Павел Чухрай: «Если «Вызов» поможет летать ракетам, то почему бы и нет»
Послевоенное время – любимая эпоха режиссёра, и это, несомненно, связано с работами его отца, великого Григория Чухрая.
14 октября кинорежиссёр, народный артист России отмечает 75-летие
Номинант на премии «Оскар», «Золотой глобус», «Феликс» и «Гойя» снял почти два десятка фильмов, многие из которых стали классикой отечественного кинематографа. Широкую известность режиссёру принёс фильм «Вор», вошедший в тройку самых кассовых фильмов в России, имевший успех в США и в странах Европы, завоевавший множество зарубежных и отечественных призов. Драма «Водитель для Веры» получила несколько призов на «Кинотавре», в том числе главный приз «Золотая роза». «Русская игра» стала лидером на «Окне в Европу» и на фестивале в Гатчине. «Холодному танго» присудили премию «ТЭФИ — Летопись Победы».
Тайны «Воробьиного поля»
Послевоенное время – любимая эпоха режиссёра, и это, несомненно, связано какими-то тайными нитями с «Балладой о солдате» и «Чистым небом» его отца, знаменитого кинорежиссера Григория Чухрая. Сейчас Павел Чухрай работает над картиной «Воробьиное поле» — о секретных экспериментах в конце 50-х – начале 60-х. Из подробностей сообщает минимум: герои влюбляются, переживают немало драм, но их ждёт хороший финал. Пандемия подкорректировала сценарий, который, к слову сказать, пролежал десять лет — пока дождался своего часа, пришлось частично изменить сюжет и места для съемок.
Слово отца
Журналистов всегда интересовало, какую школу воспитания преподал сыну Григорий Чухрай, вот и этот разговор о творчестве начался с цитаты из книги воспоминаний Чухрая-старшего «Моя война»: «Человек не волен выбирать, в какой стране и в какую эпоху ему родиться, он рождается, и всё, что его окружает, воспринимает как данность. Он учится жить в этом данном ему мире, и, взрослея, стремится занять в нем не последнее место». А надо ли воспринимать «как данность» — подспудно вопрос звучал так. Но Павел Чухрай сказал, что с мыслью отца согласен, из этой книги он узнал, как воевал отец, кто выжил из его друзей, и все эти вещи, связанные с войной, многое значили в его взрослении. Единственное, кивнув на то, что каждый из нас слышал не раз, — «Все хают Сталина, а мне вот в начале 50-х было 18 лет, и мы были веселые, да, слышали о каких-то репрессиях, но мы жили…», сказал, что «всегда надо идти вперёд, у каждого поколения свои задачи».
Кто будет спорить — человеку интересней живется в молодости, самые яркие воспоминания всегда оттуда.
«Это время лучше чувствуешь, поэтому мои фильмы часто из того времени. В зрелом возрасте от многого отрываешься, живёшь опытом отношений, сложившихся раньше».
Павел Чухрай, кинорежиссёр
Вхождение в профессию для Чухрая совпало со временем идеологических и цензурных препон, когда невозможно было свободно снимать кино. На безобидной картине «Клетка для канареек», снятой в 80-е, режиссёр получил 21 поправку, проще было снять другую картину…
«Но это не значило, — говорит он, — что ты должен был врать, я не сделал ничего неискреннего в фильмах того времени. А легче всего работалось в 90-е».
Касаясь нашего времени, говорит о бедственном положении киноиндустрии, как, собственно, и всей нашей экономики. Замечает, что хорошо, когда государство даёт деньги, но это «ненормально», потому что, имея возможность влиять на художников, оно будет требовать картин, рассказывающих о том, «как хорошо работают начальники и замечательно живут люди, благодаря их усилиям». Поэтому и выходит много конъюктурных фильмов.
«Картины, повествующие о психологических драмах собирают меньше зрителей, чем экшн фильмы или о мощных событиях, и путь к успеху в этой области для нас будет долгим, зритель давно привык к западному кинематографу. Любое индустриальное и общество настолько дифференцировано, что ему нужно разное искусство, у всех фильмов есть свой зритель».
Павел Чухрай
О ремейках и о пути в кино
Павла Чухрая чрезвычайно удивил вопрос, не было ли у него идеи сделать ремейк по «Вору» или «Водителю для Веры». Если о фильме, рассказывающем о том, как сложились дальнейшие судьбы оставшихся в живых героях «Водителя для Веры», ему было интересно какое-то время думать, то о чистых ремейках никогда.
«Вообще-то я все время работаю, — говорит Чухрай, — когда не снимаю, пишу сценарии, и бывает, напишешь, а деньги на съёмки не найдёшь, и года через два он становится тебе не интересен. Пишешь другой, и таких не поставленных сценариев у меня много».
Чухрай не раздаёт рецептов, на вполне конкретный вопрос, какой путь «восхождения в режиссуру» считает правильным, даёт обтекаемый ответ.
«Всё индивидуально, — говорит он, — для меня кино началось с детства, когда отцу дали назначение на Киевскую студию, мы жили в общежитии на её территории, и я смотрел, как снимают кино. Прошёл все ступени становления, работал на «Мосфильме» радиомонтажником и осветителем, и это помогло мне. А есть огромное количество талантливых людей, которые оканчивают архитектурный или технический вуз, а потом приходят в кино и становятся великими. Так что никаких рецептов нет».
Название нового фильма – «Воробьиное поле» уже назвали некоммерческим.
«Но, видно, судьба у меня такая. Помню, группа депутатов, отвечающих в Думе за искусство, потребовала у меня фильм «Холодное танго». После просмотра позвонил Говорухин: «Да, картина хорошая, но зрителей будет мало». – «Я знаю, хотел бы больше, но делать для этого что-то специально не буду». В самом деле, если бы я боевик или что-то приключенческое снимал, больше бы задумывался о том, как привлечь зрителей. Может быть, полетел бы в космос, это хорошая реклама».
Павел Чухрай
И тут уж юбиляру было не отвертеться: что он думает по поводу съёмок «Вызова» в космосе?.. Он доброжелательно отозвался о «космонавтах» Климе и Юле, но сказал: «Отношение к полёту у меня двоякое: рад за коллег, возможно, для их картины это было, действительно, важно, но более впечатляюще снять космос можно было в павильоне «Мосфильма» за три копейки. Эта пиар-компания важна, скорее, для космической отрасли, которая находится в глубоком кризисе. Если это поможет летать ракетам, почему бы и нет?..»
«Восемь с половиной» против «Балуева»
К новым гендерным тенденциям западного шоу-бизнеса Павел Чухрай относится, как к погоде: «К сожалению, история человечества развивается не по лучшему сценарию, сколько сказано о том, как хорошо было бы жить без войн, тем не менее, человек влезает в них. А все эти однополые браки — следствие сумасшедших изменений в мире, в экономике и биологии, когда где-то вымирает население, а где-то перенаселяет пространство. А как изменилась роль мужчины в обществе, чтобы не потерять мужские качества, сегодня ему надо становиться бандитом, иначе суд и срок, если он попытается наказать негодяя, подравшись с ним. А молодые женщины, уже массово бросающие только что рождённых детей, что это?! Причём, поколение наше не стало хуже, просто со всеми нами что-то происходит на биологическом уровне, и ответы на все эти вопросы не так просты, как кажется».
По поводу ситуации, когда в Голливуде белому дали премию, а цветному нет, задает простой вопрос: «Думаете лучше, когда моего отца, председателя жюри на третьем Московском международном кинофестивале, в 1963 году заставляли повлиять на коллег, чтобы Большой приз дали не Феллини за «Восемь с половиной», а тупой производственной картине «Знакомьтесь, Балуев!», грозя потерей партбилета? Нет, хуже. Давайте о своих брёвнах в глазу будем думать».
Чему учит история
«Образования никогда не бывает много, в моё время абитуриенты много знали о кинематографе и истории своей страны, были знакомы с мировой литературой. Я не преподаю, но коллеги говорят: то, что происходит сейчас — за гранью. Образование падает, в истории огромное количество мифов, внедряемых властными структурами. Неправда, что история ничему не учит: если общество не будет знать, что происходило вчера, позавчера, три века назад, если для него Иван Грозный, Сталин и Малюта Скуратов всего лишь замечательные «менеджеры», оно будет наступать на те же грабли».
Павел Чухрай
О воспитании
«Общество живет по своим законам, а если начать «регулировать», как это было во времена моей молодости, ничего хорошего не выйдет. Фильмы для молодых снимают молодые режиссёры, которые чувствуют жизнь одинаково со своими зрителями. Фильмы эти часто не нравятся руководителям, которые критикуют их за «неправильный» показ, но, боюсь, что как «правильно», не знает никто. Если людям не лгать, они не вырастут циничными, и сами разберутся, как себя вести в этой жизни. Меня часто спрашивают, что мой папа говорил мне про воспитание, да ничего не говорил, я просто смотрел, что он ценит и презирает в людях, как понимает человеческое достоинство, правду и ложь, вот и всё. А если руководитель, ворующий вагонами, будет говорить сыну, как важно быть честным и справедливым, тот посмотрит и подумает – «Может, и важно, но как у тебя лучше получается», и что бы ты ему не говорил, либо он сам по себе вырастет честным человеком, либо примет образ жизни отца. Это и есть воспитание и ничто другое».
Взгляд с Воробьёвых гор
«Любимое место в Москве, пожалуй, Воробьёвы горы, потому что связаны с моим детством. Мы жили на Мосфильмовской улице, и ходили туда с мальчишками кататься на санках с гор. Помню, когда мне было лет 10-11, глядя на Москву, которая горела огнями, я подумал: «А какой она будет в 70 году? Почему-то она представлялась мне чем-то космическим… Между прочим, первый эпизод «Водителя для Веры» я снимал на Ленинских горах, а в «Воробьином поле» на Университетской площадке» будет снят финал.»
Павел Чухрай
Автор: Нина Катаева