Один в поле воин: трогательная история ветерана Вадима Бобикова
Как, несмотря на ужас и безумие войны, сохранить человечность, любовь и веру в людей, даже оставшись в одиночестве, рассказал «ПолитРоссии» в рамках спецпроекта «Сотворение мира» ветеран Великой Отечественной войны Вадим Сергеевич Бобиков.
Семья и детство будущего героя
Вадим Сергеевич родился в семье военнослужащего. Его отец с юных лет работал на Путиловском заводе, являлся членом Коммунистической партии. В 30-х годах Сергей Бобиков окончил Ленинградские военно-политические курсы им. Ф.Энгельса, после чего его призвали в армию. Он принимал участие в польской и финской кампаниях и, не успев вернуться домой, в форме старшего лейтенанта ушел защищать Ленинградский фронт в Великой Отечественной войне.
«Уже на третий день мой папа в форме старшего лейтенанта ушел воевать на Ленинградский фронт. Он занимал различные должности, в том числе был командиром стрелковой роты под Шушарами. Так как он окончил курсы Энгельса, а немцев в стране становилось все больше, его назначили инструктором политотдела в Боровичах, был такой лагерь военнопленных», – рассказывает ветеран.
Мама Вадима Сергеевича родилась в Ленинграде в 1900 году. До революции она окончила 4 курса гимназии, после чего стала работать машинисткой. В военные годы женщина была назначена управхозом в собственном доме. На время массовой эвакуации ее вместе с бабушкой отправили в Кемеровскую область, но потом она все-таки вернулась в родной город.
«Сестер и братьев у меня не было. Правда, были двоюродные. Шурка Бобиков, постарше меня, попал на Дальний Восток, служил в артиллерии, получил звание ефрейтора. Во время Великой Отечественной войны мы были где-то рядом: когда под Москвой стало тяжело, прибыло подкрепление с востока, и он в том числе. Мы не встречались, но переписывались. Он говорил, что является “глазами и ушами Красной армии”. Значит, где-то, видно, в разведке служил. Он был боевым парнем, и другие мои двоюродные братья воевали на фронтах. Кто погиб, кто остался жив, раненые были, ну и меня тоже немножко зацепило в лоб», – вспоминает собеседник «ПолитРоссии».
Сам Вадим Сергеевич родился 23 сентября 1923 года в Ленинграде, все детство провел в самом сердце города – на Фонтанке. В ранние годы он мечтал стать судомехаником, для этого планировал по окончании десяти классов школы поступить в Ленинградский институт водного транспорта, пройдя путь родного дяди, маминого брата.
«Как говорится, судьба повернулась на 180 градусов – началась Великая Отечественная война. 21 июня 1941 года было очень спокойно, ничего не предвещало беды. Тогда я закончил 9 классов, мы с ребятами часто гуляли. Я встретил войну в Териоки, ныне – Зеленогорск, тогда мама снимала там дачу. В этот день в город прибыло много профсоюзных организаций, причем с духовыми оркестрами. Я со своим другом Игорем находился на пляже и вдруг увидел, как люди потихоньку стали убывать оттуда», – описывает ситуацию Вадим Бобиков.
Он попросил Игоря спросить у находившихся рядом представителей Совета дежурных командиров, что случилось. Когда те сообщили о начале войны, Вадим Сергеевич не поверил и назвал своего товарища, передавшего слова общественников, трусом и паникером. По его мнению, ничего подобного в тот момент быть не могло. Однако когда молодые люди вернулись домой, в 12 часов дня по радио выступил министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов и объявил, что фашистская Германия вероломно напала на Советский Союз, осуществив бомбардировку целого ряда городов.
«Игорь уехал сразу, а я дня два ждал, когда приедет мама – на даче требовалось собрать кое-какие вещи, и один я на это дело уполномочен не был. Она меня забрала, и уже с другим другом Иваном мы пошли в горвоенкомат Куйбышевского района. Там нас ждала огромная очередь, патриотизм был очень большой: прибыли люди с повестками, без повесток и даже так называемые “белобилетники” (освобожденным от службы в армии в военный билет вклеивали белый вкладыш – прим.ред.)», – отметил ветеран.
Проходивший мимо парней старший лейтенант отправил их домой – на тот момент желающим стать добровольцами было всего 17 лет. Военнослужащий объяснил, что сейчас военкомат переполнен, а когда они достигнут совершеннолетнего возраста, то им обязательно придет повестка с призывом на фронт.
Путь от красноармейца до полковника
После неудачной попытки попасть на фронт Вадим и Иван устроились работать на завод металлоизделий, расположенный на 16-й линии Васильевского острова. Он существует по сей день. Однако спустя 2-3 дня молодых парней уже отправили рыть окопы за Гатчину. Они также участвовали в оборонных работах, ну и отступали вместе с советскими войсками в Шлиссельбург, Тайцы, Красное Село.
«Под Вороньей горой мы прокопали противотанковый ров. Немцы бросали нам довольно примитивные листовки: “Дамочки, не ройте ямочки, придут наши таночки – зароют ваши ямочки”. Нам запрещали их поднимать, надо было разорвать, но все-таки мы читали. А потом, когда фашисты стали подходить к Вороньей горе, нас, человек 100-120, с лопатами перебросили на шоссе, где от Петродворца к Кировскому заводу шло наступление. Колонну обстреливали с орудий, бомбили с самолетов, в итоге на эту дорогу пришел один я, остальные разбежались», – вспоминает Вадим Сергеевич.
Молодого парня одного на шоссе заметил генерал-лейтенант, находившийся в это время неподалеку. Он выяснил, что случилось, и направил Вадима Бобикова помогать морякам, которые в ожидании наступления немцев минировали мост. Там 17-летнего юношу встретил офицер. Выслушав его историю, он неожиданно спросил: «У тебя мамка-то есть?». Вадим Бобиков ответил утвердительно.
«Так вот, говорит, пацан, дело серьезное, тебе тут делать нечего, немедленно дуй отсюда к мамке. Ну и я до Кировского завода дошел пешком, а оттуда еще ходили трамваи. Я сел на него, доехал до Невского проспекта и благополучно добрался до мамки. А 8 сентября, выйдя на улицу, увидел столб водяного парного дыма – это горели Бадаевские склады», – рассказывает 97-летний ветеран.
В самом начале блокады Ленинграда, 8 и 10 сентября 1941 года, немцы совершили на город массированные авианалеты, в результате которых сгорели Бадаевские склады. Дело в том, что там находился внушительный запас продовольствия – хлеб, сахар, мука, зерно, масло. Многие жители города уверены, именно это событие стало причиной страшного голода в первые годы блокады.
5 ноября 1941 года Вадима Сергеевича Бобикова призвали в учебное подразделение, от городского военкомата он был рекомендован на фронт. Так наш герой попал в 21-й отдельный восстановительный железнодорожный батальон, сформированный еще в 1940 году в Киеве и через год перенаправленный в Ленинград. Там его основными задачами стали разборка и эвакуация путей, а также минирование мостов и их подрыв в случае нападения фашистов.
«В этом батальоне я воевал на Ленинградском, Волховском, 3-м Прибалтийском фронтах, строил Дорогу жизни. Когда 18 января 1943 года блокада Ленинграда была прорвана, государственный комитет обороны принимает решение построить железную дорогу по южному берегу Ладожского озера, на это отводилось 20 суток. Несмотря на то что еще надо было проложить путь между Полянами и Петрокрепостью, двумя станциями, два больших моста через реки Черная и Назия, 20 мелких мостов и труб на торфоразработках, мостовой переход 1300 метров через Неву, все было сделано за 18 дней», – с гордостью признает полковник в отставке.
А 7 февраля 1943 года в 10 часов 09 минут по Дороге жизни в блокадный Ленинград на Финляндский вокзал прибыл первый поезд с Большой земли. Вадим Сергеевич вспоминает, что на вагонах того долгожданного состава мелом было написано «Челябинск – Ленинграду, 800 тонн сливочного масла». По его словам, правительство приняло решение о поставке именно продовольствия, потому что ленинградцы боялись не обстрелов и бомбежек, а страшного голода, от которого многие умирали прямо на ходу.
«Еще где-то в конце 41-года я был в увольнении и, проходя мимо Дворца пионеров в Ленинграде, увидел не то женщину, не то мужчину в светло-коричневом пальто, шапке, обвязанной платком. Она сидела там на основании, в ботах больших на ногах. И она меня таким взглядом проводила, мол, помоги! А что я мог сделать? Ни хлеба, ничего нет, я прошел. А когда возвращался обратно, смотрю – уже мертва. Вот так люди умирали на ходу, но паники в городе Ленинграде не было никакой», – отмечает ветеран.
Вадим Бобиков закончил войну на 3-ем Украинском фронте, который уже зашел за австрийскую Вену и двигался в направлении Италии. 8 мая 1945 года был подписан договор о безоговорочной капитуляции германской армии, а на следующий день об этом объявили во всеуслышание.
«Мы остановились в небольшом австрийском городке, слышим – выстрелы. Мы выскочили, кричим, мол, немцы наступают, что ли? А нам в ответ: “Какое там, немцы наступают! Война закончилась!” Ну и тут мы тоже подняли свои автоматы и выпустили в воздух сколько было патронов», – рассказывает Вадим Сергеевич.
После окончания войны наш герой закончил Краснознаменное командное училище железнодорожных войск и военных сообщений имени М.В.Фрунзе, продолжил работать в 12-м батальоне, который занимался уже восстановлением всех железнодорожных станций около Ленинграда. В 1960-м году Вадим Сергеевич закончил Военную академию тыла и транспорта в Ленинграде, по службе прошел все воинские звания, начиная красноармейцем и заканчивая полковником.
Казалось, самое страшное теперь позади
Несмотря на весь ужас и безумие того времени, люди в годы Великой Отечественной войны не забывали о любви, тому подтверждение – история Вадима Бобикова. История, о которой ветерану было особенно трудно рассказывать, ведь за 76 лет со Дня Победы он потерял не только своих избранниц, но и детей.
«Так получилось, что я был женат дважды. С первой девочкой дружили со школьной скамьи. Началась война, меня призвали, а она осталась ждать. 25 декабря 1941 года в их дом попала бомба, она была ранена – смята вся грудь. Сестра ее тоже была ранена, а мать погибла при этой бомбежке. Я заходил к ней в госпиталь на Малой Конюшенной. Она меня дождалась, и мы поженились. Родила мне двух сыновей. Но за всю жизнь перенесла две операции на сердце, и в 49 лет не выдержала, умерла», – рассказывает собеседник «ПолитРоссии».
После смерти первой супруги Вадим Сергеевич заявил своей маме, что больше жениться не намерен. Но она призвала его задуматься о сыновьях, с воспитанием которых уже не могла помочь в силу своего преклонного возраста. И тогда наш герой обратил внимание на медицинского специалиста Викторию Николаевну, которая приходила в дом и ухаживала за его пожилой мамой.
«Получилось так, что я все-таки на ней женился, и мы прекрасно прожили. Но пять лет тому назад она тоже умерла. Умерли два сына, нет жены. Одному, конечно, сложно жить, но, во всяком случае, нахожу свою, как говорится, стезю в воспитании молодого поколения», – с невыносимой грустью и тоской промолвил ветеран.
Так, например, с давних времен Вадим Бобиков дружен с преподавателями и студентами Охтинского колледжа. Зачастую они приезжают к ветерану в гости, где за чашкой горячего чая им есть, чем поделиться друг с другом. Своей главной чертой характера, приобретенной в годы Великой Отечественной войны, ветеран считает огромное желание помогать людям. По мере своих сил и возможностей он старается донести нынешней молодежи, с чего начинается Родина.
«Главная ценность для меня – беречь себя и своих друзей. Я всегда старался помогать людям, это осталось до сегодняшнего дня. Как втянулся в работу, так теперь не могу остановиться», – заключил 97-летний ветеран.
Вадим Сергеевич Бобиков награжден орденами «Отечественной войны I и II степеней», «Красной Звезды» и многими медалями, удостоен звания «Почетный железнодорожник» и «Почетный работник Октябрьской железной дороги». Помимо прочего, ветеран выпустил автобиографическую книгу под названием «Железнодорожные войска в битве за Ленинград».
Ранее «ПолитРоссия» в рамках спецпроекта «Сотворение мира» приводила мнение венгерского политического эксперта Миклоша Кевехази, который рассказал, как ветераны Великой Отечественной преподали НАТО урок.