Месть Москвы. Как пленный князь Василий II сумел «нагнуть» Казань
575 лет назад, 7 июля 1445 года, в Суздале, вблизи Спасо-Евфимиева монастыря, на заливном лугу правого берега речки Каменки, произошла катастрофа, которая могла отнять у нашей страны будущее. Государь Московский, Великий князь Василий II, был взят в плен.
Почему-то считается, что серьёзным катастрофам в обязательном порядке сопутствуют декорации грозные и страшные. Ну, уж величественные — точно. На самом деле так бывает крайне редко. Вот и сейчас, в июле 1445 года, декорации были самые заурядные, если не сказать — курьёзные.
Заурядный набег казанских царевичей Махмуда и Якуба. Заурядная реакция Московского князя — идти на перехват, разбить, изгнать. Не вполне заурядным можно посчитать только поведение Василия II. Явившись к Суздалю с явно недостаточными силами (летописи упоминают «яко не с тысячю воинов») князь ведёт себя не просто беспечно — преступно. Во всяком случае, с точки зрения грамотного полководца. Вместо того, чтобы как следует организовать разведку на дальних рубежах, Василий устраивает и без того утомлённому войску «всполох» — учебную тревогу. Убедившись, что войско, в принципе, управляемо, и на приказы реагирует штатно, князь успокаивается. А предположив, что татары нагрянут ещё нескоро, закатывает пирушку: «Ужинал у себя со всею братьею и з бояры, и пиша долго нощи». Насколько долго войско злоупотребляло хмельным, показывает ещё одно любопытный штришок — где-то около рассвета князь притомился и «возжелал опочинути». То есть, грубо говоря, допился до того, что валился с ног.
Вот тут-то татары и нагрянули. К чести князя надо сказать, он проявил некоторые организационные способности. Во-первых, сумел всё-таки построить войско. Во-вторых, выдержал несколько атак татарской конницы, а, когда татары побежали, перешёл в наступление.
Впрочем, очень скоро выяснилось, что бегство татар было ложным. Русские полки заманили в ловушку, и началась резня. Опять-таки к чести князя придётся признать, что малодушием он себя не запятнал: «Мужественне добре бился бяше, изранен по главе и по рукам, а всё тело бито вельми». Именно в таких обстоятельствах Государь Московский был взят в плен и отвезён в ставку казанского хана Улу-Мухаммеда.
В принципе, на этом можно было с чистым сердцем закрыть проект «Великое княжество Московское». Перед князем в полный рост встала перспектива, описанная в фильме Сергея Эйзенштейна про Ивана Грозного: «Казан балшой. Масква малэнький. Масква кончитса».
Некоторые историки считают Василия II человеком, который был полностью лишён военных талантов. С ними можно согласиться. Все боевые столкновения Василия — что с татарами, что с родственниками, претендовавшими на Московский престол — оканчивались для него плачевно. В бою он был бит всегда, или почти всегда.
Однако другие идут дальше, и отказывают князю в талантах вообще, называя его бездарным правителем. Вот тут уже соглашаться нельзя ни в коем случае. Каким-то загадочным образом в Василии II проснулся унаследованный от предка, Ивана Калиты, уникальный талант выкручиваться из самых паршивых, самых гибельных ситуаций.
Надо сказать, что паршивее, чем тогда, ситуаций на Москве, пожалуй что и не бывало. Князь в плену. На княжество зарятся родственнички и соседи Василия. И, скорее всего, отберут все земли, если князь не вернётся. Князя, кстати, вернуть можно — Казань предлагает Москве выкупить венценосного пленника. Но выкуп требует соответствующий. По одним данным — 200 тысяч рублей, по другим — просто «всю казну Московскую», что, в общем, одно и то же. Куда ни кинь — всюду клин. Катастрофа и конец.
Но Василий проявляет себя здесь с самой лучшей стороны. Для начала обещает выкуп. И слово вроде как держит — примерно двадцатую часть требуемой суммы привозят как раз к освобождению князя. То, что происходит потом — высший политический пилотаж.
Ссылаясь на то, что казна истощена войной и жадными родственничками, которые успели-таки запустить туда руки, Василий предлагает отдавать выкуп по частям и натурой. И раздаёт в кормление пришедшим к Москве татарам несколько городов. Вроде ничего хорошего, так?
Это только на первый взгляд. К Москве пришли не абстрактные татары, а конкретные казанские царевичи Касим и Якуб. С войском, которое должно, по идее, функционировать как своего рода оккупационные силы. Но которое очень быстро превращается во вполне лояльные князю дружины — просто по той причине, что Московский князь справедливый, веротерпимый и не жадный.
Через несколько лет города у татарских царевичей отбирают, но взамен им предлагается поистине щедрый дар — целое княжество со столицей в Городце Мещерском. Фокус, однако, в том, что эти земли Василию не очень-то и принадлежали. Спорная территория между Рязанью, Нижним Новгородом и Москвой. Но теперь уж ничего не попишешь — там осели заранее прикормленные татары, которые с той поры окончательно перешли на службу Василию и его потомкам, сформировав особое Касимовское княжество, находящееся в полной зависимости от Москвы.
А теперь следите за руками. У казанского хана Улу-Мухаммеда, который требовал с Москвы выкуп за Василия, было четыре сына. Махмуд, Касим, Мустафа и Якуб. Мустафа был убит во время набега на Русь. Касим и Якуб стали сначала приятелями, а потом и слугами Московского князя. Своими «странными» действиями Василий нанёс серьёзный по самому уязвимому месту — престолонаследию вражеского государства. Когда в Казани произойдёт естественная смена власти, Москва начнёт разговор с позиции силы и предъявит старого приятеля и слугу Василия в качестве главного претендента на престол. Сам же Касим и его брат Якуб будут воевать против своих родичей и своей Родины. Полная победа. И более чем успешная месть Москвы за позор и плен своего князя.