«Мама не хотела, чтобы у меня были дети». Откровения Валентины Шарыкиной
В Театре Сатиры простились с 85-летней актрисой Валентиной Шарыкиной, которую старшие поколения помнят по роли официантки пани Зоси в юмористической телепередаче «Кабачок "13 стульев"».
В последнее время Валентина Дмитриевна болела, в театре не появлялась. Но ещё в марте прошлого года мы говорили с ней по телефону. Тогда ушел из жизни Александр Ширвиндт, о его смерти актриса узнала от aif.ru и долго охала: «Какое сообщение тяжелое!», «Ой, как грустно! Боже мой!..»
«Остается все меньше жизни»
«Да, я знаю, что он болел, — сказала мне тогда Валентина Шарыкина. — У нас с ним одна болезнь — коленки». Не стесняясь, она рассказала, что не бывает в театре — «не могу ходить, на коляске только».
И все-таки вряд ли она думала о своем уходе в прошлом году. Тем более — десять лет назад, когда Шарыкина еще бывала в театре, а в ее доме жили шесть собак, две кошки и кот.
Перед юбилеем мы встретились с ней для интервью и проговорили не один час. Актриса улыбалась, иногда звучал смех. Но нотки грусти проскальзывали в разговоре.
«Вас пугает предстоящий юбилей?» — спросила я в начале интервью. «Честно вам скажу — да», — ответила Шарыкина. И продолжила: «Остается все меньше жизни. Мы не знаем сколько. Но намного меньше. К сожалению. И это очень грустно. Помню, когда мне было 9 лет, я пристала к мамочке в день рождения: "Ну сделай так, чтобы я больше не росла". Можете себе представить?! Я ведь до 11-12 лет была выше всех...»
«Не позволяешь себе расслабляться»
После этого мы обсудили с ней творческое долголетие Владимира Зельдина и Веры Васильевой, которые еще выходили на сцену.
К сожалению, в родном театре, куда Валентина Шарыкина пришла в 1962 году, юбилей предпочли не заметить. Не было ни спектакля, ни концерта. Она даже ничего не репетировала. И в таком состоянии, конечно же, не желала отмечать серьезную дату.
«Когда работаешь, готовишь какой-то образ, это — праздник. Вообще я к праздникам отношусь очень спокойно. Всегда пережидаю. Помните, как у Симонова: "Просто ты умела ждать, как никто другой". Мой случай», — словно оправдывалась Валентина Дмитриевна.
И почему-то не очень хотелось в это верить.
«Это тяжело, да, — говорила она. — Иногда возникают концерты, антрепризные спектакли. Бывает, учишь стихи, которые тебе нравятся. И не позволяешь себе расслабляться. Как сказал однажды Зяма Высоковский, надо быть готовой к случаю. Ведь, если не готов, случай стукнет тебя по башке, а ты ничего не сможешь сделать».
Как заменить двух Васильевых
Она смогла. И не один раз. Надо ехать с «Тартюфом» в Питер, а Татьяна Васильева — на пятом месяце. Шарыкина заранее потихоньку выучила стихи — так нравилась роль, и за два дня ввелась. В «Женитьбе Фигаро» репетировала Сюзанну, но «ролька долго не получалась», признавалась она мне, до такой степени, что приходила в театр — и все начинало болеть: живот, голова... Валентина чувствовала, что и партнеры ею недовольны. И вдруг «Валюша Гафт (у него была роль графа) говорит: "Валя, тебе надо репетировать графиню, это больше — твое".
Легко сказать: надо! Графиней-то была "Верочка наша прекрасная". И ни о каком втором составе речи не могло идти. Спектакль вышел. И вдруг Вера Васильева попадает в больницу, а нужно ехать в Ростов-на-Дону. Что делать?
"Я была в спектакле, поэтому и вызвалась заменить Верочку. Буквально одна репетиция в Ростове — и я вошла в постановку. Мы стали играть с Верочкой двумя составами. Вот мое счастье! Мой праздник! Мой день рождения!"
Делать пластику ей запретили
Как многие актрисы, в какой-то период Валентина Дмитриевна задумалась о пластике.
"Я пошла в поликлинику. Принесла документы. А мне говорят: нельзя. Что-то не так с кровью, с сердцем. "Лучше полежите у нас в кардиологии", — сказали мне".
Валентина Дмитриевна рассмеялась. А я сказала: "Вас просто спасли! Смотрите, сколько актрис с неудавшимися операциями, не похожих на себя прежних!"
"Возможно, — ответила Шарыкина. — Но я все равно хожу к косметологу, делаю мезотеропию, еще что-то..." Конечно, важно, чтобы индивидуальность сохранялась. Я видела удачные примеры. Та же Елена Образцова. Она, по-моему, к врачам в Челябинск летала. Выглядела прелестно и оставалась сама собой. Очень обидно, что так рано ушла. Заката не чувствовалось...»
В Театре Сатиры, к слову, и кроме Веры Васильевой были актрисы, которые достойно несли красоту своего возраста — Татьяна Пельтцер, Рина Зеленая...
«Ну не получается представить их с пластикой», — улыбалась Шарыкина. Потом состарились Зоя Зелинская, Нина Архипова. Но Васильева всегда поражала и поклонников, но и коллег.
«Как-то мы поехали с ней на гастроли. В пять утра прилетаем, я, конечно, не накрашенная, как есть. А Верочка — чуть-чуть макияжа, шляпка, каблучки. Приятно смотреть! Думаю, Господи, когда же я этому научусь? Наверное, уже поздно...»
Спасала животных и помогала монастырям
Рассказывая о детстве, Валентина Дмитриевна призналась, что всегда была безынициативной. А характер ведь закладывается в ранние годы. Став актрисой, Шарыкина так и не научилась пробиваться, толкать локтями, переступать через коллег, дружить с нужными людьми. Да и «Кабачок», шедший по ТВ в течение 15 лет, подсолил. Режиссеры воспринимали актрису исключительно как официантку, подражавшую Далиде и Марыле Родович.
«В кинематографе, если уж припечатают тебе ярлык, то и не съезжают с него, — сетовала Валентина Дмитриевна. — Вот и приклеилась ко мне "Зося". А еще, Солнышко, нас много. Очень большой выбор актрис. Проскочить сквозь игольное ушко — великое счастье!»
Великим счастьем для актрисы могли бы стать дети, внуки. Но ее мама — бывает же такое — лишила Валю материнского счастья.
«Она не хотела, чтобы у меня были дети. Была против... Сама-то намучилась очень. Когда мама вышла замуж за моего папу, через несколько дней его предыдущая жена привела к нам двух своих мальчиков, которым было по 14-15 лет. А мама молодая. Представляете?..»
Сегодня в Театре Сатиры у гроба покойной Валентины Шарыкиной из близких людей был только вдовец Юрий Извеков, не сумевший сдержать слез. Больше 30 лет супруги прожили в любви. Спасали брошенных животных, помогали восстанавливать монастыри, даже дарили им иконы. Теперь Юрий Владимирович остался один.
После кремации тела Валентины Шарыкиной прах ее будет захоронен на Химкинском кладбище — в семейной могиле с мамой и бабушкой актрисы.