Забытый гений: вспоминая творца «киргизского чуда» в кино
0
276
Болотбек Толонович Шамшиев – один из основателей «киргизского чуда» в кинематографе, знаменитый кинорежиссер, сценарист, народный артист СССР, народный артист КР, лауреат Государственной премии СССР, лауреат премии Ленинского комсомола Киргизии. Его не стало в конце 2019 года.
12 января классику киргизского кино исполнилось бы 80 лет. В этот день в Бишкеке в Доме кино им. Ч. Айтматова почтить его память собралась родные, коллеги, друзья и почитатели его таланта. А вот чиновники, несмотря на огромный вклад классика в развитие киргизской культуры, не уделили особого внимания его юбилею.
«Киргизское чудо» – феномен киргизского кино. Это коллекция фильмов, которые получили самые престижные награды на международных фестивалях в Берлине, Локарно и Карловых Варах. Первая художественная картина на студии «Киргизфильм» была снята в 1955 году, а уже через 10 лет в свет вышли картины, не уступающие качеством своим заграничным «ровесникам». К слову, именно на «Киргизфильме» дебютировали Андрей Кончаловский и Лариса Шепитько.
Мир советской классики его глазами
Болот Толонович родился 12 января 1941 года во Фрунзе. После окончания средней школы в 1959 году поступил во Всесоюзный государственный институт кинематографии в Москве. В 1964 году окончил ВГИК. Дипломная работа – научно-популярный фильм «Манасчы», посвящённый сказителю эпоса «Манас» Саякбаю Каралаеву, в 1965 году был удостоен Гран-при на Международном кинофестивале в немецком городе Оберхаузене. После фильма «Манасчы» Шамшиев снял документальный фильм «Чабан». А в 1968 году на экраны вышел первый полнометражный фильм «Выстрел на перевале Караш», который стал классикой советского кинематографа. Именно Болот Шамшиев увидел в тогда еще не известном никому художнике Суйменкуле Чокморове талант большого актера. Последующие годы были для режиссера очень плодотворными. Зритель увидел такие картины, как «Алые маки Иссык-Куля», «Ранние журавли», «Волчья яма».
Болотбек Шамшиев
Фильм «Белый пароход», снятый в 1975 году по повести Чингиза Айтматова, стал творческим достижением Шамшиева. Он не раз говорил, что считает «Белый пароход» своим лучшим творением. Фильм был удостоен Гран-при на IX Всесоюзном кинофестивале во Фрунзе, приза международного кинофестиваля в итальянском городе Тренто, а также Государственной премии СССР.
Из воспоминаний режиссера: «Во время работы над фильмом «Белый пароход» случилась диверсия. Для съемок из заповедника привезли трех маралов – двух самок и самца, и кто-то убил рогача. Мне нужно было обязательно показать в кадре белого оленя, и я сказал Айтматову: «Чингиз Торекулович, без оленя фильма не будет». Выручили колоссальный авторитет писателя. По его просьбе на Таймырском полуострове нашли подходящее под описание ручное животное. На вертолете его доставили до Игарки, оттуда на пароходе – до Красноярска. Там погрузили на поезд и отправили в Алма-Ату, а уже из Казахстана на грузовике привезли на Иссык-Куль. У нашей «кинозвезды» не было зубов – северный олень питается оленьим мхом, перетирает деснами пищу. Специально для него измельчали капусту с картошкой…»
Болот Шамшиев стал одним из лучших режиссеров-постановщиков фильмов по произведениям Чингиза Айтматова. А также открыл для зрителя блистательных актеров: Айтурган Темирову (непревзойденная муза режиссера, первая супруга), Суйменкула Чокморова, Талгата Нигматулина.
«Он был очень интеллигентный, образованный. Но в работе – очень суровый и требовательный, – рассказывает Айтурган Темирова. – У меня, как у жены, поблажек не было, наоборот мне было сложней вдвойне. На съемки я ездила со всеми на автобусе. Помню, как он мне говорил, что я такая же, как и все его актеры. И спрашивал – почему это я должна ехать на съемки на «Волге»?»
Айтурган Темирова
Многогранный талант
Болот Шамшиев был человеком разносторонним. В 1961 году сыграл главную роль 17-летнего тракториста Кемеля в картине Ларисы Шепитько «Зной» по повести Ч. Айтматова «Верблюжий глаз».
«После окончания второго курса я вернулся во Фрунзе на каникулы, – вспоминал Болот Толенович. – Поехал на Иссык-Куль отдыхать, а тут телеграмма из киностудии «Киргизфильм»: «Приезжай на съемки фильма «Верблюжий глаз». Мне показали сценарий, так, мол, и так, приступаем к съемкам нового фильма. Предлагают мне главную роль Кемеля. Было, конечно, приятно, но ведь я – будущий кинорежиссер, и поэтому сниматься отказался наотрез. Тогда Лариса пошла на хитрость: «Мы же коллеги, Болот, помоги. Будем выбирать актера на роль Кемеля, а ты, как вгиковец, просто подыграй». И я согласился. Прошли пробы, с чувством выполненного долга я снова уехал на Иссык-Куль. Но вскоре опять пришла телеграмма. «Вас утвердили на главную роль!» Другие кандидатуры худсовет даже и не рассматривал».
Работа с Ларисой Шепитько и оператором-постановщиком Юрием Соколом, по признанию самого режиссера, стали для него бесценным опытом, но укрепили его в желании посвятить жизнь режиссуре. «Правда, я снялся еще один раз в своей картине «Выстрел на перевале Караш», там у меня маленькая роль – писаря. Тогда окончательно понял, что если втянусь, то потом засосет, как трясина. А я должен видеть, что происходит в кадре. По-другому я не могу», – признавался он.
Помимо кино, Шамшиев увлекался историей и традициями кочевых народов. В 1996 году именно он разработал правила игры киргизской национальной игры кок-бору (козлодрание). Последние 25 лет своей жизни режиссер не снимал кино: не было денег. Ни государство, ни спонсоры финансов не выделяли. Но несмотря на это, он был полон творческих идей и продолжал работать над сценариями. В числе готовых проектов у него было три сценария, которые мэтр киргизского и советского кинематографа мечтал снять с участием своего друга российского актера Алексея Петренко.
«Собрать все до кучи – на библиотеку хватит, – делился своими планами кинематографист. – Передо мной на столе рукопись «Каба – храброе сердце». Очень красивая история, по сути кыргызский эпос, посвященный сложному периоду ломки истории нашей страны. Там также рассказывается об одной научной экспедиции Императорского Русского географического общества XIX века в горах Тянь-Шаня. Есть и сценарий большого телесериала «Тайна сокровищ тамплиеров». В центре сюжета – тайна затонувших на Иссык-Куле бесценных сокровищ ордена».
Писал Болот Толенович и книги. Таким образом он хотел отчитаться за последние прожитые четверть века перед почитателями его таланта. Но издатели разводили руками, объясняя, что нынешнее поколение не читает книги, а значит, их никто не купит. И все же 30 мая 2019 года Шамшиев презентовал свою книгу «Я помню». Этот роман он посвятил нелегкой работе и подвигу силовиков.
Ученик, друг, наставник
Мир большого кино, по словам Болота Шамшиева, ему открыл писатель Чингиз Айтматов, знакомство, с которым произошло в 1958 году. «Абсолютно светлый самобытный человек, находившийся вне общих правил литературы – уже в этом заключается его гениальность. Айтматов был идеальным автором для кинорежиссеров, пытавшихся его экранизировать. Он никогда не давил на них, не капризничал, не возвеличивал свое творческое «Я». Главное – бережно отнестись к его материалу», – говорил Шамшиев об Айтматове.
Дорожил киргизский режиссер и дружбой с актером из России Алексеем Петренко. Их мимолетное знакомство произошло еще в 1976 году на Ленинградской киностудии. А тесная дружба завязалась спустя годы благодаря Азиме Абдумаминовой (уроженки Киргизии) – третьей жене Алексея Васильевича.
«У него была особая внутренняя монументальность. В нем не было противоречивости внутреннего и внешнего мира, он ни под кого не подстраивался, не притворялся. И это подкупало меня больше всего. Главные роли во всех моих трех сценариях – это все Алексей Петренко. Если бы все сложилось, мы могли по праву называть его нашим киргизским актером. Мне так хотелось поработать с ним на съемочной площадке. Мы могли сделать то, чего нашим зрителям сегодня не хватает, – профессиональный кинематограф», – рассказывал о друге после его смерти Болот Толонович.
Шамшиев не стеснялся говорить открыто о нравственных проблемах нынешнего поколения. Подмена понятий, потеря нравственности и морали – все это стало происходить после обретения независимости, заявлял он. «Мы вырвали все социалистические корни, разрушили колхозы, закрыли фабрики и заводы, превратив страну в мертвое поле. Пустыню надо было засеять культурными растениями, а полез чертополох, пробились сорняки. Материальное вытеснило духовное. К большому сожалению, за 25 лет никто из руководства страны так и не услышал меня: кинематограф – это средство воспитания общества, а режиссер – это в первую очередь учитель, тот, кто моделирует возможную ситуацию, показывает ее как подлинную жизнь, сотканную на большом экране из художественной материи».
А вот своих детей классик старался воспитываться высокодуховными людьми. Айтурган Темирова вспоминает, что Болот Толонович очень любил собирать книги о великих художниках разных эпох. На этой коллекции и выросли их дети. «У дочери и сына было настоящее духовное воспитание. Я не хотела, чтобы мои дети стали актерами, а вот режиссерами или сценаристами – да. Болот Толонович тоже этого хотел. У сына были все задатки, но не сложилось, жизнь все расставила на свои места».
Сын кинорежиссера Чынгыз Шамшиев тоже говорит, что его отец иногда сожалел, что он не пошел по его стопам. «90 годы – это годы кризиса, и кинематограф эта участь также не обошла. Посвятить себя кино в то время было бы тупиковым решением. Я пошел учиться на экономиста, затем на менеджера и втянулся. Потом ушел в экономическую науку и сейчас ни о чем не жалею. Работа режиссера и ученого чем-то похожи, и там и там нужно выходить за рамки, нужен полет мысли, в этом мы с отцом похожи».
_________________________
Фото: архив Дома кино им. Ч. Айтматова
12 января классику киргизского кино исполнилось бы 80 лет. В этот день в Бишкеке в Доме кино им. Ч. Айтматова почтить его память собралась родные, коллеги, друзья и почитатели его таланта. А вот чиновники, несмотря на огромный вклад классика в развитие киргизской культуры, не уделили особого внимания его юбилею.
«Киргизское чудо» – феномен киргизского кино. Это коллекция фильмов, которые получили самые престижные награды на международных фестивалях в Берлине, Локарно и Карловых Варах. Первая художественная картина на студии «Киргизфильм» была снята в 1955 году, а уже через 10 лет в свет вышли картины, не уступающие качеством своим заграничным «ровесникам». К слову, именно на «Киргизфильме» дебютировали Андрей Кончаловский и Лариса Шепитько.
Мир советской классики его глазами
Болот Толонович родился 12 января 1941 года во Фрунзе. После окончания средней школы в 1959 году поступил во Всесоюзный государственный институт кинематографии в Москве. В 1964 году окончил ВГИК. Дипломная работа – научно-популярный фильм «Манасчы», посвящённый сказителю эпоса «Манас» Саякбаю Каралаеву, в 1965 году был удостоен Гран-при на Международном кинофестивале в немецком городе Оберхаузене. После фильма «Манасчы» Шамшиев снял документальный фильм «Чабан». А в 1968 году на экраны вышел первый полнометражный фильм «Выстрел на перевале Караш», который стал классикой советского кинематографа. Именно Болот Шамшиев увидел в тогда еще не известном никому художнике Суйменкуле Чокморове талант большого актера. Последующие годы были для режиссера очень плодотворными. Зритель увидел такие картины, как «Алые маки Иссык-Куля», «Ранние журавли», «Волчья яма».
Болотбек Шамшиев
Фильм «Белый пароход», снятый в 1975 году по повести Чингиза Айтматова, стал творческим достижением Шамшиева. Он не раз говорил, что считает «Белый пароход» своим лучшим творением. Фильм был удостоен Гран-при на IX Всесоюзном кинофестивале во Фрунзе, приза международного кинофестиваля в итальянском городе Тренто, а также Государственной премии СССР.
Из воспоминаний режиссера: «Во время работы над фильмом «Белый пароход» случилась диверсия. Для съемок из заповедника привезли трех маралов – двух самок и самца, и кто-то убил рогача. Мне нужно было обязательно показать в кадре белого оленя, и я сказал Айтматову: «Чингиз Торекулович, без оленя фильма не будет». Выручили колоссальный авторитет писателя. По его просьбе на Таймырском полуострове нашли подходящее под описание ручное животное. На вертолете его доставили до Игарки, оттуда на пароходе – до Красноярска. Там погрузили на поезд и отправили в Алма-Ату, а уже из Казахстана на грузовике привезли на Иссык-Куль. У нашей «кинозвезды» не было зубов – северный олень питается оленьим мхом, перетирает деснами пищу. Специально для него измельчали капусту с картошкой…»
Болот Шамшиев стал одним из лучших режиссеров-постановщиков фильмов по произведениям Чингиза Айтматова. А также открыл для зрителя блистательных актеров: Айтурган Темирову (непревзойденная муза режиссера, первая супруга), Суйменкула Чокморова, Талгата Нигматулина.
«Он был очень интеллигентный, образованный. Но в работе – очень суровый и требовательный, – рассказывает Айтурган Темирова. – У меня, как у жены, поблажек не было, наоборот мне было сложней вдвойне. На съемки я ездила со всеми на автобусе. Помню, как он мне говорил, что я такая же, как и все его актеры. И спрашивал – почему это я должна ехать на съемки на «Волге»?»
Айтурган Темирова
Многогранный талант
Болот Шамшиев был человеком разносторонним. В 1961 году сыграл главную роль 17-летнего тракториста Кемеля в картине Ларисы Шепитько «Зной» по повести Ч. Айтматова «Верблюжий глаз».
«После окончания второго курса я вернулся во Фрунзе на каникулы, – вспоминал Болот Толенович. – Поехал на Иссык-Куль отдыхать, а тут телеграмма из киностудии «Киргизфильм»: «Приезжай на съемки фильма «Верблюжий глаз». Мне показали сценарий, так, мол, и так, приступаем к съемкам нового фильма. Предлагают мне главную роль Кемеля. Было, конечно, приятно, но ведь я – будущий кинорежиссер, и поэтому сниматься отказался наотрез. Тогда Лариса пошла на хитрость: «Мы же коллеги, Болот, помоги. Будем выбирать актера на роль Кемеля, а ты, как вгиковец, просто подыграй». И я согласился. Прошли пробы, с чувством выполненного долга я снова уехал на Иссык-Куль. Но вскоре опять пришла телеграмма. «Вас утвердили на главную роль!» Другие кандидатуры худсовет даже и не рассматривал».
Работа с Ларисой Шепитько и оператором-постановщиком Юрием Соколом, по признанию самого режиссера, стали для него бесценным опытом, но укрепили его в желании посвятить жизнь режиссуре. «Правда, я снялся еще один раз в своей картине «Выстрел на перевале Караш», там у меня маленькая роль – писаря. Тогда окончательно понял, что если втянусь, то потом засосет, как трясина. А я должен видеть, что происходит в кадре. По-другому я не могу», – признавался он.
Помимо кино, Шамшиев увлекался историей и традициями кочевых народов. В 1996 году именно он разработал правила игры киргизской национальной игры кок-бору (козлодрание). Последние 25 лет своей жизни режиссер не снимал кино: не было денег. Ни государство, ни спонсоры финансов не выделяли. Но несмотря на это, он был полон творческих идей и продолжал работать над сценариями. В числе готовых проектов у него было три сценария, которые мэтр киргизского и советского кинематографа мечтал снять с участием своего друга российского актера Алексея Петренко.
«Собрать все до кучи – на библиотеку хватит, – делился своими планами кинематографист. – Передо мной на столе рукопись «Каба – храброе сердце». Очень красивая история, по сути кыргызский эпос, посвященный сложному периоду ломки истории нашей страны. Там также рассказывается об одной научной экспедиции Императорского Русского географического общества XIX века в горах Тянь-Шаня. Есть и сценарий большого телесериала «Тайна сокровищ тамплиеров». В центре сюжета – тайна затонувших на Иссык-Куле бесценных сокровищ ордена».
Писал Болот Толенович и книги. Таким образом он хотел отчитаться за последние прожитые четверть века перед почитателями его таланта. Но издатели разводили руками, объясняя, что нынешнее поколение не читает книги, а значит, их никто не купит. И все же 30 мая 2019 года Шамшиев презентовал свою книгу «Я помню». Этот роман он посвятил нелегкой работе и подвигу силовиков.
Ученик, друг, наставник
Мир большого кино, по словам Болота Шамшиева, ему открыл писатель Чингиз Айтматов, знакомство, с которым произошло в 1958 году. «Абсолютно светлый самобытный человек, находившийся вне общих правил литературы – уже в этом заключается его гениальность. Айтматов был идеальным автором для кинорежиссеров, пытавшихся его экранизировать. Он никогда не давил на них, не капризничал, не возвеличивал свое творческое «Я». Главное – бережно отнестись к его материалу», – говорил Шамшиев об Айтматове.
Дорожил киргизский режиссер и дружбой с актером из России Алексеем Петренко. Их мимолетное знакомство произошло еще в 1976 году на Ленинградской киностудии. А тесная дружба завязалась спустя годы благодаря Азиме Абдумаминовой (уроженки Киргизии) – третьей жене Алексея Васильевича.
«У него была особая внутренняя монументальность. В нем не было противоречивости внутреннего и внешнего мира, он ни под кого не подстраивался, не притворялся. И это подкупало меня больше всего. Главные роли во всех моих трех сценариях – это все Алексей Петренко. Если бы все сложилось, мы могли по праву называть его нашим киргизским актером. Мне так хотелось поработать с ним на съемочной площадке. Мы могли сделать то, чего нашим зрителям сегодня не хватает, – профессиональный кинематограф», – рассказывал о друге после его смерти Болот Толонович.
Шамшиев не стеснялся говорить открыто о нравственных проблемах нынешнего поколения. Подмена понятий, потеря нравственности и морали – все это стало происходить после обретения независимости, заявлял он. «Мы вырвали все социалистические корни, разрушили колхозы, закрыли фабрики и заводы, превратив страну в мертвое поле. Пустыню надо было засеять культурными растениями, а полез чертополох, пробились сорняки. Материальное вытеснило духовное. К большому сожалению, за 25 лет никто из руководства страны так и не услышал меня: кинематограф – это средство воспитания общества, а режиссер – это в первую очередь учитель, тот, кто моделирует возможную ситуацию, показывает ее как подлинную жизнь, сотканную на большом экране из художественной материи».
А вот своих детей классик старался воспитываться высокодуховными людьми. Айтурган Темирова вспоминает, что Болот Толонович очень любил собирать книги о великих художниках разных эпох. На этой коллекции и выросли их дети. «У дочери и сына было настоящее духовное воспитание. Я не хотела, чтобы мои дети стали актерами, а вот режиссерами или сценаристами – да. Болот Толонович тоже этого хотел. У сына были все задатки, но не сложилось, жизнь все расставила на свои места».
Сын кинорежиссера Чынгыз Шамшиев тоже говорит, что его отец иногда сожалел, что он не пошел по его стопам. «90 годы – это годы кризиса, и кинематограф эта участь также не обошла. Посвятить себя кино в то время было бы тупиковым решением. Я пошел учиться на экономиста, затем на менеджера и втянулся. Потом ушел в экономическую науку и сейчас ни о чем не жалею. Работа режиссера и ученого чем-то похожи, и там и там нужно выходить за рамки, нужен полет мысли, в этом мы с отцом похожи».
_________________________
Фото: архив Дома кино им. Ч. Айтматова