На задворках
Когда-то сегодняшние дедушки и бабушки готовили нас к жизни, но, перестав в них нуждаться, мы отодвинули их в сторону, оттеснили на обочину. Удивительно, как семья и государство сходятся в этом вопросе.
Пожилые люди страдают от социальной изоляции. Готовы ли мы помочь им? Или просто отведем глаза?
Недавнее исследование Бар-Иланского университета выявило негативное психическое воздействие карантина на пожилое население в возрасте 60. Среди прочего, учащаются расстройства, депрессии, наблюдаются другие симптомы из того же ряда. 59% пожилых явственно ощущают недостаток в обществе. Одиночество становится их ключевой проблемой. Или все-таки это не только их проблема?
Есть в эгоистическом мире вещи, которые официально признаны негодными к исправлению, даже показному. В этом списке, демонстрирующем наше моральное бессилие, пожилые соседствуют с молодыми, и вообще, со всеми, кто утекают у нас сквозь пальцы, поскольку мы не можем, не умеем правильно их поддержать, так чтобы они были полноценными частями общего целого.
Как же случилось, что старость подчас становится приговором к изоляции? И неужели я тоже могу угодить в эту ловушку?
Понятие золотого возраста пришло из древнегреческой мифологии и, по сути, само является мифом. Когда-то сегодняшние дедушки и бабушки готовили нас к жизни, но, перестав в них нуждаться, мы отодвинули их в сторону, оттеснили на обочину. Пускай себе отдыхают, у нас есть более важные дела. Отношение детей к отцам всегда не соответствует отношению отцов к детям. Исключения, конечно, случаются, но правило остается правилом, и результаты налицо.
Это пренебрежение заложено в эгоистичной природе человека, и мы не хотим ничего менять. Ситуация уже устоялась, прижилась в обществе. Состарился – на задворки. И хорошо если в уютный уголок, где ты можешь жить самостоятельно. Некоторым достаются обычные дома престарелых.
Удивительно, как семья и государство сходятся в этом вопросе. Сходятся в том смысле, что решают его стандартными способами, а на деле не решают – просто затягивают…
Знаете, почему? Потому что у нас нет настоящего общества, настоящей социальной общности. Мы живем в пузырях, не ощущая сопричастности к чему-то, взаимосвязи в единой человеческой сети.
Как следствие, на пожилых не хватает ресурсов, причем, в первую очередь не бюджетных, а душевных. Их губит отсутствие общества, каким оно должно быть. Остатки нашего тепла почти не согревают их.
Решение, которое мы отвергаем
Когда испорчено целое, в нем невозможно исправить что-то по отдельности. Нам всем надо учиться тому, что такое настоящая человеческая общность, проникнутая общим чувством, пронизанная сердечной связью, способная понимать, сострадать, помогать, требовать. Каждый должен знать, как жить в таком обществе, которое, по сути, семья.
Только тогда пожилые не будут оставаться на задворках жизни. Только тогда их поддержка из обузы превратится в живое, замечательное дело, без которого мы и помыслить себя не сможем.
В глубине души мы отлично это понимаем. Но по инерции миримся с происходящим или ищем виноватых. Например: почему правительство о них не заботится? Правительство в ответ приводит нам длинный перечень бюджетных статей, ставок, проектов, инициатив. А что еще оно может сделать, если мы сами не готовы измениться, если бездушие царит везде? Чуждые друг другу граждане страны требуют от политиков разрешить проблему их безучастия и социального разлада. Это же нонсенс.
Как мы относимся к окружающим, такое у нас правительство, такая у нас жизнь и такой у нас золотой возраст. Мы могли бы наполнить дни пожилых интересным для них контентом, ощущением связи, причастности, смыслом. Но мы даже их отдаем на откуп потребительской экономике, потребительскому мировоззрению и не желаем ничего менять. Потому что чувствуем: придется менять себя. И робеем, вместо того чтобы радоваться.
Сегодня все рассажены по социальным клеткам: родители на работе, дети и старики пристроены по современным понятиям. Все как будто нормально. Мы даже платим деньги за то, чтобы доломать институт семьи. Общение дедов и внуков сведено к формальности. Они слишком разные, а общепринятые нормы еще дальше разводят их друг от друга. Удел старости часто – обрывочные звонки, отрывочные визиты.
Нам бы надо жить дружной семьей, проводить больше времени друг с другом, заботиться, сопереживать, расширять этот опыт на общество в целом. А что делаем мы? Отбываем сроки в своих клетках, где все по часам и все формально, даже развлечения…
Мы бы так и жили, если бы не коронавирус. Пока мы воюем с ним, он кардинально перестраивает наше общество. И тенденции уже просматриваются. Со временем работы будет все меньше, замедлится безумная гонка за иллюзиями, образ жизни изменится, удаленка станет нормой, и мы увидим семью в другом ракурсе, разглядим в ней другой потенциал. Да, он требует учебы, этот потенциал неразрывной связи сердец, зато и отдача будет колоссальной.
Пути назад нет. Миру необходимо целенаправленно трансформироваться навстречу социализации, взаимодействию, оживляя более глубокий пласт человеческих отношений – таких, которые обеспечат достойное место и пожилым.
Ведь у них есть огромное богатство – умиротворенная мудрость жизни, "взгляд с вершины", внутреннее равновесие. Они могут успокаивать страсти молодых и направлять их. Не говорить, что делать, а именно направлять, задавать верный курс. Пожилое поколение способно передать свой плодотворный импульс детям и внукам, чтобы они шли дальше в ногу со временем, зрело, без горьких ошибок и крайностей.
И все это нам под силу реализовать – в семьях, в обществе. Все это уже назрело, уже тяготит нас изнутри. Давайте же радоваться, а не робеть. Правильная связь поколений станет для нас крепкой основой, на которую всегда можно будет опереться.