«Еще в начале XX века татары Петербурга сформировали то, что потом назвали евроисламом»

«Первой была беседа с сыном телохранителя Мусы Бигиева»

– Ренат, что побудило вас создать канал «Татарский переулок»?

– В 2009 году я начал работать над книгой «Мусульманский Петербург». Она была написана в жанре исторического путеводителя. С ней можно путешествовать по мусульманскому Петербургу, даже не выходя из дома. Во время работы над книгой я больше опирался на архивные источники, научную, научно-популярную и мемуарную литературу. Устный нарратив практически не использовал. Это было связано отчасти с тем, что хронологически путеводитель охватывал период с начала XVIII века до 30-х годов прошлого столетия.

Позднее при работе над другой книгой «Мусульмане в советском Петрограде – Ленинграде» я активно использовал устные источники. В частности, делал интервью с дочерьми имамов Соборной мечети: Якуба Халикова – Самией (1922-2015) и Хафиза Махмутова – Маймуной, а также с другими интересными людьми.

В начале 2019 года я задумал делать видеоинтервью с татарами – коренными ленинградцами, но тогда этим планам помешала пандемия. Только в 2023 году смог записать первую беседу – с Ибрагимом Туктаровым, сыном человека, который был в свое время телохранителем богослова Мусы Бигиева. Туктаров ходил с отцом совершать намазы на Татарское кладбище в Волковой деревне – до того, как в 1956 году здание Соборной мечети снова стало использоваться для богослужений. Его рассказ – яркая иллюстрация повседневной жизни татар в Ленинграде в 1950-60-е годы.

Мансур Туктаров

Не менее информативны истории других моих собеседников. За лето и осень этого года я сделал шесть интервью. Так и родился «Татарский переулок».

– Кстати, почему такое название?

– Канал назван в честь одной из старинных улиц Петербурга – Татарского переулка, известного с 1798 года.

– Кто ваши собеседники?

– Назову только основные критерии, которыми руководствуюсь при выборе героев для очередного выпуска. В первую очередь это люди старшего поколения, родившиеся в 20-40-е годы прошлого века и тесно связанные с Петербургом – Ленинградом. Во-вторых, эти люди не утратили татарскую идентичность, продолжают считать себя татарами, даже если они почти забыли язык своих родителей.

Обычно мы снимаем в гостях у собеседника или собеседницы. В такой обстановке герою передачи легче раскрыться. Дома, как говорится, и стены помогают.

Ибрагим Туктаров

«Еще при Сталине несколько тысяч мусульман Ленинграда два раза в год собирались на Татарском кладбище»

– Что вас лично больше всего поразило или удивило в рассказах собеседников?

– Этому поколению 30-х годов рождения выпала непростая доля. Но они сохранили оптимизм, не озлобились. Я слышал много пронзительных историй о том, как в годы войны и блокады люди спасались и помогали другим. Кстати, о блокаде Ленинграда. Некоторые рассказы моих собеседников внесли коррективы в мое понимание этой трагедии. Рекомендую зрителям, интересующихся этой темой, посмотреть интервью того же Ибрагима Туктарова, а также Наимы Дашкиной.

Наимя Дашкина

Трогателен и одновременно информативен рассказ касимовской татарки Саиды Яхиной, угнанной немцами в Латвию вместе с семьей. В беседе с Разией Ермолаевой меня зацепила история о том, как немцы, стоявшие в Гатчине, приходили к ее родителям в дом. Они слушали патефон, показывали фотографии членов своей семьи, выражали надежду, что война кончится и они вернутся домой. Однажды одна татарка, бывшая в гостях у родителей Разии, стала с немцами спорить, что они проиграют. Мама Разии попытались ее успокоить, но та разошлась. На это немцы сказали, чтобы они не волновались: они никому не расскажут об этом споре. Слово свое они сдержали.

Саида Яхина

Еще очень интересен такой момент, как межнациональные браки. Родители порой снисходительно относились к несоблюдению их детьми исламских обрядов, но, как правило, были противниками браков своих детей (особенно дочерей) с нетатарами.

Меня как исследователя интересовало, как татары практиковали свою религию в условиях активной борьбы государства с религией в 1930-е и 50-60-е годы. Мне, например, сложно представить сегодня, чтобы до восьми тысяч человек могли собраться где-то в Петербурге на открытом пространстве, то есть не в стенах официальной мечети, для проведения праздничного намаза. А в начале пятидесятых, то есть еще при Сталине, несколько тысяч мусульман Ленинграда два раза в год направлялись большими и малыми группами на Татарское кладбище в Волковой деревне и молились там Аллаху, а также собирали деньги на ремонт мечети, которую, как они справедливо надеялись, им рано или поздно вернут.

Разия Ермолаева

«Петербург перемалывает любого человека. В хорошем смысле слова»

– Есть ли, на ваш взгляд, какая-то особенная черта, которая отличает татар Петербурга?

– Да, я считаю, что еще в начале XX столетия в Петербурге сформировалась особая среда среди татар. Я имею в виду в первую очередь аристократию и образованных людей. Они своим поведением в быту и в обществе сформировали то, что впоследствии стали называть евроисламом, восприимчивым к прогрессу, лояльным по отношению к иноверческому окружению, с возросшей ролью женщины в обществе и др. Потом эти люди либо эмигрировали, либо погибли в годы Гражданской войны, либо были насильственно выселены из города.

На рубеже 20-30-х годов, до введения паспортизации, в Ленинград приехало много татар, преимущественно выходцев из деревень, бежавших от коллективизации. Эти люди зачастую очень плохо знали русский, не знали, как себя вести в большом городе в иноязычной и иноверческой среде. Но уже их дети, с которыми я как раз делаю интервью, являются примером успешной адаптации, но без утраты собственной идентичности. Они прекрасно владеют русским, живут и вращаются преимущественно в нетатарской среде, но продолжают считать себя татарами и соблюдают в быту исламские обряды и традиции, в том числе пищевые.

Для Москвы все это, может, не так удивительно. Но татары в Москве, что нижегородские, что касимовские, связи с деревней не прерывали. Петербург находится довольно далеко от деревень – мест компактного проживания татар. И Петербург любого человека перемалывает, в хорошем смысле слова. Люди, даже не очень образованные, стараются соответствовать городу, его культурному коду, который отнюдь не миф и не выдумка турагентов.

Андрей Морозов Фотографии предоставлены Ренатом Беккиным