На семи ножах: суд рассматривает иск о нападении на школьницу в Химках

Суд начал рассмотрение иска, поданного родителями 11-летней ученицы химкинского лицея, на которую в феврале этого года совершила жестокое нападение одноклассница. Девочка получила 126 ударов ножом и чудом выжила. Родители пострадавшей требуют возмещения морального вреда в размере 20 млн рублей и 5,7 млн — за лечение дочери. Ответчики — семья нападавшей, учебное заведение и его руководство. Ответчики назвали суммы иска завышенными. Эксперты, опрошенные «Известиями», считают, что суд может удовлетворить иск, но наверняка уменьшит запрошенную сумму.

Трагедии могло не быть?

Химкинский городской суд приступил к рассмотрению гражданского иска на 25,7 млн рублей, касающегося резонансного дела о поножовщине в лицее №10 города Химки. 7 февраля 2023 года одна из учениц напала на свою одноклассницу и нанесла ей 126 ударов ножом. Теперь родители пострадавшей требуют компенсации морального вреда, нанесенного им и их ребенку. Сумма иска — 20 млн рублей. И еще 5,7 млн рублей они потребовали за лечение девочки — именно во столько обойдется удаление рубцов и шрамов, оставшихся после нападения, следует из документов, представленных в суд. Ответчики — семья нападавшей, учебное заведение и его руководство.

— Ребенок чудом выжил, испытав шок 3-й степени, потеряв половину крови и побывав на искусственной вентиляции легких. Мы считаем, что ответственность за произошедшее несут и школа, и родители [нападавшей], — заявила на суде адвокат Виктория Дергунова, представлявшая истцов.

На предварительное заседание 20 апреля не пришли оба отца, а также руководительница лицея Татьяна Алимова. В зале были мать пострадавшей Елена Мажугина, классный руководитель ее дочери Ольга Маслова (она указана в иске как третье лицо), мать нападавшей Алла Слюсаренко-Яричевская и адвокаты сторон.

Виктория Дергунова, аргументируя претензии к учебному заведению, сообщила, что нападавшая пронесла в школу семь ножей, что говорит о том, что и.о. директора не обеспечила достаточную безопасность в лицее.

— Директор должна была принять нормативные акты и предпринять определенные действия, чтобы избежать произошедшего. На входе в лицей нет металлоискателей, никто не проверяет сумки учеников. Будь это все — трагедии бы не случилось, — сказала адвокат.

Представитель лицея заявил, что в учебном заведении была проведена внутренняя проверка, установлены все обстоятельства «несчастного случая». Требования иска он назвал завышенными и «не соответствующими судебной практике».

— Заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку со своей стороны лицеем приняты все возможные меры для обеспечения безопасности обучающихся. Металлоискатели, досмотры — таких требований в законодательстве не установлено и обеспечить их образовательная организация не может, ведь тогда в школу будет выстраиваться большая очередь на вход, — сказал представитель образовательной организации. — В связи с тем, что девочка целенаправленно готовилась к нападению, предотвратить случившееся у лицея возможности не было.

Адвокат ответчицы также предложил приостановить данное разбирательство до окончания следствия: после происшествия в лицее правоохранительные органы возбудили два уголовных дела — о покушении на убийство и халатности.

Кто виноват?

Мать девочки, напавшей на одноклассницу, Алла Слюсаренко-Яричевская также назвала сумму заявленного ущерба чрезмерной и сообщила, что связывалась с пострадавшей стороной.

— Я просила прощение у мамы, мы изначально готовы были помочь девочке. Но потом мне позвонил следователь и рассказал, что та сторона пожаловалась на мои звонки и попросил больше с ними пока не контактировать, — заявила она.

Елена Мажугина ответила, что звонки поступали в первые три дня после нападения — тогда ее дочь находилась в реанимации и ей было «не до общения».

Алла Слюсаренко-Яричевская заявила, что «всегда воспитывала [детей] в любви, заботе, прививала им только лучшие качества» и также назвала свою семью пострадавшей стороной.

— Когда я у ребенка спросила, почему это все произошло, она ответила: «Хотела, чтобы ей было также больно, как мне». После этого мое отношение к ситуации изменилось, — сказала она.

Но мать пострадавшей заявила, что конфликта между девочками не было: по ее словам, она изучила все переписки дочери и поговорила с учителями.

Сторона потерпевших также обратила внимание, что Алла Слюсаренко-Яричевская стала участницей телепрограммы, посвященной инциденту, а именно в это время пострадавшая девочка находилась в больнице. Адвокаты истцов утверждают, что ответчице заплатили за участие около 300 тыс. рублей.

Сама Слюсаренко-Яричевская настаивала, что участвовала в ток-шоу, потому что представители канала пообещали ей оплатить операции, необходимые пострадавшей. В итоге судья решил привлечь организаторов программы в качестве третьего лица по делу.

После слушания представители ответчиков отказались общаться с «Известиями», а Алла Слюсаренко-Яричевская и вовсе ушла из здания суда через запасной выход.

Тяжелые травмы

Мать потерпевшей в разговоре с «Известиями» заявила, что поведение ответчицы «повергло ее в шок». По ее мнению, та намекнула, что девочку ей не жаль.

— Моя дочь сейчас проходит реабилитацию, посещает психолога, — рассказала Елена Мажугина. — Психиатр назначил ей медикаментозное лечение, поскольку у нее посттравматическое расстройство. Лечение стоит не дешево, а скоро нужно будет заняться и шрамами.

По словам матери, у ребенка появилось много страхов — ее, в частности, еепугают ножи и люди, которые подходят к ней со спины. Младшая дочь Елены, младшая сестра пострадавшей девочки, также перенесла сильнейший стресс.

— Прогнозы психологов позитивные, они отмечают, что дочь сама стремится поправиться. Но даже проработанные проблемы могут сказаться на ее психике в будущем. Никто не знает, когда может проявиться травма, — посетовала она.

По словам матери, дочь после случившегося мечтает стать психологом или судьей, чтобы помогать людям.

Оценка морального вреда

Удовлетворение иска в полном объеме маловероятно, несмотря на то что в рамках уголовных дел компенсации морально вреда могут быть и выше, считает вице-президент ассоциации юристов Владимир Кузнецов. Но иск на такую сумму в рамках гражданского дела вряд ли будет удовлетворен, сказал он.

При этом сотрудники школы могут быть привлечены к уголовной ответственности за халатность, а родители напавшей девочки будут отвечать только в рамках Гражданского кодекса, считает эксперт.

Сейчас законодательство в сфере образования не направлено на профилактику агрессивного поведения в подростковой среде, отметила Виктория Дергунова.

— Проблему нужно решать системно и сообща, и задействовать все возможные методы, — сказала она.

В частности, юрист считает необходимым, чтобы в локальных нормативных актах образовательных учреждений была прописана недопустимость разрешения конфликтов насильственным образом, а в школах должны проводиться мероприятия по профилактике агрессивного поведения среди учеников.

Также, по словам адвоката, школам необходимо создавать комиссии для разбора инцидентов, связанных с травлей, организовать сопровождение ее жертв и зачинщиков. В работе таких комиссий могли бы принимать участие представители школ, классные руководители, социальные педагоги, психологи, ученики и их родители, а также органы опеки и попечительства.