На Волге до конца года построят 78 очистных сооружений

Строительство и реконструкция десятков берегущих экологию инженерных сооружений, расчистка русла Волги и её притоков, новый рыбоводный завод в Татарстане — лишь часть масштабных планов по оздоровлению главной водной артерии страны, которые по поручению председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко сенаторы держат под парламентским контролем. Его результатами с нашим изданием поделился член Комитета по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Геннадий Орденов, представляющий в палате регионов Астраханскую область.   

- Геннадий Иванович, со стороны порой кажется, что государство много лет, как в бездонную бочку, вливает средства в природоохранные мероприятия на Волге, а великая русская река по-прежнему нездорова. Ещё свыше 200 миллиардов рублей собираются выделить до 2024 года на её реабилитацию в рамках национального проекта «Экология». Когда может проявиться какой-то очевидный эффект от этих ассигнований?

- Когда болезнь запущена, за три дня её не вылечишь. На Всероссийском водном конгрессе, проходившем в Москве с 30 сентября по 2 октября, я как раз проводил круглый стол на тему «Комплексный подход к восстановлению экосистемы Волги». И увидел, что процесс пошёл гораздо активнее, целенаправленнее, четче. Надо ещё жёстче его контролировать.

За исключением показателей программы оздоровления Волги по молоди, которые сейчас проходят дополнительный анализ, остальные задачи к концу 2020 года должны быть выполнены в полном объёме. Речь о строительстве и реконструкции 78 очистных сооружений в 14 российских субъектах, а также о расчистке более 90 километров мелиоративных каналов и водных трактов,  около 100 километров каналов-рыбоходов, свыше 17 километров участков водных объектов Нижней Волги. Будет завершена экологическая реабилитация более 300 гектаров водных объектов Нижней Волги.

Росрыболовство разработало научно обоснованную программу по сохранению биоразнообразия и водных биологических ресурсов. Есть план мероприятий по развитию искусственного воспроизводства, рыбоводный завод появится в Республике Татарстан. Как известно, на Средней Волге и выше нет искусственного воспроизводства совсем. А популяцию необходимо повышать.

Рад был услышать, что, кроме государственного экологического мониторинга, на Волге работают научные институты, сертифицированные лаборатории, которые собирают массив данных по водным ресурсам, осуществляя производственный экологический контроль. Эти сведения необходимо обобщать, создав по аналогии с базой данных проекта «Байкал» банк данных для «Оздоровления Волги». Такую инициативу надо активно проработать.

Планы 2021 года в целом более серьёзные. С учетом предложений, которые собирались от всех волжских регионов по расширению проекта, параметры, которые были озвучены Президентом, должны быть выполнены к 2024 году.

Если коротко, то я бы сказал, что лёд тронулся. Для программы «Оздоровление Волги», которая является частью нацпроекта «Экология», 2019-2020 годы — стартовые. В большей степени они были ориентированы на подготовку к главным работам.

Например, по линии ремонта, реконструкции очистных сооружений, по поводу качества сбрасываемой воды есть пробуксовка. Минстрой России поднимал эти вопросы на «круглом столе». Среди регионов есть и передовики, и отстающие в решении этой проблемы. Неосвоенные средства будут перераспределяться в пользу лидеров.

- Но тогда в бассейне Волги останутся территории, где реконструкция очистных сооружений не проводилась, хотя она должна быть повсеместной.

- Эти деньги не уйдут на оздоровление Байкала или куда-то ещё. Целевое назначение средств не изменится. Где-то раньше проведут работы, где-то позже — но здесь, на Волге. Ничего страшного тут не вижу. Нужно только принять меры к тем российским субъектам, которые несвоевременно или некачественно выполнили свои обязательства по проекту. Это полномочия Правительства, надзорных и правоохранительных органов.

Есть, например, нюансы с готовностью проектно-сметной документации. Ряд регионов представляет её с опозданием, а суммы превышают в три раза.

- На «круглом столе» также шла речь о реанимации волжского пассажирского флота, средний возраст судов которого составляет сорок и более лет. А бизнес готов вкладываться в его развитие?

- Бизнес готов и вкладывается. На астраханском заводе «Лотос» строится сейчас пассажирский лайнер, Московское пароходство тоже строит ряд новых судов, Нижегородское пароходство предложило небольшие суда на подводных крыльях. Конечно, нет тех темпов и широкого размаха, какой был при Советском Союзе, когда, помню, в Астрахани ежедневно по два парохода двух-трехпалубных причаливало. Сегодня один раз в неделю туристов привозят.

Да, недостаточно, наверное. И больших денег сейчас на этом не заработать. Потому что проблему надо решать комплексно, тогда и бизнес заинтересуется.

Чтобы на Волгу пришло много пассажирских судов, нужна хорошая водопропускная способность. А у нас есть отрезок внутренних водных путей в районе Городца, где особенно в летние жаркие месяцы, когда водность маленькая, её приходится регулировать в ручном режиме. И бывают сбои. Это разрывает внутренний водный путь Волжского каскада пополам, когда круизные суда из Москвы, Санкт-Петербурга не могут нормально пройти по «Золотому кольцу» и другим популярным маршрутам.

Здесь есть, в частности, вопросы к строительству объектов второго этапа Нижегородского низконапорного гидроузла. Есть альтернативные варианты решения проблемы. Пока к единому мнению не пришли, но работа ведётся.  

А ещё в наш век высокоскоростных технологий, когда люди в том числе подыскивают варианты «быстрого» отдыха, нужно лучше рекламировать наши русские прекрасные пейзажи.

- Что делать с утилизацией затонувших на Волге судов? Кто за это ответит, возьмёт на себя расходы?

- Считаю нужно корректировать законодательство в плане получения разрешений на подъём затонувших бесхозных судов. В своё время у нас баржи притапливались для того, чтобы сберечь населённые пункты от наводнений и подтоплений. А сегодня Росприроднадзор с прокуратурой требуют ликвидировать эти объекты. Ржавеющий металл действительно наносит определённый вред окружающей среде. Но необходимы законодательные изменения, которые позволят оперативнее передавать найденные суда в собственность и под ответственность тех или иных структур. Сейчас процедура забюрократизирована. И поэтому суда лежат на дне годами.

С другой стороны, без государственно-частного партнёрства здесь не обойтись, особенно если бизнесу, например, интересен участок береговой полосы. Часто процесс подъёма судов нерентабелен — на изъятие нескольких тонн металла тратится втрое-впятеро больше средств, чем они стоят. Здесь должно государство участвовать. Часто процесс подъёма судов нерентабелен — на изъятие нескольких тонн металла тратится втрое-впятеро больше средств, чем они стоят.

- Программа оздоровления Волги предусматривает субсидии на эти цели?

- Да, средства выделяются по линии Росморречфлота. По программе «Чистая вода» идёт финансирование реконструкции очистных сооружений, по программам Росрыболовства — качества биоразнообразия, строительства рыбоводных заводов, технической реконструкции нерестилищ, строительство каналов-рыбоходов, разработки технологий выкашивания водной растительности, которая мешает в рыбоходных каналах. У нас камышекосилки ещё с 1960-х годов, момента своего изобретения.

Внимания также требуют гидротехнические сооружения — много у нас брошенных, бесхозных, оставшихся от предприятий, приказавших долго жить. Они давно не выполняют свои функции, а иногда даже угрожают жизнеобеспечению. За ними надо следить, вести мониторинг.

Много ресурсов понадобится на берегоукрепительные работы в населённых пунктах, чтобы русло не размывалось, не было подтоплений. То, что мы сегодня наблюдаем на Амуре, может наступить и у нас при увеличении водности бассейна Волги. Мониторинг ведётся, есть и проекты для решения проблемы, но кое-где мы не успеваем. К тому же сегодня изменились требования к государственной экологической экспертизе. Помимо всего прочего, нужно ещё показывать эффективность проектов.

- Финансово все направления восстановления Волги охвачены, с вашей точки зрения?

- Охвачены, наверное, все. Но финансово наполнены, конечно же, не все. Нужно защищать, требовать, просить.

Порядка 6 миллиардов рублей составляет, например, только общая стоимость мероприятий по естественному и искусственному воспроизводству рыбоводно-мелиоративных работ на естественных нерестилищах, ремонтных дноуглубительных работ на каналах-рыбоходах, ежегодных работ по выкосу водной растительности, капитальному ремонту и перевооружению осетровых рыбоводных заводов и нерестово-выростных хозяйств, строительства живорыбных судов, усиления правоохранительными и рыбоохранными органами борьбы с браконьерством.

Последняя наиболее важная тема — достоверность научных данных. В целом эта проблема характерна для всех программ, входящих в национальный проект «Экология». До сих пор остаётся под вопросом, как верно посчитать численность биологических ресурсов? Более того, финансирование ресурсных исследований сокращается год от года.