Петербург – это вторая опричнина

Петербург не город, а текст. Декларация о намерениях. К защите государства от агрессивных финнов и шведов он отношения не имел. К завоеванию Европы тоже. Не то местоположение. Петербург текст ровно того же содержания, что Александрова слобода. "Да пошли вы все!" Это вопль невротика, смертельно травмированного в детстве. Именно такими невротиками были Грозный и Пётр. Оба детьми были брошены в котёл с кипящей водой бунтов и интриг. Оба потом всячески пытались обезопасить себя, во-первых, убийством возможных врагов (и оба стали сыноубийцами), во-вторых, тупым трусливым бегством. Грозный сделал Александрову слободу круглой наподобие рая, каким его тогда считали. Пётр сделал Петербург прямоугольным. Общее - геометричность, регулярность, навязанность сверху плана. В таком городе была ликвидирована главная угроза - номенклатура. Она была превращена Грозным в опричников, Петром в чиновников. Не очень надолго. Петербург запечатлел кастрацию номенклатуры. Она была лишена главной привилегии: жить по средствам, во всяком случае, в Петербурге. Право жить по средствам - тратить свои деньги на что угодно - в обществах домодерных никогда не существовало. Регулировалось всё: как человек должен одеваться, что он имеет право есть и т.п. То, что называется борьбой буржуа за свои права было, в конечном счёте, борьбой за право одеваться - если будет охота - как король. Борьба далеко не всюду закончилась. Умиляющая многих русских скромность скандинавов - это вовсе не забота о всеобщем процветании, а немного модифицированная средневековая традиция жесткого контроля за потреблением. Какие красные ботинки? Папе римскому можно носить красные ботинки, и всё. Тут протестантизм оказался прямым продолжателем феодализма, хотя средства социального укрощения изменились. Единственной страной, где право жить по средствам реализовано в полной мере, является сейчас Америка. Так на неё и смотрят в Европе одни как на планетного пошляка, другие на страну полной свободы. Один из непременных лозунгов современной реакции - критика "потребительского общества". Так это именно критика права тратить свои деньги по своему усмотрению. А какое общество лучше? Где всяк сверчок знает свой шесток. Элита согласна даже сделать свой шесток пониже, не носить красных башмаков и ездить на работу на велосипеде, лишь бы не было "американщины". Впрочем, смирение элит носит в основном показной и лицемерный характер. В Петербурге Пётр отнял у богачей - аристократии и буржуа - право строить себе дома по своему усмотрению. В итоге в Петербурге жили ради службы, а жили в центральной России. Все петербургские великолепные пригороды - императорские. Вряд ли это доставляло венценосцам большое удовольствие. Всё-таки хотя бы по климату комфортнее было бы не в Гатчине, а в Архангельском. Но механизм, созданный Петром Великим Невротиком, не пущал в подмосковные кущи. В результате монархи смогли заставить Юсуповых в Петербурге внешне не слишком выделяться, роскошь была внутри - и такая роскошь, которая Романовым и не снилась. Создание Петербурга не повлекло разрыва между монархией и народом, потому что никакого единства между народом и монархией никогда и не было. Зато создание Петербурга привело к разрыву между монархией и дворянством. Глубокий разрыв, капитальный, чётко выраженный географически. "Дворцовые перевороты" были не дворцовыми переворотами, а попытками дворянства вразумить съехавших в Петербург царей. Цари отвечали усугублением невроза: из Петербурга в Гатчину, в Царское село. Александрова слобода - три и четыре. Но строить в Петербурге выше Зимнего не разрешали. В итоге из-за упрямства монархов вышел перелёт: к власти пришёл Ленин. Не невротик нимало, дворянин, но и буржуа изрядный. Он сделал то, что должен был бы сделать уже Львов: вернул столицу в Москву. Вернул ли он элите право жить, как хочется? Не вполне. Но направление взял верное: как ни крушил Ленин советское чиновничество, но развивал именно его, поощрял его, привилегии давал ему. Апофеозом - возвращение права жить по средствам - стало правление Горбачёва, хотя при Горбачёве процесс был не вполне очевидным, на поверхность всё выплывало после 1991 года. Но первые состояния были сделаны раньше. В итоге в правление Путина сложилась забавная ситуация, вывороченный XVIII век: элита служит в Москве, а в Петербурге у неё дачи. Конечно, эти дачи скорее символические, настоящий отдых на Западе, но символы имеют значение. Оригинал здесь