Верховный суд объявил охоту на три весёлых буквы

На потеху Косте Сапрыкину

Не думал, что наши родимые законодательные органы смогут меня чем-то ошеломить. После того как в Уголовный кодекс РФ внесли статью 210.1 – «Занятие высшего положения в преступной иерархии», удивить меня, казалось, невозможно. В арестантском жаргоне подобные мероприятия называются «разгонка дыма бушлатом». Каждому вменяемому человеку ясно, что доказать это самое главенство в преступной иерархии попросту невозможно.

Как сообщил директор Центра изучения новых вызовов и угроз национальной безопасности РФ Александр Сухаренко: «С 2003 по 2017 год по 210-й были осуждены всего 1,8 тыс. человек. Среди них преобладали отнюдь не лидеры/организаторы, а рядовые участники преступных сообществ. Существенным остается количество оправданий в случае дополнительной квалификации действий обвиняемых по 210-й статье: 589 человек». То есть для того, чтобы «закрыть» уголовного авторитета, сказок о «высшем положении в преступной иерархии» оказывалось недостаточно. Нужно было обязательно присовокупить в довесок реальное преступление. 

То же самое наблюдается и сейчас. Как говорил известный киношный карманник: «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина!». 

Однако закон о статье 210.1 всё-таки приняли с небольшими изменениями в фигурах марлезонского балета, тихо опозорились и мирно его похоронили. Аминь. 

«По диким степям Забайкалья»

Теперь появился очередной закон о карах небесных, которые низвергнутся на проклятую группировку А.У.Е. Он сильно напоминает средневековую охоту на ведьм, поиски масонского заговора или разоблачение козней «мировой закулисы». Но ждёт его та же участь, что и страшилку об «уголовных авторитетах». То есть лёгкий пшик.

В чём же смысл нового крестового похода? Как сообщают СМИ, Верховный суд РФ признал АУЕ молодёжным движением экстремистской направленности и запретил его. «В судебном заседании установлено, что АУЕ является хорошо структурированной и управляемой организацией – молодёжным движением экстремистской направленности. Деятельность движения, основанная на криминально-экстремистской идеологии, представляет реальную угрозу жизни и здоровью граждан, обществу и государству», – сообщила Генпрокуратура.

Что же такое это самое АУЕ? Расшифровывают его по-разному: «Арестантский уклад един», «Арестантско-уркаганское единство» или «Арестантское уголовное единство». Короче, кто во что горазд. Да это и не важно. Генпрокуратура сообщила, что сокращение АУЕ используется в криминальном сленге как приветствие. 

Так супротив чего боремся? Против приветствия и прибаутки? Ну, я назову вам ещё с десяток достойных «экстремистских сообществ». Например, «ВОЛК» («Ворам отдышка, легавым – крышка»), «БАРС» («Бей актив, режь сук»), «СЛОН» («Смерть легавым от ножа»), ИРА («Иду резать актив»), «ЛОРД» («Легавым отомстят родные дети»)... Можно прибавить «АЛЁ-МАЛЁ» и «УРУ-РУ» – они никак не расшифровываются, но зато являются приветствиями, как и АУЕ. 

В том же генпрокурорском ведомстве журналистам пояснили: участники сообщества пропагандируют уголовный образ жизни, выступают за признание уголовных авторитетов и тюремных схем поведения в повседневной жизни. Участники АУЕ совершают правонарушения, а также массовые беспорядки.

Ну да. Я даже услужливо подскажу примеры.

В сентябре 2010 года в Белореченской воспитательной колонии Краснодарского края вспыхнули беспорядки, спровоцированные выкриком «АУЕ». Я видел подобный бунт когда-то в Азовской ВТК. Впечатляет... 

Летом 2014 года на озере Арахлей под Читой (столица Забайкалья) двое полицейских поймали подростка, кравшего вещи из автомобилей. Воришка завопил: «АУЕ! Ворам свободу!». «Прибежали около десяти человек, попытались напасть на меня и напарника. Мне пришлось стрелять в воздух, чтобы нападавшие успокоились, и вызывать ОМОН», – вспоминал один из полицейских. Нападавшие оказались молодыми людьми 21–23 лет, причислявшими себя к движению А.У.Е.

В октябре 2014 года прокуратура Забайкалья сообщала, что в Чите и районах края группировки подростков 14-18 лет из неблагополучных семей насаждают уголовное мировоззрение в профессиональных училищах, школах, интернатах края. Это поборы, избиения и даже изнасилования. 

В конце 2015 года группа воспитанников из коррекционного интерната в городе Хилок Забайкальского края напала на полицейский участок. Как сообщили досужие репортёры, «толпа из 20 человек разгромила отделение милиции, чтобы освободить пьяного подростка, задержанного на уроке». Позже, правда, правоохранители уточнили: хулиганов было шестеро, и они «кидали в участок камни, оторвали вывеску и били ею по полицейской машине».

В 2016-м несколько жителей посёлка Новопавловка (то же Забайкалье) крепко поколотили нескольких «ауевших» учеников местной школы №17, которые с их детей вымогали деньги «на общак». Так мужиков чуть не посадили. Как же так? Почему же тогда «прокураторы» не наградили «активных борцов против экстремизма»?

Если всё так критично, почему лет десять никто, кроме забайкальцев, этой проблемы в упор не видел?

Как гопники «воров» жизни учили

Как специалист по криминальной субкультуре с АУЕ я познакомился в 2009 году. До этого, как и мои знакомцы, прошедшие Крым, Рым, Колыму и Нарым, слыхом о нём не слыхивал. Однако движение АУЕ возникло раньше, в начале 2000-х. на воле, среди гопников (уличных хулиганов, «бакланов», к которым «благородный преступный мир» относится с пренебрежением). Гопота пыталась подражать блатным, «бродягам», братве. За «колючкой» она не была популярна. Тем более «урка», «уркаган» – в уголовном жаргоне словечко давно устаревшее, чаще его используют исполнители дешёвого шансона.

Вот что написал мне один из бывших «сидельцев» в 2010 году: «А.У.Е.– бессмысленный набор букв, используемый мелкоуголовной быдлятиной для придания себе типа авторитета в общении между собой». Его поддержал другой «бродяга»: «Я года через полтора начал это понимать. В лагере все эти а.у.е.  через пару-тройку месяцев отскакивают, а в строгих хатах в СИЗО не употребляются между собой. Сам я, начиная с СИЗО и заканчивая звонком в лагере, двигался под чёрным флагом». То есть парень весь срок был отрицательно настроен к администрации колонии. То же высказывали все мои собеседники, знакомые с уголовным и арестантским миром России. 

Но если субкультуру «АУЕвших» малолеток не приняло «благородное шпанское братство», откуда столько шума? Ведь гопники считаются дебилами и объектом насмешек. А тут – истерика и паника…

Дело в том, что в марте 2016 года канал «Россия 24» показал репортаж корреспондента Алексея Симахина под броским названием «Забайкальская каморра» (где как раз упоминались Хилок и Новопавловка). Журналист сравнил АУЕ с неаполитанской мафией. После громкой передачи по местам «боевой криминальной славы» отправилась комиссия Совета по правам человека при президенте РФ. Возглавила её Яна Лантратова. А в декабре 2016-го Яна на заседании у Владимира Путина попросила президента помочь в борьбе с подростковым криминальным движением АУЕ. Она пояснила:

– В тюрьме сидит человек и у него есть свои смотрящие на воле. Они связываются, в том числе, с детьми и подростками в социальных учреждениях и устанавливают свои порядки, и детей, и подростков заставляют сдавать на так называемый «общак» для зоны. Если ребёнок не может сдать деньги, он переходит в разряд «опущенных»: у него отдельная парта, отдельная посуда, над ним можно издеваться и его можно насиловать. Чтобы достать денег, ребёнок должен украсть, отобрать – в общем, совершить преступление. В итоге попадает в детскую колонию или спецшколу. А по новому закону об образовании дети из детских домов и интернатов ходят вместе с обычными детьми в обычные школы. И мы видим, как эта молодежная политика криминального мира попадает в обычные школы.

Лантратова подчеркнула: речь идёт о детях 11-14 лет. Она же сообщила, что в интернете существует от 85 тысяч до 800 тысяч подростков, которые состоят в закрытых группах, пропагандирующих криминальные «ценности».

Обожаю наших «правозащитников» за безудержную удаль в статистике. Спроси Яну, каким образом она подсчитала «интернет-негодяев», она возмутится: это же очевидно! Кому? По нынешним данным Генпрокуратуры, сейчас у движения АУЕ в России больше 34 тысяч активных приверженцев в 40 регионах. Чё так сдулись-то? Может, пора не законы принимать, а рапортовать о победе?

По сути, именно Лантратова и ей подобные оказались самыми активными пропагандистами АУЕ, разнося по стране очередные страшилки и байки об этой «экстремистской организации». Хотя, надо сказать, на этот раз идея гопников с удовольствием была подхвачена «по ту сторону шлюза». Сейчас даже воры завершают свои «прогоны» сокращением АУЕ!

Ради справедливости: не сомневаюсь, что в Забайкалье дело зашло слишком далеко. В крае до предела обострились социальные и экономические проблемы: низкие зарплаты, безработица, безнадзорность подростков, отсутствие жизненных перспектив для молодёжи. Идёт возврат к ситуации лихих 90-х, когда во многих школах считалось позорным читать книги, «слишком умных» травили одноклассники. Многие ребята мечтали стать бандитами. С начала 2000-х блатной дурман стал рассеиваться. Вернулась тяга к образованию, возникли перспективы хорошей работы и т.д. Преступность резко снизилась. В том числе и детская. Так обстояло дело ещё недавно, в 2014-2015 годах.

Сегодня, однако, ситуация возвращается на прежние позиции. Страну снова лихорадит, в страну возвращается нищета, пропасть между богатыми и бедными, у молодёжи (особенно в маленьких городах и посёлках) отсутствуют социальные лифты… 

В общем, сплошное АУЕ.

Не с буквами надо бороться, а с неравенством, несправедливостью, беспределом в обществе. И не валять вместо этого дурака, принимая бездарные законы, отвлекающие общество от реальных проблем, порождающих преступность.