Что мы знаем о наследии Мюнхгаузена в искусстве?

Фамилия барона Мюнхгаузена, якобы «неисправимого лгуна», стала нарицательной, образовав несколько этимологем как средства литературной эволюции. Поразительно, что в последние 25 лет количество памятников ему в разных странах мира утроилось относительно почти трех предшествующих веков. Особенно интересно, как его имя использовали литераторы и где установили в память о незабвенном бароне скульптуры. Исторический контекст не спрячешь, и заметный человек оставляет «следы» не только в цифровой век, но и за три столетия до него. Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен родился в Боденвердере, но упоминания о нем находят даже в исторических архивах Москвы, Санкт-Петербурга, Гродно и других городов. А также в Риге, откуда родом была его первая и любимая (в личных пристрастиях реального барона) жена Якобина фон Дунтен — дочь судьи. Удивительно, но в официальных бумагах, рапортах командованию и письмах барон предстает серьезным человеком. Это легко и документально верифицируется: почти 15 лет службы в русской армии… Тем не менее извилистый жизненный путь барона Мюнхгаузена больше похож на авантюрный роман, чем на карьеру типичного прусского дворянина или сытого бюргера. Очень может быть, что популярность барона и литературных рассказов о нем связана именно с необычностью его жизненного пути. Впрочем, на родовом гербе Мюнхгаузенов изображен не военный, а монах с посохом и вещевым мешком, из которого символически выглядывает книга. Родовой герб МюнхгаузеновФото: Адольф Маттиас Хильдебрандт, общественное достояние Памятники Памятники незабвенному барону есть теперь во многих городах мира, в том числе в России: несколько в Москве, в том числе у станции метро «Молодежная» — автор идеи и главный скульптор Андрей Орлов; в Ессентуках — пролетающий на ядре барон на крыше одного из домов; в Центральном парке Калининграда — открыт в 2005 году, автор Георг Петау, и в том же городе «памятник сапогу барона Мюнхгаузена» 2011 года; в Глубоком (Беларусь) — рядом с кладбищем, где похоронены однофамилицы; в Гурьевске, в Хмельницком — памятник-фонтан барона на лошади, из которой «лилось»; в Братске Иркутской области; памятник барону Мюнхгаузену в Ноябрьске, ЯНАО. И даже этот список далеко не полный. Особенно отрадно констатировать, что много памятников появилось за последние 25 лет. В том числе на просторах России. И, конечно же, в Европе — от родного Мюнхгаузену Боденвердера до Испанского королевства. Памятник Мюнхгаузену в ЕссентукахФото: СергеевСС. Собственная работа, по лицензии CC BY-SA 3.0 Места установки памятников связаны с главным героем по разным основаниям. И если в Ессентуках барон никогда не бывал (но тут живет много почитателей Мюнхгаузена), то в Гродно (Беларусь) барон служил много лет в кирасирском Брауншвейгском полку, и даже командовал ротой почетного караула на границе Российской империи при встрече принцессы Ангальт-Цербстской Софии Августы Фредерики — будущей императрицы Екатерины II. Внимание калининградцев к барону, вероятно, связано с тем, что фон Мюнхгаузен не менее двух раз посещал Кёнигсберг, следуя из Европы в Петербург и обратно. Фото: Fastboy. Собственная работа, по лицензии CC BY-SA 3.0 Любопытно, что есть практические результаты «вторичного возбуждения искусством». Когда в скульптуре увековечивают не самого героя, а артиста, мастерски популяризировавшего образ незабвенного барона. К примеру, такой памятник установлен в Саратове, где живет много почитателей таланта народного артиста СССР Олега Ивановича Янковского. Замечательный сценарий к фильму «Тот самый Мюнхгаузен» написал выдающийся мастер диалогов и художественного слова Григорий Горин. Сила искусства Вот она… загадка искусства, в отличие от бытового счастья: благодарные дети могут поставить огромный и дорогой памятник, может быть, даже воздвигнут семейный склеп. Сохранят значимые эпизоды из общения в своей памяти, а может, даже расскажут о них своим детям. Это всё… Как мы знаем, в наше турбулентное время, даже с учетом возможности оцифровки документов, как в Финляндии, где память предков чтят, а генеалогическое древо составляют и гордятся им… даже с учетом многих возможностей… спроси почти любого — и немногие расскажут верно и подробно о предках. А искусство вечно. И барон Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен отлично доказал это. Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен (в мундире кирасира)Фото: G. Bruckner, общественное достояние Из журнала «Союзное государство» № 10 за 2014 год с авторством Дмитрия Соколова мы узнаем, что: …первый автор записанных на бумагу рассказов Мюнхгаузена не известен. Тем не менее три сюжета из его постоянного «репертуара» вошли в книгу графа Рокса Фридриха Линара в 1761 году. Спустя двадцать лет они фигурируют в берлинском альманахе «Путеводитель для веселых людей». В книге не указывается имя рассказчика, составитель сборника лишь ссылается на то, что истории принадлежат известному остроумием г-ну М-г-з-ну, живущему в Г-ре. А дальше — больше… К «воспоминаниям» приложили руку и перо литераторы: Рудольф Эрих Распе — «Приключения барона Мюнхгаузена», в книге, адаптированной для детей в СССР серии «Золотая коллекция детства», Мюнхгаузен обозначен без буквы «г» — Мюнхаузен; Готфрид Август Бюргер — «Удивительные путешествия на суше и на море, военные походы и веселые приключения барона фон Мюнхгаузена, о которых он обычно рассказывает за бутылкой в кругу своих друзей»; Генрих Шнорр — «Дополнения к приключениям Мюнхгаузена»; Н. П. Осипов — «Не любо — не слушай, а лгать не мешай». Это все только прижизненные издания о бароне. А сколько их появилось позже — в общем за 304 года и в разной форме — постановок, гравюр, картин, почтовых марок, рассказов, публицистических и даже научных исследований по творчеству литераторов-авторов произведений о Мюнхгаузене… И не сосчитаешь! Старинная почтовая открыткаФото: Oskar Herrfurth, общественное достояние В том числе поэтому искусство — по авторскому определению — это невозможность добиться устойчивой повторяемости опыта, и в случае с литературным «наследием» барона Мюнхгаузена это определение вполне оправданно. Конечно, желательно различать подлинную историю жизни барона Мюнхгаузена с ее отчасти трагическим концом — от истории литературного героя и вымысла, связанного с ней. Причем, по свидетельству современников, настоящий барон был патологически правдив. В боевых действиях с турками участвовал, штаб-ротмистром на русской службе много лет был… Кстати, интересно знать: В медицинской практике есть понятие «синдром Мюнхгаузена». Это не о вранье, а о пациентах, настолько озабоченных собственным здоровьем, что они «ходят по врачам», рассказывая о странных ощущениях-недомоганиях, и непременно хотят быть здоровыми всегда и абсолютно. А специалисты рекрутинговых агентств на своем опыте знают «синдром Мюнхгаузена» с другой стороны — как непроверяемые «байки» кандидатов на вакантные позиции. А теперь скажите, так ли уж был плох «литературный барон Мюнхгаузен» и всегда ли он врал? И тут не все однозначно… Несомненно, настоящий барон был достойным, ответственным, мужественным и разносторонним человеком, с чувством юмора. Так, заявление на развод со второй женой барон в возрасте 75 лет написал на 86 страницах, но его труд не был удовлетворен. Реальный барон Мюнхгаузен прожил интересную жизнь длиною в 76 лет. А литераторы лишь отчасти приукрасили образ героя; как же без этого — такова творческая автономия авторов. ...