Митрополит Лонгин о полицеском рейде на рынке: "У нас идет какая-то странная кампания против правящего архиерея"
0
75
Митрополит, отвечая на один из вопросов журналиста, сообщил, что в Саратове некоторые считают его ковид-диссидентом, сразу же добавив, что это не так, и он вполне адекватно относится к опасности. "Но имею некие возражения против того, во что все это превращается, — против истерики и запугивания, которое происходило в течение этого времени. Здесь у меня есть вопросы", - сказал митрополит.
Как он в дальнейшем пояснил, священнослужителя больше всего смущает "избыточность и мало доказанная эффективность многих мер", добавив, что в Москве с этим сталкиваются чаще, чем в Саратове. Лонгин пояснил, что осознает опасность распространения вируса в монастырях и семинариях, однако в этом вопросе быстро было принято решение об их закрытии: "У нас семь монастырей, мужских и женских. Они закрыты, и слава Богу, в них никто не заболел".
"— Но в ночь на Пасху храмы были открыты, несмотря на требования властей…
— Мы объявляли всем прихожанам, что надо сидеть дома, особенно людям из так называемой "зоны риска". Я даже выступал со специальным обращением к тем, кто не может в дни Страстной Седмицы и на Пасху находиться в храме, что им надо потерпеть, что ситуация требует от них такой жертвы. Но при этом понимал, что есть люди, на самом деле, их немного, которые все-таки считают для себя совершенно необходимым пойти в храм.
Я попытался договориться с властью о том, чтобы этих людей пустили в церковь. Уже когда разворачивалась эпидемия, люди, услышав предостережение, сами в большинстве своем остались по домам. На Вербное воскресенье я служил в самом большом храме города, и на службе было чуть больше 100 человек. В прошлом году было 1100. Есть разница?"
Митрополит рассказал, что несмотря на его попытки, диалога с властью не получилось: "Начали выкручивать руки, в Пасхальную ночь просто гнать людей. У меня есть записи из разных мест. В Хвалынске, например, людей выгнали из храма перед пасхальной службой и закрыли ворота наручниками. Тогда я позволил себе достаточно жестко высказаться в соцсетях".
Лонгин также сообщил, что сам факт его несогласия "очень озлобил некоторых товарищей, и с тех пор у нас идет какая-то странная кампания против правящего архиерея", добавив, что не знает когда она закончится.
Журналист издания уточнила, работал ли в Саратове общественный транспорт и не было ли жестокой изоляции, а митрополит подтвердил, что в региональном центре работал общественный транспорт, рынки и магазины.
"Пропускная система у нас была введена позже, уже после Пасхи. Только пропуска у нас бумажные, а не электронные. И получение этих пропусков собрало толпы людей, штурмующих места их выдачи", - отметил Лонгин.
На вопрос о происходящем в СМИ, митрополит сказал следующее: "У нас очень специфичная область, где медийные войны — неотъемлемая и заметная часть нашей жизни. Я наблюдаю их на протяжении всех 17 лет моего служения здесь. Но я, честно говоря, очень не хотел бы быть участником этих сражений".
После, Лонгин рассказал журналисту о ситуации на рынке, когда полицейские остановили митрополита за нарушение масочного режима:
"— Я ехал со службы, это был Николин день, отслужил литургию, думаю, дай зайду. Надо сказать, что у нас масочный режим не распространяется на нахождение на улице, поэтому я как-то особо не подумал…
— И там рейд оказался…
— Да. Не хочу заниматься конспирологией, как он оказался, зачем… Оказался и оказался. Ну, поймали архиерея. Честь им и хвала. Я извинился. Мне кажется, этого достаточно, чтобы закрыть эту тему"