Постимперские фантомные боли
Псковская Лента Новостей представляет вашему вниманию текстовую версию очередного выпуска передачи «Резонер». Еженедельная программа, посвященная резонансным событиям общественно-политической жизни, выходит по четвергам в эфире радио «ПЛН FM» (102.6 FM). Автор и ведущий – Константин Калиниченко.
«Чтобы сделать разумный выбор, надо прежде всего знать, без чего можно обойтись»
Иммануил Кант
Под занавес 2024 года значительная часть дорогих россиян снова погрузилась в перипетии геополитики. Да и как не погрузиться, когда в стране, которую мы по каким-то причинам считали союзником, случился государственный переворот, а свергнутый местный князек едва успел унести ноги. Разумеется, в Россию, куда же еще? Россия – щедрая душа, у нас страсть как любят устраивать на пожизненный пенсион свергнутых бывших глав государств. И вот уже самолет – конечно же российский Ил-76 – везет бывшего президента Сирии Башара Асада на родину медведей, водки и матрешки. Если когда-нибудь из Северной Кореи попрут «Блистательного товарища» Ким Чен Ына или свергнут аятоллу в Иране, ни секунду не сомневаюсь – их самолеты тут же возьмут курс на Москву. На месте политизированных граждан я бы составил перечень «банановых диктаторов» – их, как правило, свергают и, если не успевают отправить к праотцам, у них есть шанс проследовать в вынужденную эмиграцию. Думаю, со временем где-нибудь на Рублевке можно будет сформировать политическую богадельню из бывших и свергнутых.
«Имперские амбиции»
Самый правильный вопрос в этой ситуации: на кой черт нам сдалась эта Сирия? Большинство диванных политологов, которые в интернете уже четвертый день нам тужатся разъяснить стратегический смысл «Сирийского гамбита», еще неделю назад эту Сирию на глобусе не смогли бы отыскать. Какая-то богом забытая дыра на Ближнем Востоке, где все воюют против всех – то ли за религию, то ли за нефть, тут без пол-литры не разберешь. Глянул на досуге – оказывается, в Сирии нефть почти не добывают. Она там как бы есть, но все с утра до ночи воюют или ходят на митинги протеста, поэтому не до этой вашей нефти. Типичный такой ближневосточный мрак, где строят халифат в меру собственного понимания, и никто не работает.
Как по мне, от такого ближневосточного «фэн-шуя» нужно держаться как можно дальше. И уж, во всяком случае, не соваться туда, от греха подальше, пока они там сами не разберутся и не заживут, как нормальные люди.
Но у России – свой собственный путь. В какой-то момент, кажется, в 2015 году, мы сунулись в эту Сирию, поддержали этого Асада. Ну и увязли с головой. Я не великий стратег, поэтому допускаю, что в 2015 году в этом был какой-то смысл. Но отчего же опять, по старой русской традиции, забыли вовремя уйти? Вся эта суета с многократным взятием Пальмиры, концертом великого Гергиева на руинах в очередной раз освобожденного города, участием какого-то «ограниченного воинского контингента» на месте – зачем это все России и ее гражданам? Нам что, кусок выжженной пустыни показался райскими кущами?
Я, в общем, в курсе, что в Сирии расположены российские военные базы, которые, как говорят специалисты, служат «трамплином» для нашей экспансии в Африку. Это достаточно сильный аргумент. Но мы же в своем уме и понимаем, что военные базы в других странах – обычная мировая практика. Ни одна страна не станет содержать крайне непопулярный политический режим только ради того, чтобы там время от времени могли садиться российские самолеты.
Тогда зачем нам берег сирийский? Ответ, на мой взгляд, очевиден. Это не что иное, как наши постимперские амбиции. Со времен царя Иоанна Васильевича Грозного Россия-матушка испытывает острые фантомные имперские боли. Есть органическая потребность диктовать свою волю всему мировому сообществу или, хотя бы, значительной его части. Менялись правители, династии, царскую империю поглотила советская. Даже в лихие 90-е, когда страну разрывало изнутри, а кузбасские шахтеры стучали касками на площади у Белого дома, помыслы сильных мира сего витали вокруг нового мирового порядка и активного участия России в нем. Самолеты там кто-то разворачивал над Атлантикой, в знак протеста против бомбежек Югославии. Правда, тогда вышел конфуз – блефовали с очень слабыми картами на руках, так что НАТО позволило себе не заметить Россию и вволю отбомбиться на почти беззащитной Югославии.
Теперь, конечно, ситуация несколько иная, беспомощной Россию в здравом уме никто не назовет. Но разве наличие серьезного военного потенциала обязывает нас ввязываться в дорогостоящие авантюры?
На самом деле, во внешней экспансии нет ничего плохого. Более того, активное участие в геополитике – первый признак сильного государства. Но есть нюанс.
Хорошо бы заниматься «чужим домом», толком обустроив собственный. Нам бы сосредоточиться на какое-то время на решении внутренних проблем. Петр Аркадьевич Столыпин, который в большом авторитете у нынешних поборников традиционных ценностей, однажды сказал: «Дайте Государству двадцать лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!» Правильно сказал, да только никогда не было у России этих 20 лет. А если для этого и складывались обстоятельства, так Россия тут же находила, во что ввязаться.
И ведь уверенной походкой ходим по тем же самым граблям, об которые еще СССР себе лоб расшиб. Содержали африканских голодранцев лишь для того, чтобы тягаться с США и доказывать, что мы «тоже можем». Ну и надорвались в итоге, а наши «африканские товарищи» мигом переметнулись под американское крыло, некоторые еще и смачно плюнули в нас напоследок. Глядишь, не кормили бы этих «строителей коммунизма» с Черного континента, а вкладывали деньги в собственную страну, может и не развалился бы СССР.
Неплохо бы еще вспомнить, как было мучительно больно и обидно, когда гибли советские люди в Афганистане. Больно – потому что гибли, обидно – потому что бессмысленно, ради того, чтобы местные нувориши могли пограбить свой народ, опираясь на советские штыки и рассказывая о преимуществах социализма, а дряхлые вожди Политбюро продолжали в старческом маразме мнить себя стратегами мировой политики.
Все это, по-моему, лежит на поверхности и не требует глубоких знаний и аналитических способностей. Просто спроецируйте геополитику на вашу собственную жизнь. Если вы будете постоянно решать чужие проблемы, вмешиваться в жизнь других людей, пытаясь ее то ли наладить, то ли переделать на свой лад, то вам некогда будет заниматься своей жизнью и собственным домом. Пока помогаете другим, в вашем доме будет царить хаос. Это, простите, аксиома. Вы же, наверное, не раз замечали, что у людей, пытающих устраивать чужую жизнь, своя абсолютно не устроена.
Ну и какой вывод? А такой, что все ясно и понятно, но ничего для нас не изменится. Потому что вот какой парадокс получается. С одной стороны, России категорически нельзя быть слабой. Слабая империя – это признак скорой смерти – или изнутри взорвется, как было с империей Александра Македонского, или внешние силы разорвут на части, как было с Древним Римом. С другой, стоит России окрепнуть и встать с колен на две точки опоры, как тут же она расчехляет имперские амбиции, идет устраивать новый миропорядок. Согласитесь, в этой формуле просто нет ни двадцати, ни двух лет покоя. Это самый настоящий замкнутый круг.
Константин Калиниченко
«Чтобы сделать разумный выбор, надо прежде всего знать, без чего можно обойтись»
Иммануил Кант
Под занавес 2024 года значительная часть дорогих россиян снова погрузилась в перипетии геополитики. Да и как не погрузиться, когда в стране, которую мы по каким-то причинам считали союзником, случился государственный переворот, а свергнутый местный князек едва успел унести ноги. Разумеется, в Россию, куда же еще? Россия – щедрая душа, у нас страсть как любят устраивать на пожизненный пенсион свергнутых бывших глав государств. И вот уже самолет – конечно же российский Ил-76 – везет бывшего президента Сирии Башара Асада на родину медведей, водки и матрешки. Если когда-нибудь из Северной Кореи попрут «Блистательного товарища» Ким Чен Ына или свергнут аятоллу в Иране, ни секунду не сомневаюсь – их самолеты тут же возьмут курс на Москву. На месте политизированных граждан я бы составил перечень «банановых диктаторов» – их, как правило, свергают и, если не успевают отправить к праотцам, у них есть шанс проследовать в вынужденную эмиграцию. Думаю, со временем где-нибудь на Рублевке можно будет сформировать политическую богадельню из бывших и свергнутых.
«Имперские амбиции»
Самый правильный вопрос в этой ситуации: на кой черт нам сдалась эта Сирия? Большинство диванных политологов, которые в интернете уже четвертый день нам тужатся разъяснить стратегический смысл «Сирийского гамбита», еще неделю назад эту Сирию на глобусе не смогли бы отыскать. Какая-то богом забытая дыра на Ближнем Востоке, где все воюют против всех – то ли за религию, то ли за нефть, тут без пол-литры не разберешь. Глянул на досуге – оказывается, в Сирии нефть почти не добывают. Она там как бы есть, но все с утра до ночи воюют или ходят на митинги протеста, поэтому не до этой вашей нефти. Типичный такой ближневосточный мрак, где строят халифат в меру собственного понимания, и никто не работает.
Как по мне, от такого ближневосточного «фэн-шуя» нужно держаться как можно дальше. И уж, во всяком случае, не соваться туда, от греха подальше, пока они там сами не разберутся и не заживут, как нормальные люди.
Но у России – свой собственный путь. В какой-то момент, кажется, в 2015 году, мы сунулись в эту Сирию, поддержали этого Асада. Ну и увязли с головой. Я не великий стратег, поэтому допускаю, что в 2015 году в этом был какой-то смысл. Но отчего же опять, по старой русской традиции, забыли вовремя уйти? Вся эта суета с многократным взятием Пальмиры, концертом великого Гергиева на руинах в очередной раз освобожденного города, участием какого-то «ограниченного воинского контингента» на месте – зачем это все России и ее гражданам? Нам что, кусок выжженной пустыни показался райскими кущами?
Я, в общем, в курсе, что в Сирии расположены российские военные базы, которые, как говорят специалисты, служат «трамплином» для нашей экспансии в Африку. Это достаточно сильный аргумент. Но мы же в своем уме и понимаем, что военные базы в других странах – обычная мировая практика. Ни одна страна не станет содержать крайне непопулярный политический режим только ради того, чтобы там время от времени могли садиться российские самолеты.
Тогда зачем нам берег сирийский? Ответ, на мой взгляд, очевиден. Это не что иное, как наши постимперские амбиции. Со времен царя Иоанна Васильевича Грозного Россия-матушка испытывает острые фантомные имперские боли. Есть органическая потребность диктовать свою волю всему мировому сообществу или, хотя бы, значительной его части. Менялись правители, династии, царскую империю поглотила советская. Даже в лихие 90-е, когда страну разрывало изнутри, а кузбасские шахтеры стучали касками на площади у Белого дома, помыслы сильных мира сего витали вокруг нового мирового порядка и активного участия России в нем. Самолеты там кто-то разворачивал над Атлантикой, в знак протеста против бомбежек Югославии. Правда, тогда вышел конфуз – блефовали с очень слабыми картами на руках, так что НАТО позволило себе не заметить Россию и вволю отбомбиться на почти беззащитной Югославии.
Теперь, конечно, ситуация несколько иная, беспомощной Россию в здравом уме никто не назовет. Но разве наличие серьезного военного потенциала обязывает нас ввязываться в дорогостоящие авантюры?
На самом деле, во внешней экспансии нет ничего плохого. Более того, активное участие в геополитике – первый признак сильного государства. Но есть нюанс.
Хорошо бы заниматься «чужим домом», толком обустроив собственный. Нам бы сосредоточиться на какое-то время на решении внутренних проблем. Петр Аркадьевич Столыпин, который в большом авторитете у нынешних поборников традиционных ценностей, однажды сказал: «Дайте Государству двадцать лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!» Правильно сказал, да только никогда не было у России этих 20 лет. А если для этого и складывались обстоятельства, так Россия тут же находила, во что ввязаться.
И ведь уверенной походкой ходим по тем же самым граблям, об которые еще СССР себе лоб расшиб. Содержали африканских голодранцев лишь для того, чтобы тягаться с США и доказывать, что мы «тоже можем». Ну и надорвались в итоге, а наши «африканские товарищи» мигом переметнулись под американское крыло, некоторые еще и смачно плюнули в нас напоследок. Глядишь, не кормили бы этих «строителей коммунизма» с Черного континента, а вкладывали деньги в собственную страну, может и не развалился бы СССР.
Неплохо бы еще вспомнить, как было мучительно больно и обидно, когда гибли советские люди в Афганистане. Больно – потому что гибли, обидно – потому что бессмысленно, ради того, чтобы местные нувориши могли пограбить свой народ, опираясь на советские штыки и рассказывая о преимуществах социализма, а дряхлые вожди Политбюро продолжали в старческом маразме мнить себя стратегами мировой политики.
Все это, по-моему, лежит на поверхности и не требует глубоких знаний и аналитических способностей. Просто спроецируйте геополитику на вашу собственную жизнь. Если вы будете постоянно решать чужие проблемы, вмешиваться в жизнь других людей, пытаясь ее то ли наладить, то ли переделать на свой лад, то вам некогда будет заниматься своей жизнью и собственным домом. Пока помогаете другим, в вашем доме будет царить хаос. Это, простите, аксиома. Вы же, наверное, не раз замечали, что у людей, пытающих устраивать чужую жизнь, своя абсолютно не устроена.
Ну и какой вывод? А такой, что все ясно и понятно, но ничего для нас не изменится. Потому что вот какой парадокс получается. С одной стороны, России категорически нельзя быть слабой. Слабая империя – это признак скорой смерти – или изнутри взорвется, как было с империей Александра Македонского, или внешние силы разорвут на части, как было с Древним Римом. С другой, стоит России окрепнуть и встать с колен на две точки опоры, как тут же она расчехляет имперские амбиции, идет устраивать новый миропорядок. Согласитесь, в этой формуле просто нет ни двадцати, ни двух лет покоя. Это самый настоящий замкнутый круг.
Константин Калиниченко