссию 18 января (Навального к тому времени по прилету в Москву отправили под арест в «Матросскую тишину») вступил другой блогер, эмигрант из Чечни, находящийся в Швеции, Тумсо Абдурахманов, известный своей жесткой критикой власти в Чечне и лично ее главы Рамзана Кадырова. Он выпустил на своем YouTube-канале ролик под названием «Навальный исламофоб?», в котором раскритиковал Аскандарова и высказался доброжелательно в адрес Навального по принципу «Навальный — не друг мусульманам, но и не враг».
В точно таком же сочувственном отношении к Навальному высказался бывший председатель салафитской мечети «Нур Ислам» в Новом Уренгое, а ныне главный редактор исламистского портала «Голос ислама», живущий в Турции, Дмитрий Черноморченко в своей статье «Отношение к Навальному — не вместо Путина, а против Путина». Суть его рассуждений сводится к тому, что Навальный хоть и исламофоб, но в условиях «революционной ситуации», которая ощущается, по его мнению, в России, мусульманам следует выдвигать себя в качестве политической силы, чтобы их требования были услышаны несистемной оппозицией, объединенной вокруг Навального. Тогда он в поисках союзников неизбежно вынужден будет соглашаться с требованиями своих попутчиков из числа мусульман и корректировать какие-то прежние взгляды. Накануне акции 23 января Черноморченко опубликовал целую программу из 10 тезисов под названием «Мусульмане и будущие протесты», где есть следующий пункт:
«Однако в условиях революции, когда старая власть уже рухнет, а новая еще не выстроится, возникнет окно возможностей — продолжительностью от нескольких месяцев до пары лет — когда мусульмане смогут воспользоваться этим, чтобы обрести свою политическую субъектность и усилить свои позиции. Если эту возможность мусульмане проспят, смена власти не принесет им улучшений, а может даже принести ухудшения».
Т.е. находящиеся в эмиграции российские исламисты в лице Черноморченко четко дают понять: Навальный, какой бы он исламофоб не был, — это шанс для исламистов, и необходимо присоединяться к его протесту, но со своими требованиями.
После акций 23 января свою мысль Черноморченко развил в статье «Региональные протесты и федеральное представительство мусульман», признав, что ожидать, что Кавказ присоединиться к общероссийскому протесту, возглавляемому Навальным, не приходится, а надо уповать на Поволжье, где сильны идеи «регионализации» (читай — национал-сепаратизма), либо на создание исламистского представительства в рядах несистемной оппозиции.
Другие «неофициальные лидеры мнений» в исламской среде заняли в целом критическую позицию по отношению к Навальному, призвав мусульман дистанцироваться от его деятельности вследствие явной исламофобии. Эту позицию озвучили два мусульманских блогера: Расул Тавдиряков из Казани, который считает, что если Навальный придет к власти, то «лучше мусульманам жить не станет, и он ещё покажет кузькину мать так, что китайские уйгуры будут в своих намазах просить Аллаха облегчить наше положение», и Абу Исмаил ар-Руси (Артем Иванов) из Киева.
Российские мусульманские религиозные деятели, которые обозначили свою позицию, также придерживаются линии «Навальный — исламофоб».
Так, первый заместитель председателя ДУМ РФ Дамир Мухетдинов опубликовал видеоролик, где Навальный подтверждает, что мигрантов из Центральной Азии называл «чучмеками». Духовное собрание мусульман России (председатель — Альбир Крганов) разместило на своем официальном сайте статью «Чего мусульманам ждать от Навального?», в которой были повторены обвинения в адрес оппозиционера в исламофобии, под которой понимают и его участие в акции «Хватит кормить Кавказ», и съемку расследования о коррупции в высшем руководстве Татарстана, и открытое заявление против строительства мечетей в Москве.
Тем не менее, все это совершенно не повлияло на отдельных мусульман. В Уфе, например, на акцию вышли активисты бывшего объединения «Башкорт» (признана экстремистской организацией в России. — прим. EADaily ) и члены недавно созданной ему на смену организации «Республика». Однако наиболее ярко показал себя на незаконном митинге в Москве 20-летний студент МГУ им. М.В. Ломоносова Сайд-Мухамад Джумаев, уроженец Чечни: при попытке задержания протестующих сотрудниками полиции и Росгвардии он бросился в драку. Видео, где Джумаев дерется с несколькими омоновцами, тут же разлетелось по интернету.
На это поспешили отреагировать в Грозном. Депутат Госдумы от Чечни Адам Делимханов («Единая Россия») выступил с видеообращением на своей странице в Instagram, где пояснил, что уличные протесты — это «митинги, где гуляют черти, поддерживающие однополые браки, и говорящие, что в России такие законы должны быть», а с отцом Джумаева уже связались, провели с ним беседу, и отец Джумаева заверил, что его сын это не поддерживает. В итоге, после извинений Джумаева-старшего, Делимханов передал: «Рамзан сказал, что с властями тебе поможет». По-видимому, в Грозном акции в поддержку Навального воспринимают как митинги за легализацию однополых браков, но своих соплеменников все же готовы избавить от наказания. Правда, для этого нужно публично покаяться.
Но случай с Джумаевым скорее исключение, чем правило. Нежелание присоединяться к протесту несистемной оппозиции стало общим правилом для уммы России, которая сохраняет лояльность. Причем такая картина не только сейчас, но она наблюдалась на протяжении последних десяти лет. В 2011 году на волне «белоленточных» митингов была продекларирована «Исламская гражданская хартия», которую подписали издатель салафитской литературы Асламбек Эжаев, лидер развалившейся к этому моменту Национальной организации русских мусульман Вадим Сидоров, ныне покойный лидер Исламского комитета России Гейдар Джемаль, председатель Набережночелнинского отделения Всетатарского общественного центра (экстремистская организация, запрещена в РФ) Рафис Кашапов и другие. Никакого эффекта этот документ совершенно не имел и ни на что не повлиял.
В 2017 году после показа очередного «расследования от Навального» «Он вам не Димон» российские мусульмане не стали поддерживать прошедшие акции. И, кстати, тогда также неофициальные лидеры мнений в исламской блогосфере, как это делают сейчас, призывали дистанцироваться от Навального по причине открытой его исламофобии.
В итоге мы видим, что у Навального не получается найти общий язык с российскими мусульманами. И традиционалисты, и салафиты единодушны в своем негативном отношении к нему. Даже среди явных исламистов Навальный не нашел союзников. Правда, есть симпатии со стороны отдельных исламистов-эмигрантов, которые хотели бы использовать Навального для своей политической повестки, но их мнение мало кому интересно.