Поротый пертуй и няша с ляпандой: 12 удивительных фактов о Русском Севере и населяющих его людях

Приобщиться к культуре коренных народностей (саамов, ненцев и ительменов) можно через их музыку и одежду

Понятие музыки — шире, чем мы привыкли думать, и развиваться в этом направлении помогает изучение необычных инструментов разных народов. Вывко (у ненцев и ительменов), он же шувва (у саамов), представляет собой дощечку с двумя отверстиями по краям. Через них продевают оленью жилу или обычную нить и связывают концы. Чтобы сыграть на вывко, нужно быстро скручивать и раскручивать петлю, растянутую между руками, тогда дощечка крутится, издавая звук, похожий на гул ветра.

Шаманы использовали этот инструмент, чтобы вызывать сильный ветер, который должен был прогнать гнус и жару. А еще с помощью шуввы они выявляли заболевания внутренних органов: поднося инструмент к телу человека, оценивали звук — если он менялся, это означало болезнь. Сейчас вывко используют как игрушку, которая развивает мелкую моторику и координацию у маленьких детей.

Больше о шаманских инструментах читайте здесь.

Для тех, кто интересуется этнической модой, открытием станет «Тэмбойко» — дом ремесел Лилии Тайбарей в селе Красное под Нарьян-Маром. Здешние мастерицы делают аутентичную ненецкую одежду для оленеводов, которая помогает им выжить при сильных морозах: малицы (шубы) и пимы (сапоги) из оленьей кожи, а также покрытия для чумов, которые заказывают даже из-за рубежа. Больше про Лилию и ее дело — в этой статье.

Путешественник в русской Лапландии может поплавать на сапах, одеться викингом и забраться на гору на снегоступах — всё это в рамках многочисленных местных фестивалей

Несмотря на сложный климат, жизнь людей на Севере не ограничена домом и работой, масса локальных развлечений доступна и туристам. Например, в Лапландском заповеднике можно прогуляться по первозданному лесу с огромными деревьями. Эти массивы появились после последнего ледникового периода 10 тысяч лет назад, и с тех пор разрушительная деятельность человека там еще не началась. Воду из местных озер можно пить, и в этом легко убедиться, приехав на фестиваль «Унесенные в тундру» в июле, а в феврале-марте в рамках масленичных гуляний будет здорово забраться на гору на снегоступах. Больше об активностях в русской Лапландии — здесь.

Но больше всего занятий, конечно, доступно летом, когда можно ходить без тяжелой верхней одежды и наслаждаться буйством природных красок. Для любителей погрузиться в историю существует Imandra Viking Fest: заплатив за вход всего 100 рублей, вы получите возможность наблюдать за состязаниями любителей нордического духа, любоваться лошадьми и плести обереги. А в поселке Никель Мурманской области бушует «Свежий ветер» — фестиваль для любителей сапов. Посещение бесплатное, правда, понадобится справка.

И конечно, если вы уже выбрались на северные территории, будет обидно упустить самый известный Арктический фестиваль в Териберке — поселке, который показал Андрей Звягинцев в «Левиафане». В июле здесь встречаются два лучших развлечения на пленэре: дегустация локальной еды и концерты. Подробнее об этом и других летних ивентах читайте в материале «Людей Севера».

700 самых аутентичных северных храмов ждут не только любителей внутреннего туризма, но и активных и небезразличных людей, которые готовы заняться их сохранением

На Русском Севере сохранилось много деревянных храмов, которые считаются жемчужинами зодчества. Всё дело в том, что каменные церкви раньше строили по строгим архитектурным канонам, потому они получались похожими друг на друга, а вот деревянные были зачастую более скромных размеров, зато их авторам разрешалось проявлять фантазию — такой подход делал каждый храм уникальным.

Нигде в мире больше не сохранилось образцов деревянного зодчества в таких количествах, но и эти строения не вечны: когда рушится кровля, каркас гибнет через два-четыре года. При этом стоимость противоаварийных работ, которые позволяют продлить жизнь здания на несколько десятков лет, не так высока: 500–800 тысяч рублей. Возрождением деревянных храмов Севера уже 17 лет занимается проект «Общее дело», на его счету более 150 спасенных строений, еще 700 ждут своих меценатов и волонтеров. Чтобы приобщиться к этому благородному занятию, необязательно иметь навыки строителя: экспедициям по восстановлению предшествуют экспедиции-исследования, во время которых нужно поговорить с местными жителями, обмерить объект, сфотографировать его и собрать максимум информации о его истории.

«Филиал» Русского Севера есть в Подмосковье

Музей северной архаики «Новое старое» создал реставратор Дмитрий Соколов, который работает над восстановлением деревянных храмов с 1980-х. Он уверен, что у каждого деревянного храма есть несколько уровней ценности: культурный, культовый и социальный. Последний дает людям ощущение корней, принадлежности к месту и вечности. И часто бывает так, что жители возвращаются в покинутую деревню, когда там начинают восстанавливать церковь.

В музее, который расположен в селе Воздвиженском, работает Школа топорного зодчества. С мая по сентябрь в выходные в ней учат работать плотницкими инструментами, реставрировать деревянные конструкции, возводить стены срубов и ставить традиционные окна. С такими знаниями летом можно ехать на реальные объекты спасать культурное наследие.

Первыми покорителями Русского Севера были новгородцы. Со временем они стали называть себя поморами

Согласно Патриаршей летописи, первым осваивать Заполярье с отрядом воинов двинулся новгородский посадник Улеб в 1032 году. Целью экспедиции было обложить налогом жителей земель, которые приносили пушнину — по тем временем крайне ценный и востребованный товар. Разведка показала, что здесь есть где селиться, в реках много рыбы, а в лесах зверя. Некоторые новгородцы переехали и, смешавшись с местными угро-финнами, стали называть себя поморами (жителями региона между морями).

Первые поселенцы ехали прежде всего за добычей от пушного промысла, дальше люди приезжали за религиозной свободой и возможностью открыть новые земли, вписав свое имя в историю. Больше о причинах покорения Русского Севера и истории этого процесса читайте здесь.

В деревнях Кольского полуострова сохранился колоритнейший поморский диалект

Сегодня лишь 3000 человек идентифицируют себя как потомки поморов, а на поморском диалекте (помóрьска говóря) говорит еще меньше людей. Диалект, состоящий из русских и модифицированных саамских слов, сейчас жив только в старых селах Терского и Кандалакшского берега — Тетрино, Умбе, Варзуге, Кузомени — и других маленьких и исчезающих деревнях, которые когда-то жили за счет рыбного промысла, а теперь выживают благодаря туристам.

Вот несколько примеров слов:

• пóезд — тип рыболовной сети, которую раскидывают между двумя лодками;
• шкерить, или пороть, — чистить рыбу;
• вальчáк — пресноводный лосось;
• ляпанда — мокрый снег, падающий большими хлопьями;
• обéдник — юго-восточный ветер;
• няша — болотная грязь.

Из тех, которые вы можете знать, — кулебáка (кулебяка, открытый рыбный пирог) и баско (красиво, здорово). Больше — в статье.

Савва Мамонтов свозил посмотреть Север художников-импрессионистов. Результат — десятки картин, вошедших в сокровищницу русского искусства

До распространения фотографии за документирование реалий новых земель отвечали художники. Когда в 1894 году экспедиция Российской империи отправилась искать место под военно-морскую базу на Крайнем Севере, с ними поехал художник Александр Борисов, а через несколько лет покровитель искусств Савва Мамонтов устроил поездку в регион для импрессионистов Валентина Серова и Константина Коровина. Последний влюбился в Север и бывал там еще не раз, результатом стали более 30 картин.

Позже художественную дань величественным пейзажам и суровому быту местных монахов отдали Михаил Нестеров, Николай Рерих и Архип Куинджи. Посмотреть на некоторые из их картин можно здесь.

Тут была почти достроена «мертвая дорога» — секретный сталинский проект, которого нет на карте

Идея магистрали на Крайнем Севере обсуждалась еще в конце XIX века: без железнодорожной ветки было невозможно полномасштабное освоение природных богатств. Задумывались о Трансполярной магистрали и большевики в период гигантских строек вроде БАМа, но из-за тяжелейших условий до реализации проекта так и не дошло — пока в 1943-м Сталин не распорядился о начале изыскательных работ с целью дальнейшей прокладки рельсов на 1500-километровом маршруте Чум — Салехард — Игарка. Так советское государство намеревалось противостоять немцам, которые проникали в акваторию СССР по Северному морскому пути и топили грузы, присланные союзниками.

После окончания войны проект не свернули, его в нечеловеческих условиях (-40°, холодные бараки, отсутствие спецодежды и оборудования) строили около ста тысяч заключенных ГУЛАГа. Из-за специфики мерзлоты дорога постоянно проваливалась, и ее строили заново. Всего успели положить рельсы на участке длиной 800 км, потом Сталин умер и проект остановился. Дорогу прозвали мертвой, потому что на каждые 10 метров приходился один погибший на ее строительстве.

Больше о том, что случилось с Трансполярной магистралью после 1953 года и что происходит на этом участке сейчас, читайте здесь.

Погодный феномен с мрачным названием «Черная пурга» периодически терроризирует жителей Норильска, самого северного в мире большого города

180-тысячный Норильск считается самым крупным в мире северным городом, снег здесь лежит 8 месяцев в году, летом всего +10°, а зимой в среднем −25°. «Черная пурга» — это шквалистый ветер с плотным снегом, который может сбить с ног человека. При таком прогнозе нужно сидеть дома, иначе можно заблудиться и замерзнуть даже в нескольких метрах от подъезда.

Самая известная атака стихии случилась в 1957 году, когда город только избавился от статуса лагеря и стал обычным поселением. Тогда в спешно переделанные под общежития бараки заключенных заехали тысячи строителей-комсомольцев, большинство из которых не сталкивались с условиями Крайнего Севера. В январе ветер был таким, что опрокидывал автобусы и вырывал из земли телеграфные столбы, весь город и его окрестности лишились электричества, а люди круглосуточно откапывали жилье и передвигались по улицам, держась за натянутые между домами тросы.

Северное сияние — это искры от мечей небесных дев, источник безумия и просто видимая магнитная буря

Викинги считали, что aurora borealis — это свет от мечей валькирий, которые забирают в Вальхаллу храбрых воинов, погибших в бою. В Средние века полагали, что северное сияние может сводить людей с ума и делать их агрессивными. Сегодня важно знать, что это просто видимая магнитная буря и охотиться за впечатлениями от нее лучше пораньше, не дожидаясь возраста, когда сосуды станут плохо реагировать на смену давления. И еще — что солнечная активность влияет на некоторую технику, этот эффект показан в отличном фантастическом фильме «Радиоволна» (2000).

Чтобы попасть туда, где можно созерцать это красивейшее природное явление, жителям центральной и северной России понадобится 50 тысяч рублей. Когда и куда именно ехать — читайте здесь.

Камчатский краб — это деликатес, который можно есть не только без чувства вины перед природой, но и с пользой для нее

Нечасто можно похвастаться тем, что помогаешь природе, поедая нечто вкусное, однако в случае с камчатским крабом всё именно так. Крабы в нашем Баренцевом море — пришельцы, вернее, переселенцы, принудительно перевезенные из Японского моря в 1950-х годах в целях импортозамещения восточного деликатеса. Крабу в России понравилось настолько, что за десять лет его популяция увеличилась в 100 раз. А учитывая то, что краб всеяден, у него нет врагов в экосистеме Баренцева моря и иногда он убивает добычу, но потом ее не ест, эти животные представляют угрозу для баланса экосистемы.

Почему при этом обычным рыбакам-частникам запрещено ловить камчатского краба и что роднит его с рыбой горбушей — читайте в статье.