Беслан: День памяти в День знаний
…В Воронеже начало осени 2004 года было как на заказ — сухим, солнечным, тёплым. День 1 сентября обещал быть просто чудесным. Но радио сообщило о том, что происходит в Беслане… Это как 22 июня в 1941-м: выходной, воскресенье, прекрасная погода, дивное настроение… и тут вы узнаёте о том, что началась война.
Беслан стал последним звеном в цепи захватов чеченскими террористами, которых на Западе до сих пор называют «борцами за свободу», огромной массы заложников на территории РФ.
Начало этой цепи было положено во время Первой чеченской войны. 14 июня 1995 года отряд Шамиля Басаева двинулся в город Будённовск, райцентр Ставропольского края. 195 боевиков атаковали здание ГОВД, затем заняли городскую больницу. В ней бандиты разместили около 2000 «кавказских пленников» — захваченных мирных жителей.
В конечном итоге нападавшие вполне благополучно на предоставленных им автобусах вернулись в Чечню.
По официальным данным, в этом теракте с нашей стороны погибли 143 человека (из них 46 — сотрудники силовых структур), а 415 получили ранения. Потери боевиков составили 19 убитыми и 20 ранеными.
После Будённовска большие подразделения террористов столь глубоко на территорию российских регионов из Чечни больше не проникали.
«Лавры» Басаева не давали покоя другому полевому командиру — Салману Радуеву. 9 января 1996 года вооружённая группа численностью 256 человек под командованием Радуева, Атгериева и Исрапилова (ныне, как и Басаев, покойных) напала на расположенный у самой границы Чечни дагестанский районный центр Кизляр. Были захвачены роддом и больница. По примеру Будённовска, туда согнали порядка 3000 жителей города.
Возвращаясь назад, боевики в том же районе Дагестана захватили село Первомайское, были окружены, но прорвали окружение и ушли.
Согласно официальным данным, российские потери в кизлярском теракте составили 78 человек погибшими и несколько сотен ранеными.
Однако после Кизляра прорывов крупных отрядов, насчитывающих свыше сотни боевиков, в другие регионы РФ с последующим захватом ими большого количества заложников более не происходило.
Вторая чеченская кампания протекала совершенно иначе. Бандиты отчаянно и безуспешно сражались за контроль над территорией Ичкерии. Возможность проникнуть за её границы большими подразделениями армейского типа российские силовики, насколько можно судить по конечному результату, успешно блокировали.
С апреля-мая 2000 года организованное сопротивление регулярных вооружённых формирований федеральным властям в Чечне прекратилось. Борьба на её территории перешла в длительную фазу партизанских и, соответственно, контрпартизанских действий и операций.
В этих условиях 23 октября 2002 года группы действовавших по единому плану террористов, которые проникли в Москву из Чечни и получили там оружие, взрывчатку и снаряжение, захватили 916 заложников в Театральном центре на Дубровке.
Из них, по разным данным, погибло от 130 до 174 человек, но все 40 боевиков были уничтожены.
Таким образом, «дыры», в которые могли просочиться бандиты, и во время Второй чеченской войны всё ещё оставались — вплоть до осени 2004 года, когда случился Беслан…
Лагерь напавших на него террористов находился в окрестностях ингушского села Пседах, расположенного в 30 километрах от этого города.
Оттуда ранним утром 1 сентября группа захвата под руководством Руслана Хучбарова на грузовике ГАЗ-66 и захваченном по дороге «жигулёнке» 7-й модели двинулась в Беслан, к школе № 1. Там проходила линейка, посвящённая началу нового учебного года.
Школа была захвачена в считанные минуты — участники нападения хорошо изучили её план, чётко распределили и затем исполнили свои роли. В здание загнали более 1100 человек: учеников, их родителей и родственников, учителей. В числе заложников оказалось много детей дошкольного возраста — родители взяли их с собой на День знаний. В то же время некоторые старшеклассники во время захвата сумели убежать от бандитов.
Школа была забаррикадирована, у входов и в коридорах установлены взрывные устройства, начинённые металлическими шариками. Спортзал также был напичкан взрывчаткой. Система минирования была тщательно продумана, все её элементы были подготовлены заранее.
Факт, который кажется парадоксальным, но который весьма логичен и объясним: заложникам приказали говорить только на русском языке. Его понимали и они, и террористы; при этом последние во избежание сопротивления и других «сюрпризов» стремились контролировать все коммуникации своих жертв друг с другом.
Пребывание заложников в школе сопровождалось непрекращающимися акциями устрашения, издевательствами и оскорблениями. В первый же день бандиты погубили больше 20 пленников. При этом и сами они благодаря собственным оплошностям понесли потери убитыми и ранеными.
Реакция на нападение была быстрой: первая оперативно-боевая группа Центра специального назначения ФСБ прибыла в Беслан уже через час после захвата школы.
2 сентября с террористами велись переговоры, в которых участвовал бывший президент Ингушетии Руслан Аушев, лично встретившийся с бандитами. Они согласились отпустить группу из 24 заложников — матерей с грудными детьми. Однако их отношение к оставшимся пленникам ожесточилось. Их практически лишили и так недостаточного доступа к воде, к продуктам, к медицинской помощи, закрыли доступ в туалеты.
Днём 3 сентября в спортзале прогремели мощные взрывы, частично обрушилась крыша. Заложники начали разбегаться, бандиты открыли по ним огонь. Силовики стали прикрывать тех, кто пытался вернуть себе утраченную свободу. Начался штурм. За ним последовала зачистка, продлившаяся примерно до полуночи.
Жертвами Бесланского теракта стали свыше 333 человек, из них 186 — дети до 17 лет и 19 силовиков и спасателей. Общее количество раненых составило порядка 800 человек, едва ли не большинство из них — дети.
Таким образом, именно в Беслане с его примерно 36-тысячным населением мирных граждан было убито или же пострадало больше, чем в других случаях, рассмотренных выше.
События в школе № 1 стали самой большой трагедией в истории города, резко разделив её на «до» и «после». На фронтах Великой Отечественной за все её годы бесланцев погибло немногим больше, чем за три сентябрьских дня 2004-го.
Самые младшие из тех, кого затронул теракт, сейчас только-только на пороге вступления во взрослую жизнь.
Потери со стороны захватчиков составили 32 бандита. Считается, что только один из них не был уничтожен, а попал в плен. Он получил заслуженное наказание в виде пожизненного лишения свободы.
Но это лишь те, кто действовал непосредственно в школе. Организаторы, помощники и пособники террористов, которых там не было, остались на свободе.
Однако многих из них в последующие годы настигло возмездие — как, например, террориста № 1 всей чеченской эпопеи Басаева, причастного в том числе и к организации теракта в Театральном центре на Дубровке. Он заявил о своей ответственности за произошедшее в Беслане и вместе с несколькими другими боевиками был ликвидирован в июле 2006 года.
После чрезвычайного происшествия в этом городе борьба с терроризмом в РФ была ужесточена и усилена, стала вестись тщательней и профессиональней. С тех пор, то есть на протяжении уже 16 лет, захватов большого количества заложников — сотен, тем более тысяч — вооружёнными террористами в России пока не происходило.
И слава Богу.
Станислав Хатунцев