«Медиазона»: Площадь Свободы
20 апреля около полутора тысяч жителей Северной Осетии вышли на площадь Свободы во Владикавказе. Акция задумывалась как народный сход против «режима самоизоляции», из-за которого многие в республике потеряли работу, но уже на месте собравшиеся начали выдвигать политические требования: отправить в отставку правительство и главу республики Вячеслава Битарова, провести досрочные выборы, освободить активиста и оперного певца Вадима Чельдиева. В тот же день правительство республики пообещало оказать материальную помощь малоимущим.
Вечером сотрудники Нацгвардии и МВД начали разгонять остававшихся на площади протестующих, в ответ в силовиков полетели камни.
На следующее утро отдел по расследованию особо важных дел СК по Северной Осетии возбудил уголовные дела о применении насилия в отношении нацгвардейцев и полицейских (часть 1 статьи 318) и о хулиганстве, связанном с сопротивлением представителю власти (часть 2 статьи 213 УК). Позже оба дела объединили.
23 апреля по поручению главы Следственного комитета Александра Бастрыкина дело передали в центральный аппарат ведомства. Расследование поручили группе из 13 следователей.
По данным МВД, на акции протеста 20 апреля задержали более 100 человек, 65 из них подверглись административному аресту на срок от двух до 15 суток. Более 20 — стали фигурантами уголовных дел.
«Людей было как 300 спартанцев». Кто и против чего протестовал на площади Свободы
«Я всего лишь пришел высказать свою позицию и не был там ни с какой партией, — рассказывает участник акции во Владикавказе Алан, попросивший не называть его фамилии. — Я хотел узнать: помимо коронавируса так называемого какие вообще вопросы могут быть озвучены? Меня интересовала экономическая ситуация. Глава республики — он, сказать по правде, не робкого десятка — спокойно вышел, отвечал на вопросы, но в этот мегафон почти ничего не слышно было, и люди — их, само собой, это раздражало — начинали кричать».
Алан говорит, что занимается поставкой и обслуживанием вентиляционных систем, но с началом кризиса объем работы сильно сократился, а после введения карантина она «вообще стала никакой».
«Я задал вопрос [главе республики], почему так получается, что у нас в стране таксисты, маникюрщицы и больше ничего? Это же страшно, когда [у людей есть] высшее образование, но они вынуждены работать в такси. Он мне: „Вы можете по существу задавать, что вы предлагаете?“. Я ему: „Если вы не можете поднять экономику, раздайте населению беспроцентные кредиты, они будут сами поднимать“. Мы должны чувствовать себя гражданами страны», — пересказывает свой диалог с Битаровым Алан.
По его словам, пока людей на митинге было много, полиция не вмешивалась в происходящее, но вечером, когда площадь почти опустела, глава республиканского МВД Михаил Скоков объявил, что, если оставшиеся не разойдутся через 10 минут, силовики начнут «штурмовать».
«А людей было как 300 спартанцев, там в принципе никого не оставалось, — говорит Алан. — Это Кавказ, так нельзя заявлять, мы ж не собачата. Люди поначалу пытались разговаривать: „Не делай так, не иди на нас, мы пришли сюда высказать свое мнение, услышать ответы на вопросы“, но [силовикам] это уже было малоинтересно — они начали бить по своим щитам».
Когда участников митинга начали толкать и бить по головам, «началась неразбериха»: «одни били, другие как могли, так и защищались», бросая в сторону силовиков камни.
Сам Алан считает пандемию COVID-19 раздутой проблемой. «Люди вообще не верят в этот коронавирус. Процентов 15–20 еще чего-то побаиваются, а процентов 80 понимают, что это большая ложь. Настолько из мухи раздули слона, что людям уже просто смешно», — уверен он.
В конце митинга, вспоминает Алан, он отошел от площади купить минералки, и в этот момент его задержали люди в штатском. Советский районный суд Владикавказа пришел к выводу, что мужчина «принял участие в массовом одновременном пребывании и (или) передвижении граждан в общественных местах» (часть 1 статьи 20.2.2 КоАП), повлекшим нарушение общественного порядка, и назначил ему 15 суток административного ареста.
«Те, кто с федерального центра, просто хотели подавить тот небольшой процент, который остался [на площади]. Если сейчас доложат, что люди собрались, и они ничего не могли поделать с таким вот количеством ОМОНа, Росгвардии… Им нужно было объявить всей России, что Кавказ был подавлен, один из регионов кавказских. Потому что если бы [разгона] не было, тогда бы поднялась, возможно, и Ингушетия, и Кабарда, и Дагестан. Они этого боялись», — считает Алан.
Другой задержанный на митинге — 29-летний житель города Алагира — попросил не называть его имени. Он утверждает, что в тот день оказался на площади Свободы случайно — приехал во Владикавказ по делам, увидел толпу и «ради интереса» подошел посмотреть.
Его задержали еще днем — и тоже люди в гражданской одежде и медицинских масках.