Врачебный отвод: обвиняемых в убийстве младенца медиков оставили в колонии
Верховный суд РФ отклонил кассационную жалобу защитников калининградских врачей Елены Белой и Элины Сушкевич на приговор по делу об убийстве младенца. Суд счел неубедительными доводы защиты о том, что у осужденных не было умысла на преступление. Белую и Сушкевич приговорили к 9 и 9,5 годам колонии в 2022 году за умышленное убийство ребенка, родившегося с экстремально низкой массой тела. По версии стороны обвинения, чтобы имитировать смерть младенца в утробе матери, Белая попросила Сушкевич ввести ему летальную дозу сульфата магния. Это, как утверждало следствие, должно было помочь ей не испортить имидж медучреждения младенческой смертностью.
За что осудили Елену Белую и Элину Сушкевич
Фигурантки громкого дела о гибели младенца в калининградском роддоме Елена Белая и Элина Сушкевич останутся отбывать наказание в колонии. Такое решение принял 5 декабря Верховный суд, рассмотрев кассационную жалобу защиты подсудимых на приговор, который вынес ранее Московский областной суд.
В сентябре 2022 года он приговорил бывшего главного врача родильного дома № 4 Калининграда Елену Белую и анестезиолога-реаниматолога регионального перинатального центра Элину Сушкевич к 9,5 и 9 годам колонии. По версии следствия, в ноябре 2018 года они преднамеренно умертвили родившегося в калининградском роддоме №4 недоношенного ребенка, чтобы исказить статистику медучреждения.
Организатором преступления, по мнению следователей, выступила Елена Белая — она дала указание Элине Сушкевич ввести младенцу смертельную дозу сульфата магния. Таким образом, полагают следователи, директор роддома хотела имитировать смерть младенца еще в утробе матери — в этом случае статистика роддома не пострадала бы.
В материалах дела есть аудиозапись разговора Елены Белой с подчиненными утром 6 ноября 2018 года. На записи экс-директор отчитывает врачей за оказание реанимационной помощи ребенку в тяжелом состоянии и требует переписать его медицинскую историю.
Еще одним доказательством по делу стали слова замминистра здравоохранения Калининградской области Елены Семеновой, которая заявила, что «ухудшение показателей младенческой смертности могло повлиять в дальнейшем на перспективы назначения Елены Белой на должность главного врача».
В июне 2019 года врачей обвинили в преступном сговоре и возбудили уголовное дело. При этом Сушкевич обвинили в исполнении, а Елену Белую — в организации убийства младенца.
Дело вызвало большой резонанс — за подсудимых вступилась часть медицинского сообщества. В частности, президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль опубликовал заявление, в котором указал, что выводы следствия «о жизнеспособности» ребенка были преувеличены. Он отметил, что «глубоко недоношенный мальчик родился в агональном состоянии» с массой тела всего 700 граммов. А из признаков «живорождения» у него было лишь сердцебиение: ребенок не дышал и у него не было пульса. Результаты спектографического исследования, которое показало большую концентрацию сульфата магния и других химических элементов в печени, почках и желудке младенца, «не могли служить доказательством убийства», полагает врач, так как оно было проведено только через пять месяцев после его гибели.
Как заявлял Следственный комитет, для сокрытия преступления Сушкевич по указанию Белой подделала документы, написав, что ребенок умер до рождения. Леонид Рошаль в том же своем заявлении, казалось бы, встав на сторону врачей, заявил, что считает Елену Белую виновной в подделке документов и призвал лишить ее врачебного диплома.
«Нездоровый коллектив»
После заседания Верховного суда Леонид Рошаль заявил «Известиям», что считает врачей невиновными в смерти младенца. По его мнению, «в деле нет ни одного факта, доказывающего, что Сушкевич ввела ребенку целый шприц сернокислой магнезии».
— Кроме магния, в крови ребенка были повышены показатели цинка и железа. Просто мама в процессе беременности получала препараты, которые содержат и то, и другое, и третье. В истории болезни есть очень много всего, от чего ребенок мог умереть, — сказал врач.
Он также обратил внимание на обстановку, которая сложилась в калининградском роддоме, отметив, что «там нездоровый коллектив».
— Если прячут историю под подушку и записывают разговор, и идут наговоры друг на друга, это разве нормально? Конечно, нет. Но это никакого отношения не имеет к смерти новорожденного, — сказал врач.
По словам Рошаля, в стране не хватает неонатологов, а приговор Сушкевич и Белой может усугубить этот дефицит.
За невиновность Элины Сушкевич выступили и эксперты Российского общества неонатологов — в открытом письме они исключали возможность ее виновности и называли происходящее произволом. При этом имя Елены Белой в письме не упоминалось. Сами фигурантки тоже настаивали на своей невиновности, а Элина Сушкевич даже написала открытое письмо к генеральному прокурору Игорю Краснову.
Тем не менее, не все представители медицинского сообщества были уверены в невиновности своих калининградских коллег. Так, редактор профессионального сайта «Медицинская Россия» Игорь Артюхов напомнил о компрометирующем разговоре Белой с врачами и ее указания о фальсификации документов, считая это весомыми доказательствами по делу.
10 декабря 2020 года первая коллегия присяжных Калининградского областного суда признала врачей невиновными. Однако представители потерпевшей стороны и Генпрокуратура обжаловали это решение. В мае 2021 года Первый апелляционный суд общей юрисдикции в Москве отменил оправдательный приговор. Дело отправили на повторное рассмотрение в Мособлсуд, который и принял в итоге обвинительное решение.
Оставить без изменения
Елена Белая и Элина Сушкевич приняли участие в кассации по видеосвязи из женской ИК-4 калининградского поселка Колосовка, где они с апреля этого года отбывают назначенное наказание. Они сидели в отведенной для участия в суде комнате с решеткой в арестантской форме, а в перерыве повязали на головы снятые на время арестантские женские платки.
Адвокаты Сушкевич, как и ранее, попытались доказать невозможность причинения смерти младенцу с помощью высокой дозы сульфата магния. В своем выступлении один из адвокатов заявил, что в заключении судмедэксперта, которое легло в основу обвинительного заключения по делу, не было внятной методики для определения концентрации этого препарата в крови погибшего младенца. А прибывший в качестве свидетеля директор НИИ трансфузиологии Алексей Кишкун, которого суд ранее не опрашивал, заявил, что определить концентрацию магния в крови младенца по количеству этого вещества в его внутренних органах невозможно.
Второй защитник Сушкевич Камиль Бабасов указал суду на существенное, по его словам, нарушение, допущенное во время слушаний в Мосгорсуде: один из присяжных по фамилии Харченко при отборе кандидатов, якобы, обманул суд, умолчав, что ранее являлся сотрудником внутренних дел — то есть по закону не мог быть присяжным. Это может служить основанием для отмены приговора, полагает адвокат.
Но прокурор не согласилась с такими доводами.
— Харченко никого не обманул. Он был запасным кандидатом и все вопросы ему были заданы. Замечаний на протокол отбора никто не привел, оснований для отмены приговора нет, — заявила она.
Леонид Рошаль выступил в Верховном суде с ходатайством — он попросил разрешить ему присутствовать на процессе в качестве общественного защитника Элины Сушкевич. Однако против его планов высказались Елена Белая, представитель гособвинения и адвокат потерпевшей стороны Лариса Гусева. В итоге суд разрешил Рошалю присутствовать только в качестве слушателя.
Адвокаты Сушкевич заявили, что решения судов первой и второй инстанции подлежат отмене.
— Все судебное заседание проходило с обвинительным уклоном. Прошу приговор отменить и отправить дело на новое рассмотрение, — обратилась к суду и сама Элина Сушкевич.
Елена Белая, выступая перед судом, отметила, что любая смерть заканчивается патологоанатомическим вскрытием, которое в данном случае проводилось не в том же роддоме. Она назвала вмененный ей мотив «абсурдным» и заявила, что аудиозапись была происками ее коллег, настроенных против нее. Осужденная добавила, что в процессе на нее «оказывали физическое воздействие», но не пояснила, какое именно.
Представитель потерпевшей не согласилась с доводами защиты о допущенных в ходе предыдущего процесса нарушениях закона и попросила оставить приговор врачам в силе. Ее позицию поддержала прокурор, отметив, что доводы защиты «уже были предметом обсуждения на судах апелляционной инстанции».
Суд постановил оставить приговор без изменений, а кассационную жалобу защиты — без удовлетворения.
Шансы на жизнь
Подавляющее большинство неонатологов будут и дальше самоотверженно бороться за жизнь маленьких пациентов, заявил в беседе с «Известиями» профессор-неонатолог Дмитрий Дегтярев. Он отметил, что при подготовке молодых врачей-неонатологов особое внимание уделяется безопасности лекарственной терапии.
Однако выживаемость младенцев с экстремально низкой массой тела зависит не только от этого, но и от многих других факторов. Например, от срока беременности, на котором родился ребенок, его веса при рождении, состояния здоровья матери, качества акушерской помощи в родах. По мнению врача, даже в условиях крупного перинатального центра вероятность выходить ребенка с массой тела 700 граммов составляла бы не более 25-30%.
— Цепочка перинатальной помощи в Калининградской области на тот период времени была плохо организована, а сам родом и его персонал, судя по всему, не был приспособлен для оказания высококвалифицированной помощи таким детям, — отметил он.
По словам Дмитрия Дегтярева, даже самые современные медицинские технологии не всегда позволяют выходить экстремально недоношенного ребенка. В этом случае родители нередко винят медиков даже тогда, когда ребенок умирает от неизлечимого заболевания, отметил эксперт.