Зачем при Сталине выпускали «облигации», от владельцев которых требовали работать бесплатно
Несколько раз на глаза попадались «чудесные» советские «облигации» времен первых пятилеток. Слово «облигации» я взял в кавычки, потому что, получив такую бес«ценную» бумагу, владелец оказывался должен самому передовому государству сколько-то бесплатных рабочих часов. А взамен на бесплатную работу, может быть, когда-нибудь, владелец такой «облигации» получил бы какой-нибудь ценный приз. Например, велосипед. Если бы удалось победить в лотерее среди всех владельцев этих «ценных бумаг».
Что это были за «облигации», кто их придумал и где их выпускали?
Лично мне на момент написания этой статьи известно об облигациях трудовых займов, которые выпускались в разных советских городах. Такие «Займы благоустройства города» выпускались, например, в Красноярске в 1934 году, в рабочих поселках Кузбасса в 1933 году, в Казани в 1934 году.
Каждая облигация такого трудового займа имела свою цену в трудоднях. В Красноярске – пять трудодней, в Казани – два. Получив такую облигацию, ее «счастливый» обладатель должен был отработать то время, которое указано в номинале. Написано «пять трудодней», значит, отработай пять рабочих дней на благоустройстве родного города, после чего в облигации поставят отметку, а потом она, может быть, примет участие в лотерее и выиграет что-то полезное. Например, в условиях казанского займа:
«…7. Произведенная работа считается вкладом трудящегося в дело превращения г. Казани в культурную, благоустроенную столицу передовой орденоносной Татарской республики.
8. По мере погашения держателями облигаций будут производиться розыгрыши премий на сумму 10000 рублей. В розыгрыше участвуют лучшие коллективы и отдельные трудящиеся, показавшие высокие образцы ударной работы…»
В общем, это были те же самые субботники, только поданные под модным соусом как «займы».
Но самое мое любимое – даже не эти «трудовые займы», а «Заем передачи технических знаний», выпущенный в 1932 г. Западно-Сибирским бюро ИТС углепрофсоюза.
Это бюро выпустило «облигации» на 45 тысяч учебных часов номиналом по 30 часов каждая. Условия научно-инженерных субботников по этим «облигациям» были такими:
«…3. Погашение облигаций займа производится чтением лекций в кружках, вводных курсах и чтением популярномассовых технических лекций для рабочих в порядке общественной работы (без оплаты).
4. Степень усвояемости и выпуск слушателей не должен быть меньше 65% к общему составу, состав кружка не менее 10 человек.
5. Занятия на курсах ведутся на базе широкого соцсоревнования и ударничества между членами ИТС, а также наряду с чтением лекций, члены ИТС должны содействовать широкому развитию соцсоревнования и ударничества между рабочими-курсантами…»
Чем собирались расплачиваться с инженерами за обучение рабочих наукам?
А вот чем:
«…9. Для получения права на премию в тиражную комиссию должны быть представлены сведения от местных бюро ИТС об ударной работе данного ИТР, степени усвояемости курсантами технических знаний и организации соцсоревнования и ударничества между рабочими.
10. На основании окончательных сведений о реализации облигаций Крайбюро ИТС производит тираж с выдачей премий. (Всего выигрышей будет 300, выигрыши от 500 до 25 руб.) Выигрыш, в зависимости от суммы, может быть заменен, как-то: путевкой на курорт, экскурсией, библиотечкой и пр.»
Надеюсь, что хотя бы почетной грамотой лекторов, которым достались такие «облигации», наградили. В любом случае – прогресс по сравнению с незабвенной ленинской идеей, как быстро обучить пролетариат «электричеству», придуманной вождем революции в декабре 1920 года:
«Мобилизовать всех без изъятия инженеров, электротехников, всех кончивших физико-математический факультет и пр. Обязанность: в неделю не менее 2 (4?) лекций, обучить не менее (10–50?) человек электричеству. Исполнишь – премия. Не исполнишь – тюрьма…»
Самое интересное, что все эти «займы», которые спокойно выпускались местными властями на основании постановления ЦИК и СНК «О порядке выпуска в обращение ценных бумаг и денежных суррогатов» от 3 июня 1930 года, летом 1935 года были неожиданно для местных ответственных работников объявлены все тем же ЦИК и Совнаркомом незаконными.
Сначала в дело вступила тяжелая артиллерия советской пропаганды – газета «Правда», заступившаяся в номере за 15 мая 1935 года за простых тружеников города Грозного, власти которого как раз собрались по примеру других советских городов организовать благоустройство руками горожан:
«Грозненские головотяпы
ПЯТИГОРСК, 14 мая. (Корр. «Правды»). Грозненским руководителям, по видимому, суждена всесоюзная слава. На днях они порадовали население специальным «займом благоустройства Грозного», Отпечатаны уже облигации.
Всего отпечатано 26.000 облигаций достоинством в 5 трудодней.
Каждый трудящийся отрабатывает определенное количество трудодней, За проявленное рвение он получает облигацию, В конце года тираж. Горсовет отпустил 25.000 рублей и установил выигрыши от 10 до 150 рублей. А Грозненский городской комитет партии в лице секретаря Наурбиева создал специальный штаб для руководства распространением займа.
В последний момент в Грозный приехал председатель краевого совета профессиональных союзов и запретил распространять облигации. Но в Москву срочно выехали специальные ходоки, и в городском комитете не сомневаются, что удастся добиться разрешения продолжать это незаконное дело…»
31 мая 1935 года подписали постановление «Об уголовной ответственности за незаконный выпуск ценных бумаг и денежных суррогатов», после чего тех, кто организовывал выпуск «займов на благоустройство» стали записывать в «враги народа» и уголовники. Эта история стала одним из «камушков в огород» для Павла Васильевича Аксенова, отца писателя Василия Аксенова, того самого, который написал «Остров Крым» и «Московскую сагу». Дело в том, что Павел Аксенов как руководитель профсоюзов в Татарской республике руководил выпуском казанского «займа» и подписывал бланки «облигаций». Причем Аксенову в 1935 году повезло. Он был достаточно крупной фигурой в казанской властной структуре и из-за такой «мелочи» под арест не попал, его арестовали в 1937-м за «притупление большевистской бдительности и антигосударственную практику работы».
Зато мелких советских чиновников, занимавшихся выпуском аналогичных «займов» в июне-июле 1935 года очень даже запросто сажали в тюрьму на сроки до двух лет. Правда, в реальности осужденные просидели недолго, так как всесоюзный «староста» товарищ Калинин в августе 1935 года «во всем разобрался», понял, что «займы» выпускали не корысти ради, а чтобы города стали чище и зеленее, а люди образованнее. Поэтому надо осужденных ответственных работников понять и простить. Их на самом деле в этот раз поняли и простили и даже отпустили. Но «на карандаш» в нужном месте они уже попали. В 1937-38 годах такие вещи вспоминали запросто.