«Погиб в боях за родину». Через 79 лет волгодонцы нашли братскую могилу и поклонились памяти родственника-фронтовика

Здравствуй, мой незнакомый дед! Мы — к тебе. Прости, что только через 79 лет после твоей гибели. Как смогли… Теперь так и останется в памяти: девять букв на мраморе – «ГЛАДКИЙ В.А.», букетик гвоздик и лампадка.

Поклониться памяти маминого родного дядя по отцу мы собирались давно. Он покоится в братской могиле Московская Славянка. Это в Шушарах, Ленинградской области, в 1800 километрах от нашего Волгодонска в Ростовской области.

«Много лет вся родня думала, что он убит совсем в другом месте и в другое время. Помню, когда я была ещё школьницей, слышала, папа говорил с горечью: «Василий видно погиб на шпальном заводе под Старой Руссой. Думаю, что оттуда пришло от него последнее письмо». И в двух блокнотах отца сохранились именно такие данные о его младшем брате», — не раз рассказывала мне моя мама Таисия Дмитриевна Суроедова, в девичестве Гладкова.

Мой родной дед, фронтовик Дмитрий Алексеевич Гладков после смерти Сталина разыскал всех своих раскулаченных и высланных родственников, собрал их адреса, списался с ними. И только о судьбе одного из младших братьев ничего толком не знал с самой войны.

Не знали и мы, пока не нашли его на сайте «Память народа» Минобороны РФ. Гладкий и Гладков – разница в окончаниях фамилии, исправленной с украинского разговорного на русский — «культурный» — лад много лет путала следы. Интернет приоткрыл завесу тайны и помог, хоть и не всё, узнать о судьбе нашего родного человека, найти место гибели и захоронения. Но, обо всём по порядку.

И это всё о нём…

Итак, мой двоюродный дед Гладкий Василий Алексеевич, упоминается в 11 документах сайта «Подвиг народа». Из учётно-послужной карточки видно, что родился он в 1920 году на территории Янитовского (правильно – Еритовского) сельсовета Миллеровского района Ростовской области. Там, в деревне Прусаково, появились на свет почти всё старшее поколение Гладковых. Они были переселенцами из Украины, поэтому в графе «национальность» у Василия значится, что он украинец.

Мы думали, что парень был мобилизован на войну Зимовниковским райвоенкоматом, как и другие наши родственники. Но база данных Миноброны подсказывает: его – учащегося со средним образованием и члена ВЛКСМ призвали в армию ещё до вторжения немцев в СССР, в 1940-м. Он окончил военные курсы, ему было присвоено звание младший лейтенант.

Из пожелтевшего листка, заполненного синими чернилами, также видно, что младший лейтенант Василий Гладкий начал службу в 286 стрелковом полку 90 стрелковой дивизии 55 армии на Ленинградском фронте, согласно приказу 0178. Запись сделана 28 февраля 1942 года. Следующим подразделением службы был 173 стрелковый полк этой же дивизии, 44 омсрр (отдельная мотострелковая разведывательная рота), в которой мой двоюродный дед был командиром пулемётного взвода.

Где он воевал или учился или вообще находился с 1940-го по февраль 1942 года – сказать трудно.

«Стойко сражались на своих рубежах»

Можем предположить, что уже служил в 90 СД, когда началась война. 286 стрелковый Выборгский полк 90 стрелковой Ропшинской Краснознаменной ордена Суворова II степени дивизии был сформирован ещё в сентябре 1936 года в составе 90 стрелковой дивизии Карельского укрепрайона. С 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года дивизия принимала участие в Советско-финской войне.

Как сообщает сайт «Победа 1945» http://www.pobeda1945.su, в июне 1940 года 90 сд участвовала в присоединении Эстонии и Латвии к СССР. В первые дни новой войны судьба дивизии была драматичной.

«22 июня 1941 года ожесточённый характер приняли бои на стыке 90 и 125 стрелковых дивизий и участке обороны 173 стрелкового полка, напротив полка развернулось до двух моторизованных дивизий противника. Но воины стойко сражались на своих рубежах. В течение дня они истребляли врага, даже находясь в окружении. К концу дня 22 июня 1941 года положение частей дивизии крайне осложнилось. Ценой больших потерь отдельным подразделениям немецких войск удалось прорваться к главной полосе обороны…

Части и соединения не имея между собой связи, дрались в окружении противника. Продолжала с ожесточением сражаться окружённая 4 рота 173 стрелкового полка и полковая школа. Кончались боеприпасы. Бойцы и командиры, изнурённые и голодные, буквально валились с ног. В этот критический момент на помощь боевым товарищам пришли подразделения 19 стрелкового полка. Дерзкой контратакой они отбросили противника, в качестве трофеев у немцев взяли 5 пушек вместе с тракторами. В это время на правом фланге дивизии упорно оборонялся 286 стрелковый полк. Во взаимодействии с 96 артиллерийским полком он стойко удерживал рубеж на реке Юра и нанёс тяжелые удары по вражеским войскам.

… После тяжелейших боёв на Шяуляйском направлении из личного состава дивизии остались небольшие группы и они выходили через старую границу в район города Пскова.

В ходе первых боёв дивизия была рассеяна и к 04.07.1941 года фактически не существовала. Командир дивизии полковник М.И. Голубев и заместитель командира дивизии по политчасти бригадный комиссар Г.Д. Фролов погибли. Но к 29 июня 1941 года под руководством начальника штаба дивизии полковника Вехина Г.И. на основе подразделений 90 стрелковой Краснознаменной дивизии, оставленных перед началом войны для охраны имущества, дивизия заново сформировалась в составе 10 стрелкового корпуса 8 армии Северо-Западного фронта в районе города Вильянди Эстонской ССР.

К 31 июня 1941 года дивизия была передислоцирована во Псковскую области, куда отдельными группами выходили из окружения бойцы и командиры дивизии, которые вливались в ряды частей и подразделений вновь сформированной дивизии. Очевидно, что было спасено и боевое знамя. И вначале июля 1941 года недалеко от города Пскова 90 стрелковая Краснознаменная дивизия была пополнена личным составом, оружием и боевой техникой готовилась к новым боям.

Оборона Ленинграда

Был ли мой дед среди выходивших из окружения частей 90-й сд или принимал участие в контрударе под Старой Руссой — боевых действиях РККА на Северо-Западном фронте 12-25 августа 1941 года, а под Ленинград попал уже позже – нам ещё предстоит узнать. Возможно, на этот вопрос ответил личное дело, которое, надеемся, храниться в Подольске, в архиве Минобороны – все офицеры имели личные дела.

И снова историческая справка: «После того как на реке Луга немецкие войска начали генеральное наступление на город Ленинград, части 90-й дивизии снова оказались в окружении, и ее остатки 26 августа 1941 года прорвались в район поселка Сусанино Гатчинского района Ленинградской области. После тяжёлых боёв они отступили в район города Гатчина Ленинградской области. В ночь с 16 на 17 сентября 1941 года советские войска оставили город Пушкин. 17 сентября 1941 года части дивизии отходили из поселка Антропшино Гатчинского района в район города Пушкин.

Выйдя из окружения, остатки дивизии заняли оборону в районе села Шушары Пушкинского района Ленинградской области. Все штабы и тылы дивизии находились в совхозе «Большевик». В районе Московской Славянки дивизия закрепилась и больше не отошла ни на шаг. Так началась оборона Ленинграда.

Штаб дивизии и вспомогательные подразделения обосновались на берегу речки Славянки южнее Шушар, 173 стрелковый полк занял оборону у деревни Новая близ города Пушкина. (На самом деле, почти такое же расстояние было и до Колпино – прим авт.) 286 стрелковый полк остановился на линии Красный Бор-Ям-Ижора. 19 стрелковый полк утвердился на рубеже Шушары — Московская Славянка. Расположения частей хорошо видны на сохранившейся карте.

Бойцы днем и ночью рыли траншеи, оборудовали позиции для станковых и ручных пулеметов, копали землянки. Полки отделились от противника минными полями. Личного состава в дивизии осталось намного меньше, чем было до войны, сотни красноармейцев и командиров полегли в боях за Родину, а на смену им пришли только десятки. Вплоть до 27 сентября 1941 года гитлеровцы предпринимали яростные атаки, пытались преодолеть сопротивление советских войск и прорываться к Ленинграду».

Последняя весна

О последней весне моего 22-летнего родственника (а, может, ему ещё и не было 22-х, точной даты рождения мы не знаем) сохранилось очень мало информации. Даже об обстановке на фронте, в дивизии и в полку, мало конкретных фактов, которые бы могли пролить свет на судьбу Василия Гладкого.

Что мы знаем о последних днях своего защитника. Из документа под грифом «Совершенно секретно», составленным 06.10.1944г., подписанным командиром 173 сп подполковником Рябко и начштаба майором Невядомским, следует, цитирую:

«В период с 25 января по 9 февраля 1942 года в направлении на деревню Красный Бор полком был проведён ряд наступательных операций, в ходе которых подразделения продвинулись вплоть до Красного Бора. Но большие потери не дали возможность завершить операцию по овладению этим опорным пунктом. С 9 до 25 февраля полк с оперативной поддержкой 283ОПАБ оборонял рубеж от большой Ижорки до реки Нева… Итог – 280 истреблённых фашистов.

С 25 февраля по 29 апреля полк дислоцировался в районе станции Понтонная, формировался и занимался сколачиванием боевых подразделений».

Как раз в этот период младший лейтенант Гладкий прибыл в последнему месту своей службы – в 173 сп 90 сд.

В Боевом донесении сказано: «С 29 апреля по 12 декабря полк занимал оборону в районе Малая Славянка. За этот период истребляли фашистов. Счёт мести был доведен до более 2000 солдат и офицеров».

Но погиб и мой дед. Поскольку он был комвзвода в разведроте, смею думать, что 30 апреля он не вернулся с очередного боевого задания.

15 мая 1942 года на стол начальнику Главуправорм Центрального бюро по учёту потерь города Москвы легло донесение, подписанное начальником штаба 90 ксд полковником Милениным и военным комиссаром штаба – батальонным комиссаром Красовским. Это был список безвозвратных потерь на пяти листах.

Из него следует, что за период с 23 апреля дивизия потеряла 48 человек командного и рядового состава в 5-ти своих подразделениях.

Из 173-го стрелкового убитыми значатся 8 красноармейцев. Двое из них – стрелки омсрр — погибли в бою в районе Петрово-Славянки 30 апреля, вместе со своим командиром младшим лейтенантом Гладким. Это тёзка моего деда Василий Грачев из Новосибирской области 1909 года рождения и 20-летний Михаил Курносиков из Саратовской области.

У всех на учётной карточке стоит штамп со словами: «Погиб в боях за родину». Наград дед не имел.

Лет через 20 после войны самый младший из братьев Гладковых – Алексей Алексеевич, которому воевать не довелось, получил письмо от ленинградских пионеров. Дети писали, что его родственник похоронен на местном кладбище в братской могиле. И вот только в конце мая 2021-го мы оказались на этом воинском погосте.

Встреча через годы

До кладбища мы добрались на машине из Санкт-Петербурга по Московской трассе до пос. Московская Славянка. Пока ехали, накатывал страх: а вдруг не найдем? а вдруг не то место?

Кладбище Московская Славянка расположено в Пушкинском районе Санкт-Петербурга, на территории муниципального образования Шушары. Общая площадь погоста небольшая, около 5 га, но лет ему много: датой основания считается 1800 год.

Машину оставили у ворот, и пошли искать могилу своего фронтовика. быстро пересекли кладбище по прямой и упёрлись в небольшую речушку или канал. Мемориал находился на другом, крутом берегу. Через водную преграду был шаткий мостик. Мы с дочерью Василиной легко его преодолели. А вот 78-летняя мама не захотела рисковать и послушала совета молодых людей, которые встречали нас на том берегу. воспользоваться другой дорогой.

Это были Мария Безвугляк и Виталий Смирнов — специалисты администрации Шушар, они заинтересовались нашими поисками и уже ждали нас в условленном месте. Без них мы вряд ли так быстро нашли, что искали. Виталий вернулся с нашей бабушкой к машине и показал водителю другую дорогу к братской могиле. Кстати, привёз нас в Московскую Славянку наш земляк из Волгодонска Александр Всяких. Когда-то мы вместе с ним учились в одной школе №9, а теперь он — житель Санкт-Петербурга со стажем.

Добавлю, что еще год назад, к 75-летию Победы, мы собирались к деду, написали в администрацию Шушар, получили ответ от главы администрации Елены Измайловой, нас приглашали. Помешала пандемия.

Но вот мы здесь. Воинское захоронение на кладбище Московская Славянка признано объектом исторического наследия. Это огороженная металлическим забором братская могила общей площадью 30 кв. м, в которой покоятся 891 воин. В глубине участка возвышается мраморный обелиск с надписью: «Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины. 1941-1945 гг.». Вдоль забора – клумбы с петуньей. Чистота и порядок, дорожка к памятнику подметена – как будто нас ждали и специально навели порядок. На самом деле, за могилой ухаживает специальная организация. Вокруг — деревья, одуванчики на склоне, птицы щебечут, неспешно плывут облака в мирном небе. Вечный покой.

… Скатилась слеза по щеке. Гвоздики легли на плиту. Рядом с фамилией появилась фотография (единственная довоенная), которую мы привезли с собой. На клумбу высыпали горсть донской земли, зажгли лампадку. К обелиску возложили венок погибшим от всех наших многочисленных родственников, всех волгодонцев. Давным-давно была война. Но мы помним своих защитников Отечества.

Помним и ещё одного погибшего родного дядю моей мамы, который покоится в братской могиле в Заполярье. Ефрейтор Алексей Андреевич Мельников, награждён медалью «За отвагу» за участие в боях в Ленинградской области, погиб в апреле 1944 под Кандалакшей. Нашли мы его только в прошлом году и обязательно к нему поедем.

Помним и пропавшего без вести в октябре 1942-го двоюродного брата моего деда – младшего лейтенанта Александра Егоровича Гладкова. Но это уже совсем другие истории…

Валентина Варцаба, внучатая племянница фронтовика, фото автора и с сайта «Память народа».