Не подлежит забвению: нацистские концлагеря на территории СССР

Одним из инструментов реализации целенаправленной стратегии по уничтожению советского народа на оккупированных немецко-фашистскими захватчиками территориях нашей страны были концентрационные лагеря, где в нечеловеческих условиях содержались сотни тысяч как военнопленных, так и представителей мирного населения. Это преступление нацистских нелюдей не может иметь никакого «срока давности» и никогда не должно изгладиться из нашей памяти. Прежде чем перейти к конкретным примерам леденящих душу злодеяний оккупантов, следует сделать небольшое уточнение. Дело в том, что представители классической исторической науки (прежде всего на Западе), руководствуясь рядом одним им понятных критериев, договорились считать, какие из пунктов массового истребления, организованного на нашей земле «арийскими» завоевателями, можно считать собственно концентрационными лагерями, а какие следует относить лишь к «местам принудительного содержания». Согласно подобной классификации, к категории концентрационных лагерей можно отнести лишь десять объектов: лагеря в совхозе «Красный» и деревне Моглино в России, в Малом Тростенце и Колдычево на территории Белоруссии, Сырецкий и Яновский лагеря на Украине, лагеря в эстонском Вайваре и литовском Каунасе, а также располагавшиеся в Литве Рига-Кайзервальд и Саласпилс. Не буду вступать с учеными мужами в дискуссию, однако замечу, что считаю намного более близкой к истине оценку, которую дает в своих исследованиях руководитель Фонда Александра Печерского Илья Васильев. Он говорит о сорока четырех с половиной тысячах мест массового уничтожения советских людей, имевшихся на нашей оккупированной территории. С такой оценкой сложно не согласиться. К примеру, в лагере, устроенном ими в Гатчине, оккупанты, согласно достоверным архивным документам, замучили и убили людей больше, чем в известном на весь мир Равенсбрюке! А всего таких лагерей на территории одной только Ленинградской области было намного больше: в Павловске, Гатчинском, Кингисеппском, Красносельском, Лужском, Ораниенбаумском и Тосненском районах, в городе Выборге, где существовал лагерь для военнопленных. И к каким, скажите, объектам причислять лагерь, устроенный оккупантами в Сталинозаводском районе города Сталино (нынешний Донецк), где были уничтожены 25 тысяч человек, или смоленский лагерь №126 для военнопленных, смертность в котором составляла 150-200 человек в день? К местам массового отдыха? Совершившие вероломное нападение на Советский Союз «сверхчеловеки» в полном соответствии с людоедскими доктринами их вождей осуществляли на временно захваченных ими землях хорошо продуманную, рассчитанную и четко организованную кампанию по «освобождению жизненного пространства» для «арийской» нации. В ее рамках концентрационные лагеря служили сразу нескольким целям: они должны были через устрашение сломить волю к сопротивлению советских людей, значительно упростить и ускорить процесс полного уничтожения тех, кто был отнесен к категории «расово неполноценных лиц», а попутно еще и использоваться для организации рабского труда покоренных народов. Вся эта кошмарная система была организована с чисто немецкой педантичностью. Она находилась в ведении двух зловещих нацистских структур: Главного административно-хозяйственного управления СС (ВФХА) и Главного управления имперской безопасности (РСХА). В нечеловеческой эксплуатации заключенных принимали участие такие организации Третьего рейха, как «ДАВ», «Организация Тодт», «Балтнефть» и прочие. Нельзя не сказать и о том, что многие лагеря использовались также и представителями «арийской медицины», проводившими на заключенных нечеловечески жестокие эксперименты и опыты. Особенно «прославились» подобными вещами «медики» Саласпилса, Кайзервальда и лагеря в Вайваре. Большинство заключенных нацистских «фабрик смерти» погибали даже не от петли или пули (хотя казнили в этих лагерях не то что за малейший проступок, а по первому подозрению в неповиновении или просто по причине утраты трудоспособности), а от голода, непосильного труда и проживания в совершенно немыслимых условиях. Переполненные бараки, не отапливаемые зимой и не проветриваемые в летний зной, жутчайшая антисанитария и «рацион», состоявший из миски баланды и мизерной порции эрзац-хлеба, могли убить кого угодно. И они убивали… Понятно, что осуществлять руководство подобными местами могли исключительно особи с совершенно больной психикой и патологическими садистскими наклонностями, вызывавшие отвращение даже у большинства офицеров вермахта. Ярчайшим примером тут может служить комендант Яновского концлагеря Густав Вильгауз, отстреливавших стоявших в очереди за пайком узников прямо из окна собственной канцелярии. Собственное 54-летие он отметил, лично убив 54 заключенных. Игравший «танго смерти» во время казней оркестр из Яновского навеки вошел в историю, а его фотография стала одной из улик на Нюрнбергском процессе. Нельзя умолчать также и о том, что подавляющее большинство охраны располагавшихся на оккупированной советской территории концлагерей составляло отребье, набранное из местных. Ставшие полицаями и членами специальных охранных команд предатели в жестокости и изуверстве стремились превзойти собственных немецких хозяев, с большим удовольствием передоверявших им самые кровавые и грязные дела. Особенно широко «отметились» на этом поприще представители украинских националистических организаций. Установить точное количество советских граждан, прошедших через этот ад, возможным не представляется. Более того, нельзя подсчитать даже число замученных и казненных там людей, в частности, в силу того, что найдены были далеко не все места их захоронения. Тем не менее, даже по самым приблизительным оценкам, в нацистских концентрационных лагерях на территории СССР за период ее оккупации было уничтожено более 200 тысяч человек.