«Бензин уже залит в баки, осталось запустить двигатель, чтобы все вспыхнуло»
Опрос недели: Чего добьется Хабаровск своими протестами?
Вот уже несколько недель в Хабаровском крае продолжаются уличные протесты в связи с арестом местного губернатора Сергея Фургала. Будет ли в регионах нарастать недовольство федеральным центром? И чем ответит Москва: закручиванием гаек или хотя бы частичным пересмотром отношений центра и субъектов Федерации? «БИЗНЕС Online» отвечают Леонид Гозман, Константин Калачев, Фатих Сибагатуллин, Дмитрий Орешкин, Мидхат Фарукшин и другие.
Фатих Сибагатуллин депутат Госдумы РФ — Ничего не добьется. Будет ли недовольство нарастать, этого сказать невозможно, прежде всего, регион сам должен работать, а не просто винить во всем федеральный центр. Я думаю, абсолютно ничего не изменится. Раньше там был Фургал из ЛДПР, сейчас предложили человека Жириновского, вот и весь разговор. Надо еще посмотреть, что там за народ выходит на улицу, кто они такие, надо разобраться. У нас тоже протестовали против строительства МСЗ, разобрались, там ни одного татарстанца не было. Все со стороны пришедшие, кому оплатили, те неделю там ходили, ночевали. Протесты в Хабаровске закончатся, пока там идут дешевые приемы, у нас, по правде говоря, настоящей оппозиции и нет.
Константин Калачев политтехнолог, руководитель Политической экспертной группы — Хабаровск этими выступлениями добьется, как минимум, уважения к себе. У системы, к сожалению, нет коллективного разума и коллективного опыта, но будем надеяться, что в следующий раз такие ошибки, как выдвижение непопулярных губернаторов, не повторятся. Собственно, полпред президента по Дальнему Востоку господин Трутнев уже признал ошибку выдвижения и поддержки господина Шпорта, который в итоге проиграл Фургалу. Это первое. Второе: может быть, кто-то в Москве задумается о том, почему жители Дальнего Востока недовольны проводимой федеральным центром политикой. При всем при том, что Москва очень часто говорит о приоритетности развития Дальнего Востока, люди на себе это развитие, эти улучшения не ощущают. То есть может быть стоит отойти от практики строительства каких-то мегаструктур, мегапроектов и уделить больше внимания повышению уровня жизни, трудовой занятости, размеру доходов, условиям ведения бизнеса? Ведь проблема в том, что Дальний Восток в 90-е годы был предоставлен сам себе. А когда забота федерального центра стала проявляться в полной мере, дальневосточники решили, что это не забота, а попытка подобрать под себя все ресурсы территории. В 90-х годах Владивосток и Хабаровск оказались со своими банками, своими магазинами. Все было свое, они были самодостаточны. А сейчас не только у обычных граждан, но и у элиты есть ощущение, что их отодвигают и федералы забирают порты, забирают все, что может давать прибыль. Кстати, история с металлургическим предприятием, находящимся на территории Хабаровского края, которое якобы кого-то заинтересовало и из-за этого у Фургала, имеющего там пакет акций, возникли проблемы, достаточно ярко иллюстрирует эту ситуацию. Неважно, правда это или нет, но люди на Дальнем Востоке готовы поверить, что речь идет о переделе собственности, а вовсе не о наведении порядка. И о неуважении к их праву выбора. Если Москва сделает из этого какие-то выводы — хорошо. Но я, честно говоря, в этом сомневаюсь.
Леонид Гозман политолог — Хабаровск, скорее всего, не много чего добьется. Потому что власти не могут отступать, это не принято у нас. Но для всей страны это фантастически важно, так как это показывает полную растерянность и некомпетентность властей. Это, конечно, расшатывает ситуацию очень-очень сильно. А для страны в целом это абсолютно исторический момент. Ответит ли Москва? Она уже ответила фактической отменой выборов. Дело в том, что выборы в три дня, которые они теперь будут проводить, и которые хотели проводить три дня только со следующего раза, а проводят уже в этом сентябре, показывают, что Москва в полной совершенно панике. Власти понимают, что они проиграют всё. И фактически это уже ответ.
Алексей Мухин генеральный директор Центра политической информации: — Слишком много факторов, которые влияют на эти процессы. Это и поведение федерального центра, и поведение местных групп влияния, и поведение врио губернатора Михаила Дегтярева. Если звезды, вернее, все эти факторы, сойдутся и будет найден консенсус, то, скорее всего, ситуация стабилизируется. А если где-то произойдет сбой, то ситуация рассыплется, как карточный домик, и будет собираться вновь. Это займет некоторое время. А по датам я гадать не решусь… Пересмотра отношений центра и субъектов федерации не будет, как бы этого кому-то не хотелось. Скорее всего, и это уже видно, что федеральный центр применяет комбинированную методику работы с Хабаровским краем. То есть совмещение и кнута, и пряника.
Артем Прокофьев депутат Госсовета РТ, член татарстанского отделения КПРФ — Последствия у этой ситуации есть краткосрочные и долгосрочные. Если говорить о краткосрочных, то, думаю, что их федеральные власти будут пытаться с одной стороны задобрить, с другой — бить по лидерам протеста, которые там появляются. И всячески расколоть вот это протестное движение, которое возникло в Хабаровске. То есть пытаться его как-то маргинализировать, разбить на группы. Эта тактика власти всегда хорошо известна. Кроме того, я считаю, что вот это кадровое решение по Дягтереву ошибочное. Но, возможно, что к выборам в Хабаровском крае, когда они состоятся, мы увидим другую основную кандидатуру, которую будет поддерживать власть. С учетом того, как себя проявил новоявленный врио. По поводу долгосрочных последствий. Митинги в Хабаровске — очень значимое событие, и действительно и имеет основание попасть в учебники истории России. Дело в том, что это, с одной стороны, недовольство властью, которая долгие годы сидит у руля в нашей стране, где отсутствует обратная связь, нет коммуникации, все это порушено. Власти до сих пор не понимают, насколько неправильная их политика в отношении Хабаровского края или других регионов. Во-вторых, это федерализм, про который нам долгие годы рассказывали, что это про национальные республики, которые вечно недовольно. На самом деле, мы видим, что федерализм важен всем регионам нашей страны. Что люди хотят сами определять власть на местах, сами хотят выражать доверие или недоверие. В конце концов, даже если люди ошибутся, это их право на ошибку. Ну и взаимоотношения регионов и власти в плане финансирования. Ведь это тоже звучит исподволь во всех этих протестах.
Мидхат Фарукшин политолог, профессор КФУ — Трудно сказать, находясь в Казани, чего добьется Хабаровск, но, я думаю, что, во-первых, люди имеют право выражать свое мнение открыто, во-вторых, это осложняет предвыборную ситуацию в Хабаровске. Плюс к этому осложняет вообще ситуацию с выборами. Если не будут использовать в широких масштабах административный ресурс, то трудно прогнозировать результаты выборов. Недовольство будет нарастать, поскольку невозможна бесконечная централизация полномочий по стягиванию всего в столицу государства. Но, кроме общих проблем, связанных с дефедерализацией государства, есть проблема и у каждого региона по отдельности или группы регионов. Трудно сказать, чем ответит Москва, я думаю, в центре изучают ситуацию и какое-то решение будет принято, но будет ли принято решение оставить все, как есть, или внести какие-то изменения и в политику и законодательство, спрогнозировать трудно. Хотя, мне кажется, что центр не склонен идти на какие-то уступки.
Дмитрий Орешкин политолог — Думаю, что Фургала не вернут. Это будет просто не позволительной репутационной потерей для Кремля — идти на поводу у населения. Тем более нам уже объяснили, что это все «под давлением иностранцев» и т. д. В общем, думаю, что хабаровский протест, в прямом смысле слова, не добьется освобождения Фургала. Его посадят, правда, вопрос в том, как: демонстративно жестко или, наоборот, постараются не злить людей. В этом смысле протест, может, немножко смягчить персональную судьбу экс-губернатора. Что касается выступлений в Хабаровске, это некоторый сигнал. То есть, мы видим, территориальная политика Кремля в последний год все очевидней демонстрирует свою неэффективность. Просто раньше на фоне высоких цен на нефть это не очень чувствовалось. А сейчас, то в Ингушетии конфликты, в Архангельске «мусор», Ненецкий автономный округ не выходил на демонстрации, но единственный проголосовал против поправок, потому что его хотели присоединить к Архангельской области. И вот Хабаровск. В других регионах тоже проблемы, особенно на Дальнем Востоке. Потому что это систематически недокормленные регионы, у людей нет работы, перспектив. Но они терпели. Ждали, что Россия поднимется с колен, с удовольствием слушали Первый и Второй каналы, где им рассказывали, что вот сейчас-то мы покажем. Так вот значение Хабаровска в том, что-то самое большинство, которое Путина поддерживало, начинает в нем разочаровываться и переживать когнитивный диссонанс. «Мы вставали с колен, присоединяли Крым, всех побеждали, бурно аплодировали, а потом выяснилось, что это все за наш счет, и мы же еще в дураках». Хабаровский протест будет еще одним важным (не то чтобы это окончательный переломный момент), но один из дополнительных пунктов, благодаря которому становится понятно (с большим внутренним сопротивлением), что происходит. Это можно назвать «медленное осознание действительности». Это сигнал. Потому что та модель регионального менеджмента, которую выстроил Кремль, порочна, и исходит из того, что регионы должны зависеть от центра, они должны быть слабые, чтобы у них не было собственных источников дохода, чтобы они смотрели Кремлю в рот и кормились с ладошки. А люди все-таки живут в регионах, и регионы в первую очередь должны развиваться. А у нас супер мега централизация и все ресурсы стягиваются в Москву, которая потом их распределяет. Ответит ли чем-то Москва? Ответит, конечно. Но она это будет делать не сразу. Зачинщиков уже вычислили, но об этом не спешат говорить. Они опытные люди и понимают, что любой уличный протест рано или поздно затухает. Ну, нельзя всю жизнь провести, выходя на улицу. Три недели хабаровчане выходили, на четвертую устанут. Вот тогда Москва начнет кого надо потихонечку сажать, загонять под лавку. Мне кажется те, кто говорит про революцию, плохо понимают, как страна устроена.
Вадим Хоменко вице-президент АН РТ — Это не столько реакция на Фургала, а реакция на сложную ситуацию в экономике. На Дальнем Востоке достаточно напряженно. Во-вторых, замена губернаторов шла гладко до настоящего времени, но этот человек не назначенный, а избранный, и на фоне сложной экономической ситуации Фургалу удалось что-то там сделать, люди приводят конкретные положительные примеры. Потом население не воспринимает ставленников из центра. Дальний Восток богат ресурсами, и там есть возможность зарабатывать большие деньги, есть там и своя коррупция, но то, что туда потянулись московские капиталы, ставят людей оттуда, вот на этом фоне и начинается недовольство. Сейчас ситуация везде сложная, если федеральный центр должен предпринимать разумные шаги, а не такие, как назначение Дегтярева, когда народ не увидел адекватного ответа на те требования, которые он выдвигает. Если ситуация в Хабаровске будет возрастать, она, конечно, может перекинуться на другие регионы России. Ситуация неординарная, она не отыграна в российском социальном процессе, это новая ситуация, вызванная накоплением нерешенных проблем. Обычно заканчивалось сменой губернаторов, одного снимали или сажали, как, например, Белых, и все. А сейчас в Хабаровске надо выходить на диалог и искать компромиссный вариант.
Марсель Шамсутдинов общественный деятель, предприниматель — Хабаровск добьется как минимум увеличения денежных дотаций из Кремля, центральная власть будет тушить процесс деньгами. Ну и попутно где-то через три недели — месяц будут аресты активистов. Сейчас Хабаровск стоит за всю Россию, за наше самоуправление, за наши налоги, чтобы, например, из Татарстана 1,2 трлн, который он зарабатывает, в виде налогов отправлял не 1 трлн в Москву, увеличив бюджет РТ, который сейчас 270 млрд рублей, и то в нем будет дыра 70-80 млрд из-за коронавируса. Вот за это стоит Хабаровск, и он добьется, Москва будет отдавать деньги регионов в Хабаровск, чтобы повысить свою популярность. Нарастание недовольства в регионах — это еще не будет тем зажигательным ключом, который запустит мотор революции протестов в стране. Но это показывает, что горючий материал, бензин уже залит в баки, осталось запустить двигатель, чтобы все вспыхнуло. Это будет, наверное, все-таки осенью.
Сергей Сергеев профессор кафедры политологии КФУ — Выступление жителей Хабаровска в поддержку своего арестованного губернатора достаточно уникальное явление в политической жизни России. Во всяком случае, в последние лет двадцать. За это время был арестован не один губернатор: и Гайзер, и Хорошавин, и Белых. Но подобных выступлений не было. И, скорее всего, это обозначает внутренний кризис существующего в России политического режима. Другое дело, что сейчас, видимо, сложилось такое довольное шаткое равновесие. То есть московские власти не решаются подавить выступления в Хабаровске силой, как, допустим, год назад в Москве, потому что это может иметь обратный эффект по всей стране. В то же время выступления в Хабаровске неинституционализированы. Нет организации, которая берет на себя ответственность за эти выступления. Понятно, что это не команда Фургала и не команда Навального. Возможно, у них вообще нет организатора… Видимо, это действительно, как говорится, стихийное творчество народных масс. В этом их определенная сила, поскольку трудно в таком случае найти главных и запрессовать, что у нас умеют очень хорошо. В то же время против государственной машины такой неинституционализированный протест имеет мало шансов. Поэтому, пока сложилось шаткое равновесие, Москва, федералы ждут, пока люди устанут и можно будет начать какое-то выборочное подавление. На что надеются хабаровчане? Наверное, это надо спросить у них. Их возможная надежда — подобные выступления солидарности по всей стране. Что касается того, чего они могут добиться, думаю, что те требования, которые они выставляют, удовлетворены вряд ли будут. Потому что это один из принципов нынешнего режима — не уступать народу ни в коем случае, не проявлять слабость. Тем не менее, есть определенный шанс, что хабаровские события смогут сыграть роль триггера. Но подобные вещи прогнозировать трудно. Известный современный исследователь революций Джек Голдстоун (и не только он) писал о так называемом «парадоксе революций» — несмотря на то, что социальные исследователи, в общем, согласны, какие условия приводят к революциям и сменам режимов (их пять: экономический или фискальный кризис, отчуждение народа и элит, формирование коалиции групп населения, заинтересованной в переменах; появление у этой коалиции более или менее доходчивого объяснения необходимости перемен; благоприятная для перемен международная обстановка), но при этом почти невозможно прогнозировать, когда именно массовые выступления обернутся «сменой декораций». По крайней мере, при тех инструментах, что есть у современных социальных ученых. Голдстоун сравнивает ситуацию с предсказанием землетрясений: геологи могут определять сейсмоопасные зоны, и мы знаем, что землетрясения там произойдут, но когда именно и насколько они будут сильны, мы не знаем. Серия мелких толчков может обернуться мощным землетрясением, а может закончиться ничем. Но если сравнивать нынешнюю ситуацию в стране с теми пятью условиями, что приводит Голдстоун, то нетрудно увидеть, что сейчас в России присутствуют не все из них: два, может быть, три. Поэтому хабаровские события, скорее всего, завершатся тем, что энергия сопротивления у хабаровчан будет понемногу иссякать, и создадут какой-то примирительный орган, консультативную комиссию или совет, чтобы снять остаточное напряжение.
Фото: © Евгений Биятов, РИА «Новости»; kpfu.ru; «БИЗНЕС Online»