Литературные итоги года
Я знаю, вы отметили Новый год с оливье и шампанским, мандаринами и холодцом, запотевшей водочкой, тостами, в шумной компании, в кругу семьи – оторвались по полной, веселились до утра, а первого, проснувшись, начали день с шампанского. Сам всегда так делаю.
А я вот в последние дни декабря заболел и встретил Новый год под одеялом с температурой, кашлем и насморком. Замотанный в шарф, с горячим напитком из имбиря, лимона и меда, было мне так себе, был я один и читал я книжку. В кои-то веки не по работе, а, что называется, для себя.
Зато теперь вы с похмелья, а я нет. Я выздоровел и решил вам отомстить – дай-ка, думаю, и я напишу свои итоги года. Ну литературные итоги года. Я ж не хрен с горы, а какой-никакой литературный критик.
Тут должен быть какой-нибудь мем про человека, который выбрасывается из окна, узнав, что еще один чувак в ленте решил поделиться своими итогами года.
Но потом я подумал и решил проявить гуманизм и обойтись без литературных итогов года.
Не только потому, что если бы я взялся перечислять главные книжные новинки 2021-го, мне бы неизбежно пришлось говорить о книгах, вышедших в импринте, который я делаю для издательства «Городец». (Ну а как еще? Если я как руководитель серии не уверен, что мои книги – лучшие и главные, тогда чего ради я вообще этим занимаюсь?)
Но и потому что, взглянув со скорбным вниманьем вокруг, я, откровенно говоря, никаких таких итогов не вижу.
Ну то есть вот проговорили вроде бы весь год про «Рану» Оксаны Васякиной, хоть и вяло. Но где тут итоги? Или вот скучнейший литературный номер «Эсквайра», где на весь журнал не было ни одного (!) хоть сколько-то талантливого текста. Что тут итоги? «Большую книгу» дали Юзефовичу, которого просто по умолчанию давно уже пора назначить лауреатом всех премий на десять лет вперед. Ну такие себе итоги.
Одним словом, хочется подвести не столько итоги года, сколько итог года. Один.
Художественная литература, кажется, окончательно маргинализировалась и, так сказать, офестивалилась.
В кино это произошло так. (Повторяю тут рассуждение Дениса Горелова, великого.) Массовое кино стали снимать для малолетних детей – просто потому что это единственная категория граждан, которая регулярно ходит в кино, да еще и покупает два билета (не оставит же родитель ребенка одного.) Оказалось, что снимать киногомиксы выгоднее, да и проще: в любой непонятной ситуации заставь героя пукнуть, и дети в зале будут в восторге.
Что касается кино поумнее, то единственной резервацией для него остался фестиваль, а единственной публикой – публика фестивальная. В отсутствие массового зрителя, с ориентацией на вкусы фестивальной публики кино поумнее быстро превратилось либо в тупую пропаганду, либо в унылую постную жвачку. И в таком виде оно, разумеется, неинтересно было бы массовому зрителю, даже если бы где-то обнаружились места его обитания.
Ну и вот с книжками как-то так же. Ну то есть вместо малолетних детей тут, видимо, домохозяйки в возрасте, единственные носители привычки к досуговому чтению. Для них пишут и издают различную зулейху. А, ну еще те же подростки, читатели фантастики. Там вообще свой отдельный мир. Вполне, кстати, фантастический.
А с другой стороны – бесконечный фестиваль для маленькой такой компании. Тут воцарилась, и, кажется, надолго, рана. Сегодня Оксаны Васякиной, завтра чья-нибудь еще, послезавтра еще чья-нибудь. Ни божества, ни вдохновенья, ни радости, ни таланта – только рана, рана, два барана.
Тут нужно с постным лицом рассуждать о важном чтении, о трансляции травматичного опыта и о чем там еще.
Рассуждать так можно, и долго можно, но все эти рассуждения не отменят одного – читать это уныло и скучно, скучно и уныло. Как тут не понять массового читателя (ну допустим, он был бы), когда ему подсовывают вашу эту рану на выставке достижений хозяйства русской литературы, как не понять его реакцию: м, ну если это ваше лучшее достижение, то пойду-ка я лучше в кино.
Впрочем, в кино он наталкивается на киногомикс. Тьфу ты, думает массовый читатель. Ну ладно, пойду посмотрю сериал. Впрочем, и эпоха великих сериалов, кажется, прошла.
Ну и тут последний последний негритенок посмотрел устало, пошел и повесился.
Такой вот итог года.