Последние из боевиков? Заявления Кадырова и пояснения экспертов
0
70
О полной ликвидации бандподполья в Чечне заявил накануне глава республики Рамзан Кадыров. Согласно его утверждениям, в последней спецоперации силовики убили шесть последних боевиков, в числе которых был и амир Аслан Бютукаев. Эксперты-правозащитники и исследователи Кавказа оценивают ситуацию в регионе не так однозначно, как Кадыров.
Уверенно говорить о полной ликвидации бандподполья в республике можно будет лишь спустя время, полагает сотрудник правозащитного центра "Мемориал" Тимур Акиев.
"Только время сможет подтвердить или опровергнуть слова Кадырова о полной ликвидации подполья. Раньше мы могли судить об активности боевиков по их действиям – подрывы, нападения, обстрелы. Но в последнее время мы читаем только отчёты силовиков об успешных спецоперациях", – говорит Акиев.
Правозащитник отмечает, что силовики разыскивали людей, причастных к группировке Бютукаева, еще прошлой весной: "Затем последовал отчёт о ликвидации отдельных боевиков из этой группы – сначала на территории Ингушетии, затем на территории Чечни. Но нигде нет информации о том, что они совершили какие-то нападения или теракты, если не считать вооружённого сопротивления при попытке их задержать".
Акиев, однако, убежден, что отсутствие организованного подполья не означает, что силовики останутся без работы: "Они могут продолжить бороться с одиночками или со "спящими ячейками". Следовательно, будет сохраняться определённая напряжённость в регионе, который так давно нуждается в стабильности и которую нам так давно обещают, но она почему-то не наступает".
Глава Чечни уже не первый раз делает громкие заявления об окончательной победе над терроризмом, напоминает политолог, эксперт по Северному Кавказу Эмиль Сулейманов.
"Кадыров периодически делает заявления, что ему удалось покончить с терроризмом в Чечне. Он считает это своей основной заслугой наряду с обустройством республики. Думаю, и сейчас он объявил об этом без особого повода", – считает Сулейманов.
Собеседник полагает, что организованного подполья в Чечне в наши дни не осталось: "Время от времени происходят нападения на военные патрули или полицейских, но за этими нападениями стоит безбородая молодежь, как правило, невооружённая, без какого-либо опыта боевых действий. А организованного сопротивления не осталось, судя по всему, с начала прошлого десятилетия".
Один из исследователей Северного Кавказа, пожелавший остаться анонимным, допускает, что, убивая врагов режима, Кадыров демонстрирует верность главе государства и заодно напоминает о себе.
"Но я бы не стал всё сводить к желанию выслужиться перед Москвой, – объясняет эксперт. – Любая служба должна оплачиваться, особенно если речь идет о Москве и Грозном. Нужно понимать, что начался год и республике необходимы новые денежные средства. Уничтожение боевиков – это отличный повод быть вознагражденным не только лично, но и намекнуть о дополнительных средствах со стороны Москвы".
Он также связывает выступление Кадырова с желанием обозначить, что Чечня – безопасное место для приезжих: "Пандемия показала, что внутренний туризм неизбежно становится популярным. Чечня до сих пор остаётся в памяти жителей России как республика, мягко говоря, неспокойная. Впрочем, ликвидация боевиков радикально ситуацию не поменяет: сервис не развит, равно как и сама туристическая инфраструктура. Большая часть туристов, посещающих Кавказ, предпочитают Владикавказ и окрестности Северной Осетии, курорты Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, а Чечня от массового туризма далека".
Настоящего подполья в Чечне нет уже давно, считает исследователь Free Russia Foundation Денис Соколов: "Убитые шесть членов группы Аслана Бютукаева, как кто-то сказал, скорее абреки, чем боевики. После присяги Бютукаева запрещённой в России ИГ прошло четыре с половиной года, за это время последние партизаны лишились и поддержки населения, и сочувствия большинства бывших членов подполья, давно находящихся в эмиграции. Мало кто видел смысл в том, чтобы сидеть в горах, не имея ни критичного количества людей, ни военных специалистов, ни достаточного снабжения".
По мнению Соколова, главная проблема кадыровского режима теперь уже точно – не подполье, а чеченский народ: "Несколько десятков штыков, из которых по-настоящему верными можно назвать несколько сотен, против почти миллиона чеченцев, живущих по всему миру и ждущих возможности поквитаться за себя и за своих близких".
Всё это усложняет Кадырову задачу поддержания спокойствия, говорит эксперт: "Поэтому выполнение поставленной верховным главнокомандующим задачи наведения порядка в республике именно сейчас выглядит особенно символически – как завершение миссии самого тандема Путин – Кадыров. Больше нет даже формальных оправданий тому, что кадыровцы делают в республике, и больше нет причин терпеть доминирование окружения Кадырова, от Адама Делимханова до Павла Кротова, в криминальном разрешении экономических конфликтов не только в России, но и в Украине. Ликвидация этой последней организованной группы – серьезный повод подумать, какой может быть Чечня без Путина и Кадырова".
Уверенно говорить о полной ликвидации бандподполья в республике можно будет лишь спустя время, полагает сотрудник правозащитного центра "Мемориал" Тимур Акиев.
"Только время сможет подтвердить или опровергнуть слова Кадырова о полной ликвидации подполья. Раньше мы могли судить об активности боевиков по их действиям – подрывы, нападения, обстрелы. Но в последнее время мы читаем только отчёты силовиков об успешных спецоперациях", – говорит Акиев.
Правозащитник отмечает, что силовики разыскивали людей, причастных к группировке Бютукаева, еще прошлой весной: "Затем последовал отчёт о ликвидации отдельных боевиков из этой группы – сначала на территории Ингушетии, затем на территории Чечни. Но нигде нет информации о том, что они совершили какие-то нападения или теракты, если не считать вооружённого сопротивления при попытке их задержать".
Акиев, однако, убежден, что отсутствие организованного подполья не означает, что силовики останутся без работы: "Они могут продолжить бороться с одиночками или со "спящими ячейками". Следовательно, будет сохраняться определённая напряжённость в регионе, который так давно нуждается в стабильности и которую нам так давно обещают, но она почему-то не наступает".
Глава Чечни уже не первый раз делает громкие заявления об окончательной победе над терроризмом, напоминает политолог, эксперт по Северному Кавказу Эмиль Сулейманов.
"Кадыров периодически делает заявления, что ему удалось покончить с терроризмом в Чечне. Он считает это своей основной заслугой наряду с обустройством республики. Думаю, и сейчас он объявил об этом без особого повода", – считает Сулейманов.
Собеседник полагает, что организованного подполья в Чечне в наши дни не осталось: "Время от времени происходят нападения на военные патрули или полицейских, но за этими нападениями стоит безбородая молодежь, как правило, невооружённая, без какого-либо опыта боевых действий. А организованного сопротивления не осталось, судя по всему, с начала прошлого десятилетия".
Один из исследователей Северного Кавказа, пожелавший остаться анонимным, допускает, что, убивая врагов режима, Кадыров демонстрирует верность главе государства и заодно напоминает о себе.
"Но я бы не стал всё сводить к желанию выслужиться перед Москвой, – объясняет эксперт. – Любая служба должна оплачиваться, особенно если речь идет о Москве и Грозном. Нужно понимать, что начался год и республике необходимы новые денежные средства. Уничтожение боевиков – это отличный повод быть вознагражденным не только лично, но и намекнуть о дополнительных средствах со стороны Москвы".
Он также связывает выступление Кадырова с желанием обозначить, что Чечня – безопасное место для приезжих: "Пандемия показала, что внутренний туризм неизбежно становится популярным. Чечня до сих пор остаётся в памяти жителей России как республика, мягко говоря, неспокойная. Впрочем, ликвидация боевиков радикально ситуацию не поменяет: сервис не развит, равно как и сама туристическая инфраструктура. Большая часть туристов, посещающих Кавказ, предпочитают Владикавказ и окрестности Северной Осетии, курорты Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, а Чечня от массового туризма далека".
Настоящего подполья в Чечне нет уже давно, считает исследователь Free Russia Foundation Денис Соколов: "Убитые шесть членов группы Аслана Бютукаева, как кто-то сказал, скорее абреки, чем боевики. После присяги Бютукаева запрещённой в России ИГ прошло четыре с половиной года, за это время последние партизаны лишились и поддержки населения, и сочувствия большинства бывших членов подполья, давно находящихся в эмиграции. Мало кто видел смысл в том, чтобы сидеть в горах, не имея ни критичного количества людей, ни военных специалистов, ни достаточного снабжения".
По мнению Соколова, главная проблема кадыровского режима теперь уже точно – не подполье, а чеченский народ: "Несколько десятков штыков, из которых по-настоящему верными можно назвать несколько сотен, против почти миллиона чеченцев, живущих по всему миру и ждущих возможности поквитаться за себя и за своих близких".
Всё это усложняет Кадырову задачу поддержания спокойствия, говорит эксперт: "Поэтому выполнение поставленной верховным главнокомандующим задачи наведения порядка в республике именно сейчас выглядит особенно символически – как завершение миссии самого тандема Путин – Кадыров. Больше нет даже формальных оправданий тому, что кадыровцы делают в республике, и больше нет причин терпеть доминирование окружения Кадырова, от Адама Делимханова до Павла Кротова, в криминальном разрешении экономических конфликтов не только в России, но и в Украине. Ликвидация этой последней организованной группы – серьезный повод подумать, какой может быть Чечня без Путина и Кадырова".