Франк Артига – о трансферах и возвращении «Рубина» в топы РПЛ
«Рубин» стремится быть топ-командой, но в остатке нынешнего сезона этого будет сложно достичь»
– Есть ли понимание у руководства клуба, что предстоящую весну вы используете для того, чтобы пока «перестроить головы» игроков? Какова у вас задача-минимум на остаток чемпионата?
– Понятно, что будут нюансы, которые можно реализовать практически сразу, но есть определенные детали, для воплощения которых в жизнь потребуется больше времени. При этом в ходе этого процесса команда должна побеждать. «Рубин» пригласил меня, чтобы команда побеждала. Понятно, что «Рубин» стремится быть в числе топ-клубов РПЛ. В Казани понимают, что в этом году, в оставшихся 12 турах, будет очень трудно претендовать на эти позиции. Таким образом, в оставшихся матчах сезона мы должны постараться за счет побед заложить основы для того, чтобы в следующем сезоне мы могли бы конкурировать с ведущими командами России.
– Уже был разговор с руководством об усилении? Уже есть понимание, в какие линии вам необходимы игроки?
– Сначала я хотел как можно лучше узнать игроков. Одно дело – это отслеживать их по видеонарезкам или трансляциям матчей, и совсем другое дело – соприкоснуться с ними в работе, познакомиться с ними лично. Тренер не может понять степень готовности футболистов к воплощению его принципов, пока не познакомится с ними лично. Кроме того, важным было и знакомство с молодыми игроками, которые работают с основой, которые прибыли из «Рубина-2», или вернувшимися из аренды, как Моторин. Я хотел посмотреть на этого футболиста, и, честно говоря, я очень доволен. И после того, как мы все узнаем друг друга, в конце данного сбора я поговорю с руководством, чтобы определить, необходимы ли нам приобретения и насколько они реальны.
– Вы сейчас отметили Моторина. А как оцениваете других молодых игроков, таких как Васильев, Мукба…
– Дело в том, что первое, что я ценю в молодом игроке, – это его амбиции и его стремление к росту. И Моторин показывает это на каждой тренировке, в каждой игре. Мой опыт работы с молодыми игроками в академии «Барселоны» позволяет мне высказывать суждения на данную тему. Люди помнят тех игроков, кому удалось пробиться, верно? Ламина Ямаля, Гави, Кукурелья, Ансу Фати… Но поверьте, я видел игроков, своим талантом превосходивших или как минимум не уступавших названным футболистам. Но они не пробились.
Фото: rubin-kazan.ru
В нашем конкретном случае у нас есть такие игроки, как Моторин, у которого есть эти амбиции, и я думаю, что как футболист он может расти. А с другой стороны, есть и молодые игроки, наделенные большим талантом, но для реализации своего таланта они должны прибавить в плане амбиций и работы. И мы будем от них этого требовать. Знаете, для меня честь – быть тренером казанского «Рубина», потому что это клуб с большой историей, и я понимаю ответственность. Молодые игроки тоже должны испытывать такие же чувства, находясь в этом клубе. Быть игроком «Рубина» – это не бонус и не подарок. Это право нужно заслужить. Несомненно, я рассчитываю на молодых игроков и буду внимательно следить за ними и помогать им прогрессировать, но в то же время многое зависит и от них, от их отношения.
– Один из моих следующих вопросов как раз был о принципах работы с молодыми, но вы на него уже ответили. Есть шанс в России в ближайшее время вырастить игроков уровня Ямаля или Педри?
– Есть фактор, который, может, и не является определяющим, но все равно крайне важен. Я имею в виду талант. А талант – это нечто врожденное. Поэтому «создавать» игроков такого уровня трудно. Но в современном футболе очень важно создать систему собственных воспитанников. Если вы хотите поддерживать клуб на высоком уровне многие годы, вы должны инвестировать в академию. Я впечатлен тем строительством, которое ведется сейчас на клубной базе «Рубина». Это верный путь, правильные амбиции. Но нужно понимать, что переход из молодежного футбола в профессиональный не происходит мгновенно. Ламин Ямаль – это продукт десятилетней работы. Что касается меня, я буду помогать всем, чем смогу, в ходе работы для развития талантов в «Рубине».
Фото: rubin-kazan.ru
– Что скажете на скептическое мнение, что тренер молодежных команд не может быть успешным на взрослом уровне?
– Еще бытует мнение, что тренер, который не был профессиональным футболистом, не может тренировать. Моуринью, например, играл в футбол, но не на профессиональном уровне. Есть правильная критика, и эту критику я всегда учитываю. К слову, я работаю тренером 30 лет, и мне удалось поработать на всех уровнях. Думаю, я единственный иностранец, которому довелось потренировать во всех лигах в России. Я пришел во Второй дивизион, мы вышли в серебро, затем в золото ФНЛ. После этого я перешел в первую команду «Родины», мы выходили в Премьер-лигу с «Химками». Я прошел через все дивизионы. С самых низших до ведущей лиги страны. Поэтому только работой можно отвечать на скепсис и критику.
«Мы не должны зависеть от того, забьет ли Даку или нет»
– После матча с «Женисом» вы отмечали, что некоторые элементы уже работают, но еще предстоит много работы. Если расценивать в процентах, насколько этот «Рубин» уже играет в тот футбол, который вы хотите видеть?
– Можно заметить, что мы начали отрабатывать оборону в более высоком блоке, с быстрым отбором мяча после потерь, действуя агрессивно в прессинге и контрпрессинге. Однако с мячом нам необходимо больше хладнокровия. К сожалению, иногда цепочки передач прерываются слишком быстро. Этот компонент необходимо отладить. Это важный игровой элемент, который позволит нам создавать больше моментов и лучше контролировать игру. Как я уже говорил, есть много аспектов, которые уже выстроены в команде, и выстроены очень здорово. С самого первого дня я увидел, что отношение к работе, самоотдача ребят выше всяких похвал, но мы постараемся добавить поверх этого прекрасного фундамента некоторые футбольные элементы, о которых я упомянул.
– По поводу «фундамента». Бывший главный тренер «Рубина» Курбан Бердыев говорил, что сначала в качестве фундамента выстраивается оборона, и только следом – надстройка в виде остальных компонентов игры. Вы тоже ранее говорили, что в команде хорошо выстроена оборонительная линия. Насколько вы согласны с утверждением Бердыева?
– С самого начала мой месседж состоял в том, что в оборонительном ключе в команде все выстроено замечательно. И это действительно хороший фундамент. Кроме того, эта команда очень цепко и неуступчиво действует в среднем и в нижнем блоке. И эти положительные моменты мы должны сохранять. Отталкиваясь от этого, мы должны постараться улучшить другие аспекты, которые я как тренер вижу иначе. Речь идет о тех качествах, которыми должна обладать большая команда, если мы хотим вернуться к тем достижениям, которые у клуба когда-то были. Эти аспекты крайне важны для того, чтобы приблизиться к топ-5 чемпионата России.
Фото: © «Татар-информ»
– Болельщики до сих пор спорят, продолжаете ли вы играть в пять защитников или у вас три центральных и два латераля, которых к классическим оборонительным игроком причислить нельзя?
– Я думаю, что в современном футболе схемы приобретают все более условный характер. Полагаю, что вскоре данная тенденция придет и в Россию. Вы можете посмотреть на большие клубы Европы: «Манчестер Сити», ПСЖ, даже «Барселона». Схемы очень гибридны. Никто сразу и не скажет, сколько там центральных защитников – три или два. Сколько нападающих – один, два или три. По ходу матча эти структуры могут меняться. При низком блоке команда может использовать одну схему, а при среднем или при высоком – другую.
Моя задача как главного тренера – находить для имеющихся в моем распоряжении игроков те позиции, где они смогут наилучшим образом показать свои сильные качества. Мы понимаем, что состав подбирался под определенную структуру, под определенную схему. Безусловно, какие-то аспекты могут быть реализованы прямо сейчас, а на воплощение в жизнь каких-то других игровых нюансов потребуется некоторое время. Для существенных изменений его всегда требуется больше.
– Вы подчеркнули, что нужно учитывать ту команду, те возможности, которые есть. Насколько реально осуществить задуманное в наших условиях, в нашем климате и с уровнем наших игроков? Насколько испанский футбол вообще применим для России?
– Не нужно смотреть на этот вопрос стереотипно. Существует такое понятие, как испанская тренерская школа. Но при этом, несмотря на наличие единого паспорта, все испанские тренеры разные. Луис Энрике, Гвардиола, Унаи Эмери – они все испанцы, но тренерская стилистика одного испанского специалиста может кардинально отличаться от манеры другого тренера из Испании. Возможно, то, что работает у нас на Пиренеях, не сработает в России. Или то, что работает в России, не сработает в африканских странах. В своей деятельности тренер не имеет права отрываться от тех местных реалий, в которых он работает.
Фото: rubin-kazan.ru
Я работал в разных странах, и я всегда уважал футбольную культуру, которая присутствует в том или ином чемпионате. Мой принцип – адаптация к местным условиям, но с сохранением своих игровых принципов. Во всех командах, где я работал, старался следовать данному принципу. Вы это можете увидеть по тем командам, где мне довелось поработать.
– Когда вас только назначили в «Рубин», много писали, что вы исповедуете классическую барселонскую «тики-таку». Но из того, что мы видим в товарищеских матчах, это нельзя назвать «тики-такой» в классическом понимании. А вы как видите ваш стиль?
– Как я уже говорил, самое важное для любого тренера – это игроки, которыми располагает команда. В «Химках», например, у нас был Антон Заболотный. И мы очень много использовали длинных передач на Забу, потому что мы понимали, что он был одним из лучших игроком чемпионата в верховых единоборствах. Заболотный приносил нам много пользы в этом компоненте игры. Вот почему я говорю, что нужно уважать футбольную культуру страны и игроков, которые у тебя есть. И чего нельзя делать, так это действовать по принципу copy paste. Например, люди говорят: «Будем играть, как «Барса»!» Нет, только игроки «Барселоны» могут играть так, как «Барселона».
Самое главное для меня – это менталитет команды. Мои команды должны быть активными и инициативными. Хотя футбол – это всегда игра на три результата, но мы всегда будем планировать, как выиграть матч, а не как просто не пропустить и не проиграть, независимо от того, кто нам противостоит. Менталитет команды-победителя не сводится просто к выигрышу матча, ведь выиграть матч может любая команда. Речь идет о выработке характера команды, суть которого будет всегда сводиться к стремлению к победе. Не одно и то же – выигрывать матчи и быть командой, обладающей менталитетом победителя.
– В «Рубине» тоже есть явный лидер – Мирлинд Даку. При прежнем наставнике он показал себя как силовой игрок, который хорошо играет на приеме, может поймать длинные передачи, продавить… Насколько он подходит для того «низового» футбола, который показываете вы?
– Прежде всего, мне еще не посчастливилось в полной мере насладиться работой с Даку. К сожалению, на одной из первых тренировок он получил довольно серьезную травму. Как бы то ни было, нам очень повезло, что у нас есть такой нападающий. По моему мнению, он является лучшим форвардом лиги. А значит, имея в своих рядах футболиста с такими потрясающими качествами, мы должны обеспечить, чтобы он чаще оказывался перед воротами соперника. Но речь идет не только о Мирлинде, мы должны извлекать более высокую эффективность и из атакующих качеств того же Дардана (Шабанхаджая, – прим. «ТИ-Спорта») и других футболистов. В команде прекрасные игроки. Мы не должны зависеть только от того, забьет Даку или нет.
Фото: rubin-kazan.ru
Мы хотим не только извлечь максимальную эффективность из бомбардирских качеств Даку, но мы будем стремиться к тому, чтобы и другие игроки тоже вносили свой вклад в такой показатель, как забитые мячи. В первой части чемпионата мы забили лишь 16 голов, автором девяти из которых является Даку. Получается, что на остальных игроков приходится только семь голов, что очень мало.
«Как только вернемся в Казань, я возобновлю уроки русского языка»
– Вы запомнились в России как тренер, который заступился за своих игроков, а после этого игроки тоже были готовы осуществить акцию неповиновения. Что важнее в футболе – профессионализм или человеческое отношение?
– Это очень эмоциональная тема для меня. Однако я не люблю вспоминать о «Химках». Одно я могу сказать точно, что с учетом ситуации, в которой находился клуб, то, что мы с остались в Премьер-лиге, – это огромное достижение, просто чудо. Мы не получали зарплату с октября, а значит, в финансовом плане мы потеряли. Но мы приобрели нечто гораздо большее. Из всех команд, где я работал, именно в «Химках» у меня осталось больше всего друзей. Нам удалось сплотить персонал, игроков, штаб, и мы все выкладывались по максимуму, чтобы остаться в Премьер-лиге. В итоге случилось то, что случилось: меня уволили за четыре тура до конца чемпионата. И дело было не в спортивных результатах, а в том, что я публично встал на защиту своих игроков.
И устроив ту забастовку после моего ухода, футболисты, отказываясь выходить на тренировки, хотели выразить этой акцией мне свою признательность. Я очень рад за них, ведь многие смогли продолжить карьеру в больших клубах, таких как «Локомотив» или «Спартак». Да, в деньгах мы потеряли, но приобрели нечто более ценное в человеческом плане.
– После матча с «Женисом» вы подошли к журналистам во время флеш-интервью и спросили, на каком языке мы будем общаться, – на испанском или английском. Я ответил: на русском, и вы сказали, что немного понимаете русский.
– Сейчас я публично готов пообещать, что как только приеду в Казань, то возобновлю уроки русского, которые мне пришлось прервать. Я могу проводить тренировки на русском языке, используя технические термины, необходимые для работы, и уже делаю это. Но для поддержания полноценной беседы и выражения своих мыслей из уважения к русскому языку я предпочитаю этого не делать, поэтому говорю на испанском.
Фото: rubin-kazan.ru
– Вы согласны, что общение напрямую на одном языке позволяет доносить до игрока мысли тоньше, а через переводчика часть идеи размывается?
– Просто вы плохо знаете моего переводчика! (Смеется.) Артур (клубный переводчик «Рубина», – прим. «ТИ-Спорта») вкладывает в перевод ту же энергию, что и я. И в хорошем, и в плохом смысле. Конечно, прямое общение – это не то же самое, это факт. Но в итоге месседж доходит, потому что переводчик отдается работе. Он переводит не просто слова, он доносит смысл! Это самое важное.
– Вы уже 10 лет назад приезжали в Казань. Какой она вам тогда запомнилась?
– Прежде всего – посмотрите, какой сценарий выдала жизнь. Вернуться в Казань спустя более чем 10 лет – главным тренером основной команды. У меня есть своя философия. Я воспринимаю жизнь как цепочку причинно-следственных связей. Никогда не знаешь, что ждет впереди, поэтому всегда честно делаю свое дело. Тут важно даже не то, что я помню о Казани, а то, что люди в клубе до сих пор помнят обо мне. Ведь первый контакт со стороны «Рубина» сейчас произошел благодаря тем людям, с которыми я познакомился еще в свой первый приезд. Что касается города – в этот раз у меня было мало времени, но Казань показалась мне совершенно другой. Еще более современная, еще более чистая, очень красивая. Я поражен тем, как город преобразился за эти годы, хотя он и тогда был очень красивым.
«У меня не было сомнений, что предложение «Рубина» нужно принимать. Это большая возможность»
– Вы очень часто говорите о связи с людьми, которые у вас остались из предыдущих клубов. Видел, как вы прощались с командой из «Петру Атлетику». Это было очень сентиментально. Каким вы видите себя тренером?
– Я провел там всего шесть месяцев. Но люди там, несмотря на все жизненные трудности, в том числе высокий уровень бедности, имеют большое сердце. Если они тебя полюбили, то всей душой. Я очень благодарен за ту любовь и теплое отношение, что получал все это время. Я ехал туда с желанием выиграть африканскую Лигу чемпионов, и мы были на верном пути – шли первыми в своей группе. Было ощущение, что мы не довели дело до конца. Но когда тебя зовет такой клуб с большой историей, как «Рубин»… Сложность была в том, как расстаться, но в «Петру Атлетику» прекрасно поняли, что это важный шаг в моей карьере, и пошли мне навстречу. И, слава Богу, клубы договорились.
Фото: rubin-kazan.ru
– То есть когда пришло предложение из казанского «Рубина», вы долго не думали, даже учитывая ваше незавершенное дело в Анголе?
– Я тот тренер, который отдается работе на все сто процентов. И что касается вашего вопроса, долго ли я думал… То, в чем я сомневался, – это как мне уходить из проекта, в котором в меня верили, где меня любили, где я был счастлив. В любом случае пришлось, конечно, подумать и найти решение. Повторюсь, я благодарен, что руководство «Петру Атлетику» пошло мне навстречу.
Что касается предложения «Рубина», то у меня не было сомнений, что его нужно принимать, потому что это большая возможность для тренера поработать на высочайшем уровне. Благодарен руководству «Рубина» за то, что оказали мне такое доверие, и лично Марату Сафиуллину, президенту клуба. А также руководителю республики Рустаму Минниханову. Буду прикладывать максимум усилий для того, чтобы команда двигалась вперед и шла к своим целям.