Трагедия в Прибрежном: матери пришлось на такси возить по больницам умирающую 15-летнюю дочь

В Калининграде 15-летняя школьница из Гусева умерла на руках матери в приёмном покое психбольницы в Прибрежном. Мать девочки Оксана Мартиновская рассказала «Клопс», через что им пришлось пройти в последние дни жизни дочери. Женщина держится на успокоительных. Своей младшей, четырёхлетней, дочери Оксана сказала, что Ангелина уехала. Сестрёнка каждый день ждёт её возвращения. «Клопс» узнал подробности этой из ряда вон выходящей истории. На фото: мать девочки Оксана Мартиновская Как началась болезнь Девятиклассница Ангелина шесть лет отучилась в школе искусств и планировала стать художницей. Последние несколько месяцев у девочки болели ноги. Поначалу родные списывали это на последствия перелома, который случился летом 2017 года. Геля прошла обследования, анализы были в норме, и хирург сказал: это не по моей части. «После Нового года у дочки появилась слабость, сонливость, рвота», — рассказывает Оксана. 11 февраля Геле стало плохо на улице: у неё стали подкашиваться ноги, девочка едва не потеряла сознание. Скорая доставила Ангелину в гусевскую ЦРБ, через сутки её перевели в нейрохирургическое отделение Детской областной больницы. 13 февраля у неё отнялись ноги. «Я не отходила от Гели. Возила её на томографию, ФГС, УЗИ. В туалет носила на руках, пыталась кормить. Она не могла кушать — дочь рвало. За неделю Геля потеряла около 10 кг веса, с трудом шевелила руками, еле держала голову, координация была совершенно нарушена», — говорит мама. При обследованиях у Ангелины нашли незначительные отклонения в работе желудочно-кишечного тракта. Томография также не показала серьёзных изменений в организме. Почему перевели в психбольницу 20 февраля Геля сказала маме, что оглохла на одно ухо, у неё пропал голос — девочка могла только шептать. Вечером ей стало совсем плохо — было трудно дышать, сильно стучало сердце, мучила бессонница. Медсестра дала девочке глицин под язык. В этот день Оксане сообщили, что для дальнейшего лечения дочь направляют в психиатрический диспансер, так как у Ангелины тяжёлая депрессия. «21 февраля я сказала доктору, что накануне Геле было плохо. Но он быстро вручил нам выписку. Медсестра померила дочке пульс — он был больше 150 ударов в минуту. Давление очень низким — верхнее меньше 70 единиц», — говорит мама. Оксане велели везти дочь в психиатрическую больницу на Невского. Вызвать скорую отказались. Оксане пришлось ехать на такси. К тому моменту девочка не могла даже сидеть. «Я на руках вынесла её и уложила на заднее сидение. Водитель подвёз нас к крыльцу, он ждал, пока я найду инвалидную коляску, но поднять по старому пандусу я её не смогла, пришлось нести дочь по лестнице на руках. Потом побежала за нашими вещами», — рассказывает Оксана. Их заставили обратиться в несколько кабинетов, затем велели ждать, пока консилиум решит, что делать. В это время обессиленная Геля шептала маме: «Я больше не могу, когда меня отвезут в палату?». Оксана положила дочь на стулья в коридоре, сунув под голову сумку. Потом им сообщили, что нужно ехать в Прибрежный. Оксана снова вызвала такси. «Когда я поднимала дочь, чтобы усадить её в кресло, не удержалась, и мы вместе упали. Нам помог стоявший рядом мужчина. По пути посмотрела Геле в глаза и ужаснулась: у неё зрачки будто пульсировали — они то увеличивались до размера радужки, то уменьшались до точки. Она сказала, что ослепла», — со слезами вспоминает мать. Последние минуты жизни Оксана на руках занесла дочь в приёмное отделение. Геля шептала, что вот-вот потеряет сознание. Перед ними на госпитализацию оформляли мальчика. Медсестра не спеша заполняла бланки. Прошло около полутора часов. Медработник комментировала происходящее: «Вам с ней не положено! Мы её одну положим». И тут же задумчиво вздыхала: «А как мы у неё анализы-то брать будем?». Закончив писать, медсестра подняла голову: «Девочке нужно самой расписаться!». «Она подсовывала нам листок и ручку. Я была в полной растерянности. Попыталась усадить Гелю, и тут лицо дочери перекосилось в судороге. Оно мгновенно пожелтело, челюсти неестественно „переломало“, это было как в фильме ужасов… Я истошно заорала. К нам бросились люди, медбрат начал её откачивать…» — тихо рассказывает Оксана, утирая слёзы. Мать завели за какую-то дверь, через щёлку она видела, как вокруг лежащей на полу девочки суетились люди. Ей сделали укол, около 20 минут парень делал массаж сердца. Потом он поднял голову, у него было красное и потное от натуги лицо. Он сказал, что устал, и попросил сменить его. Когда приехала скорая помощь, Ангелина была мертва. «Вместе с мёртвой дочерью я пробыла в приёмном покое несколько часов. Я вытерла ей лицо, переодела в чистую одежду. Потом приехали следовали, что-то спрашивали… Мне кажется, я никогда не забуду этот ужас», — говорит мать девочки. Похоронили Ангелину 25 февраля, пришло много людей: родные, друзья, одноклассники и их родители. На днях маме девочки позвонили из прокуратуры, сообщив, что будет проводиться проверка. Сама женщина намерена обращаться в Росздравнадзор и Следственный комитет, она считает, что действия медиков можно квалифицировать как уголовное преступление. В минздраве, сославшись на закон о защите персональных данных, отказались комментировать ситуацию. В региональном СКР «Клопс» пояснили, что по данному факту проводится проверка, по результатам которой будет принято процессуальное решение. О смерти 15-летней девочки в психиатрической больнице № 2 стало известно 21 февраля. По предварительным данным, медики ДОБ заподозрили у школьницы психические отклонения и направили её в медучреждение в Прибрежном. В день поступления девочка скончалась.