Сквозь блокаду
80 лет назад началась Великая Отечественная война – трагедия и слава нашего народа. С первых часов великого противостояния железнодорожники всё отдавали фронту и тылу, всё отдавали Победе, веря в неё даже в самые чёрные дни лета и осени 1941 года.
Александр Иванович Августынюк в тот период времени трудился инженером в Финляндском отделении Октябрьской железной дороги – единственном, которое все фронтовые годы ни на один день не прекращало работать, обеспечивая связь блокадного города с Большой землёй, с Ладогой. Важнейшее подразделение на главной железной дороге страны! С юности он публиковался в газетах, писал заметки и фельетоны. И вёл дневник, ставший в послевоенное время бесценным документом истории несломленного Ленинграда. В этих записях есть разный спектр эмоций: отчаяние, растерянность, жалобы... И уверенность в том, что гитлеровцам не придётся хозяйничать ни на берегах Невы, ни на Волге, ни под Москвой.
Перелистаем страницы тетрадей ленинградского железнодорожника. Самые беспросветные дни блокады.
7 января 1942 года: «Приближается гибель. Макар Григорьевич совсем плох. У меня начинают пухнуть ноги. Они как свинцовые, и для того чтобы пройти до службы (а это в 150 метрах!), требуется много сил. Сегодня заглянул в багажную кладовую на 5-ю платформу вокзала – там набито не менее сотни трупов». Упадок сил, жестокая хандра, страх за любимый город, за близких и за себя? Да. Но в те же дни он вслушивался в каждое сообщение Совинформбюро, не теряя веры в Красную армию. И даже когда каждый шаг давался с неимоверной трудностью, выполнял служебные обязанности.
2 июня 1942 года в его дневнике появилась такая запись: «Я решил вступить в партию! Не могу быть в стороне. Пусть у фрицев будет лишний двойной враг: советский гражданин и коммунист. Это в ответ за многие тысячи замученных советских граждан, за смерть моего отчима, сводного брата, зятя, за мучения моей матери, сестры, мои собственные». Это урок для нас – после испытаний, после поражений он не предъявлял счёт своей стране. Наоборот, верил в неё ещё крепче и готов был драться до последнего, не оставляя для себя возможности для компромисса с врагом. В то время партийный билет в первую очередь означал решимость сражаться до последней капли крови. И – причастность к тем, кто не спасовал перед трудностями, кто не побоялся принять бой. Гипноз страха перед военной машиной Третьего рейха сковал почти всю Европу, подчинившуюся агрессору, но таких людей, как инженер Августынюк, сломить не удалось. Есть в его дневнике и такое признание: «Ленинградцы едят свои пайки, едят хряпу и работают. От 3 миллионов нас осталось 700–800 тысяч, но самых заядлых!» В этих словах – горечь, переходящая в честную выстраданную гордость, без бравады.
Александр Августынюк причастен и к великому подвигу 1943 года – строительству 33-километровой Дороги Победы от станции Поляны до Шлиссельбурга. Через эту узкоколейку прошёл для Ленинграда путь к Победе. Инженер занимался не только обычным фронтом работ, он разрабатывал тактику обороны заветной узкоколейки. Общался с сапёрами, артиллеристами, которые защищали движение поездов.
И вскоре настало время восклицаний, полных искреннего ликования: «Сегодня самый радостный день моей жизни! 26 января 1944 года – день освобождения от немцев моей второй родины – города Гатчино. В 19 ч 50 м передали это известие, и сейчас салют из Москвы в честь наших доблестных войск!
Гремят 12 залпов из 124 орудий – к горлу подкатываются слёзы радости. Что бы в Гатчине ни осталось, что бы ни сделали немцы, но родная земля всё равно останется. Я не знаю, кто и когда будет читать эти строки, но если он пережил два с половиной года ужасов бомбардировками, артиллерийских обстрелов, холода и самого жуткого голода, он поймёт мою радость».
В 1945 году Александр Иванович соберёт свои заметки в книгу «Сквозь блокаду. Записки железнодорожника», написанную таким лёгким и чистым языком, что трудно поверить в те ужасы, которые пришлось изведать её автору в первый год ленинградской трагедии. Ничуть не устарела и его книга 1951 года «Первая магистраль», посвящённая Октябрьской железной дороге, прошлое и настоящее которой Августынюк знал, как никто другой.
Проведя много лет на инженерном поприще, он переключается на работу в газете «Гудок» и в замечательном Музее Октябрьской железной дороги (ныне – Музей железных дорог России). Главным для него стало литературное творчество, жизнь от книги до книги. Ему удавался сложнейший жанр: просветительские книги для детей. Жаль, что не всё переиздаётся в наше время, и уж совсем мало что можно прочитать в интернете. Однако его тоненькая книжка «Стальные кони» позвала на железную дорогу сотни будущих машинистов и инженеров. Августынюк подробно и просто рассказывал о том, как и по каким законам формируются поезда, чем электровозы и тепловозы отличаются от паровозов, как работает железнодорожный диспетчер, как функционирует депо, какие задачи стальные магистрали будут выполнять в будущем. Он писал о фронтовых и мирных буднях железной дороги так, что читатель ощущал себя участником этих событий. Слог Августынюка точнее кинохроники. Для нас его книги – и незаменимое свидетельство о прошлом Октябрьской дороги, настоящий мастер-класс по научно-популярной литературе, в жанре которой инженер-путеец достиг незаурядного мастерства. Пожалуй, никто другой в ХХ веке не проявил себя столь основательно и как железнодорожник, и как писатель.
Снова и снова он возвращался в памяти к блокадным дням, к урокам первых дней войны. Писал о тех временах, о людях с сердцами из танковой брони, которые преодолевали голод, недуги и ранения – и выполняли свой долг. Не карьеры ради. Когда рядом гибель, о чинах не думают. Они шли сквозь огонь. Об этом Александр Августынюк откровенно и прямо писал в дневнике для себя самого, понимая, что, как в песне, «до смерти четыре шага». Разве можно забыть о времени великих испытаний, через которые прошёл наш народ, а в первую очередь – ленинградцы?! Память эта, как Вечный огонь, – неугасима.
Подвиг железнодорожников в блокадные дни – одна из самых величественных страниц нашей истории. Люди эти ежедневно жертвовали собой, помогая фронту и спасая ленинградцев. Больно думать о том, что это поколение уже ушло. Что такие герои, как Александр Иванович Августынюк, говорят с нами только со страниц книг.
Арсений Замостьянов, заместитель главного редактора журнала «Историк»