Архив раскрывает тайны. Становление мирной жизни в Новгородской области

Последствием войны стал рост числа безнадзорных и беспризорных детей и подростков, которых задерживали на железных дорогах, рынках, на улицах городов, у театров и в других общественных местах. По данным областного управления НКВД, в мае 1945 года в Новгородской области оставалось 362 неустроенных беспризорных детей и подростков – их определение в детские дома было первоочередной задачей областного отдела народного образования.

На 1 октября 1944 года в Новгородской области находился 21 детский дом – в них проживало 3195 детей. Дети проходили через три действующих детских приемника-распределителя (ДПР): в Боровичах, Валдае и Хвойной. Четвертый – в Новгороде – был закрыт летом 1944 года в связи с размещением в городе областных организаций. В ДПР дети должны были выдерживать карантин от трех недель до месяца, после чего по линии областного отдела народного образования направлялись в детские дома. 1 октября в докладной записке, направленной в обком ВКП(б), облоно отмечал, что детские приемники перегружены, и в ближайшее время требуется открыть детдома с контингентом не менее 200 человек.

Больше всего среди детей, попадавших в детдома, было сирот и тех, чьи родители были на фронте. В Солецком районе со дня освобождения от оккупации был организован один детский дом на 150 человек, в который направлялись сироты, отцы которых погибли на фронте, а матери умерли от болезни или ранения. Дети жили в детдоме целыми семьями по 3-4 человека из одной семьи, по возрасту: от грудных до юношей и девушек. 31 декабря 1945 года Солецкий райком ВКП(б) сообщал, что «из наличия детей в детдоме 95% дети-сироты, погибших на фронте Великой Отечественной войны и расстрелянных партизан. Абсолютное большинство из них Солецкого района».

В Шимском районе после освобождения было выявлено 353 ребенка в возрасте от года до 16 лет, оставшихся без родителей, в детдома через Валдайский ДПР были определены 53 ребенка. В акте обследования Льзинского детского дома в Маловишерском районе от 17 октября 1944 года указывалось, что в детдоме находятся 75 детей фронтовиков, не имеющих матерей, 51 круглый сирота, родители которых умерли естественной смертью и 11 детей, имеющих только одного из родителей.

Всего на 25 октября 1944 года в Новгородской области было учтено 2770 детей военнослужащих и детей, оставшихся без родителей. На 10 апреля 1946 года в 33 детских домах Новгородской области находилось 1225 детей, родители которых умерли, у 774 детей отцы погибли на фронте, у 21 родители погибли в партизанах.

В тех районах, где не было детских домов, практиковалось патронирование и назначение опекунов. Батецкий райком ВКП(б) 5 октября 1944 года сообщал, что в районе проживало 80 детей-сирот, из них 48 человек находилось на патронировании и 32 человека было взято на опекунство родственниками. В детские дома за февраль-октябрь 1944 года было отправлено 22 человека. Райком ВКП(б) подтверждал, что дети «содержатся хорошо. Периодически проверяется их содержание опекунами. Дети школьного возраста посещают школу. Материально обеспечены».

Список детей-сирот, направленных на станцию Хвойная из Батецкого района. [Не позднее 26 марта 1944 г.]

ГАНИНО. Ф. 184. Оп. 1. Д. 97. Л. 24-24об.

Документы свидетельствуют, что в Новгородской области существовал опыт создания специальных детских домов для отдельных категорий детей. Для размещения детей, спасенных из немецкого плена, был определен Мстинский детский дом в поселке Пролетарий. 20 марта 1945 года в Новгородскую область были привезены 117 детей. «Дети эти перенесли очень много лишений и ужасов в плену у немцев», – писал первому секретарю обкома ВКП(б) Г. Х. Бумагину заместитель наркома просвещения РСФСР с просьбой улучшить бытовые условия для детей.

9 марта 1944 года, через несколько дней после торжественного парада партизан, прошедшего по проспектам северной столицы и означавшего официальное завершение партизанской борьбы в Ленинградской области, бюро Ленинградского обкома ВКП(б) приняло решение об организации в поселке Хвойная специального детского дома. В детдом предполагалось направить 300 подростков-партизан и детей партизан, родители которых погибли в борьбе с немецкими захватчиками. Учреждению передавались принадлежавшие учебному пункту Ленинградского штаба партизанского движения (ЛШПД) «помещения, подсобное хозяйство, оборудование, детское обмундирование, обувь и продовольствие».

…Поселок Хвойная – один из райцентров Ленинградской области – приобрел важнейшее значение уже в сентябре 1941 года, когда гитлеровцы и их союзники замкнули кольцо блокады вокруг города трех революций. Хвойная стала одной из опор «воздушного моста» в северную столицу. Здесь была создана крупная продовольственная база, на которой сосредотачивались продукты из районов области перед заброской в Ленинград. Партизанский журналист М. Г. Абрамов, побывавший в поселке весной 1942 года, вспоминал: «…Ленинград тогда начинался с Хвойной. Тут всё было пронизано жизнью города, раскинувшегося на берегах Невы. В управлении ОСАГ (Особая Северная авиационная группа Гражданского Воздушного флота – В. К.), в столовой, на аэродроме – всюду слышалось: «Ленинград» (из книги «На земле опаленной»).

Ленинградское руководство партизанским движением еще в октябре 1941 года отмечало, что первоочередной задачей является организация учебных пунктов народных мстителей в местах, удаленных от города, в пересеченной местности, в условиях, приближенных к немецкому тылу. К осени 1942 года на Волховском фронте сложилась система тыловых баз и партизанской учебы, которая позволила оперативно готовить и снабжать партизан. Она включила в себя тыловые базы в поселке Хвойная и селе Александровское Маловишерского района: первая подчинялась непосредственно отделу материально-технического обеспечения ЛШПД, вторая – опергруппе ЛШПД при Военном совете Волховского фронта. 16 августа 1942 года началась организация Хвойнинской партизанской базы, а 21 сентября 1942 года в поселке был образован филиал школы по подготовке партизанских кадров (учебный центр), который одновременно являлся сборным пунктом и базой отдыха партизан. Учебный центр располагался в северной части поселка, за рекой Песь. Здесь партизаны изучали оружие, боеприпасы, топографию.

Как писал позднее начальник отдела кадров ЛШПД П. Г. Матвеева, «в лесу был построен учебно-тренировочный стенд. На подготовленной насыпи воссоздан участок железной дороги. На нем и отрабатывались необходимые навыки. Занятия чередовались с походами партизан, во время которых преодолевались водные преграды, минировались и разминировались мосты» (из сборника воспоминаний «Партизаны. Новые подробности о боевых действиях народных мстителей на ленинградской земле в годы Великой Отечественной войны 1941-1945»). Для подготовки радистов проводились сеансы связи с отдаленным радиоузлом, находившимся на примерно таком же расстоянии, которое должно было лечь между радистом в тылу врага и радиоузлом ЛШПД.

Начальником учебного центра ЛШПД стал капитан А. Н. Сухов, начальником базы Хвойная был утвержден майор Б. А. Красавин. В 1942-1943 годах в поселке Хвойная было построено более 30 объектов для размещения учебного центра, в том числе землянки, жилые дома и бараки, здания столовой, складов, помещение бани, жилой дом начальника ЛШПД М. Н. Никитина и другие объекты. За организацию партизанских отрядов и строительство базы в поселке Хвойная медалью «Партизану Отечественной войны» 2-й степени был награжден первый секретарь Хвойнинского райкома ВКП(б) Е. И. Зверев.

16-18 марта 1944 года начальник ЛШПД и секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) М. Н. Никитин направил во все райкомы ВКП(б) радиограмму следующего содержания: «Всех мальчиков и девочек в возрасте от 12 до 17 лет, у которых родители погибли от фашистов, немедленно направляйте с командировкой райкома в Ленинград… улица Декабристов дом 35». Улица Декабристов, 35 – Институт физической культуры имени П. Ф. Лесгафта – стала знакомым партизаном адресом еще в первые недели войны, когда здесь формировались знаменитые отряды партизан-«лесгафтовцев» и разместился пункт сбора партизанских отрядов.

21-22 марта следующей радиограммой было сделано уточнение, что специальный дом для подростков-партизан и детей, родители которых погибли в борьбе с немцами, будет создан в поселке Хвойная. Не позднее 1 апреля детей-сирот 12-15 лет и партизан-подростков, родители которых желали послать своих детей в детский дом, необходимо было командировать в Хвойную, Красавину. 7 апреля М. Н. Никитин просил райкомы ВКП(б) до 15 апреля дополнительно сообщить радиограммой фамилию, имя, отчество, год рождения всех мальчиков в возрасте от 8 до 13 лет, которые были в партизанах или помогали партизанам, а также родители которых были в партизанских отрядах и подпольных организациях. «Обязательно укажите что делали родители в тылу врага», – завершал радиограмму Михаил Никитич. Согласно радиограмме, которая была разослана 8 апреля, в Хвойную следовало направить также и девочек от 8 до 12 лет, родители которых погибли в тылу врага.

19 марта 1944 года постановление о предоставлении помещения бывшего детского санатория для размещения детей погибших партизан было принято бюро Хвойнинского райкома ВКП(б) и райисполкомом на основании отношения ЛПШД.

Списки детей, направленных из районов, сохранились в фондах райкомов ВКП(б). В таблицу, подписанную секретарем Батецкого райкома партии А. И. Смелковым не ранее 26 марта 1944 года, включены данные о 16 подростках 1927-1932 годов рождения: 11 юношах и 5 девушках. Здесь можно найти сведения об их образовании, месте рождения – в районе оказались уроженцы станции Вырица, Гатчины, Тосненского района и даже далекой Смоленщины, судьбе родителей и тех, на чьем иждивении находились дети.

5 июля 1944 года Хвойнинский район в числе других 27 районов Ленинградской области был передан в Новгородскую область. Как показало время, у новых властей было другое видение судьбы бывших помещений и хозяйства ЛШПД. Сельское хозяйство региона остро нуждалось в животноводческих кадрах. 19 августа 1944 года бюро Хвойнинского райкома ВКП(б) и райисполком приняли постановление об организации в поселке Хвойная областной школы зооветеринарных специалистов на базе помещений, принадлежащих Октябрьской железной дороге, ранее занимаемых детским санаторием, а в период войны – госпиталем и спецшколой ЛШПД. В настоящее время, как отмечалось на заседании бюро 25 августа 1944 года, помещения не были никем заняты. Под подсобное хозяйство школы передавались земельный участок подсобного хозяйства «спецдома ЛШПД» в урочище Кошели (20 гектар пашни и 40 гектар сенокосов) и земли бывшего колхоза «Красный партизан» (35 гектар пашни и 150 гектар сенокоса). 30 октября 1944 года бюро Новгородского обкома ВКП(б) и облисполком приняли постановление об организации к 1 декабря в поселке Хвойная областной сельскохозяйственной школы по подготовке животноводов, коневодов и ветфельдшеров на 200 учащихся. Дети партизан были распределены по другим детдомам Новгородчины.

Размежевание Ленинградской и Новгородской области сказалось не только на будущем имущества партизанской школы. В сентябре 1944 года ленинградские организации отказались отпускать в Новгород подготовленных для работы на восстановлении нашего города молодых строителей – бывших партизан.

Подростков из партизанских отрядов направляли не только в детские дома, но и на учебу. В Ленинграде для подростков-партизан было создано специальное учебное заведение. 19 марта 1944 года бюро Ленинградского обкома ВКП(б) по инициативе ЛШПД, поддержанной А. А. Ждановым, приняло постановление о направлении подростков из ленинградских партизанских бригад в «специальную школу, созданную исключительно для подготовки кадров по восстановлению г. Новгорода». Многие из них были уроженцами районов, вскоре отошедших к Новгородской области. Школа была организована на производственной базе Ленинградского управления Главвоенпромстроя, так как в Новгороде разместить ее было невозможно. В школу предполагалось набрать 750 человек (13 июня Новгородский горком ВКП(б) сообщал, что в школу было зачислено 600 подростков). В сентябре того же года ребята закончили школу, но направить их в Новгород головная организация – Главвоенпромстрой при Совете Народных Комиссаров СССР – отказалась. 19 сентября и 4 октября Г. Х. Бумагин обращался к Москве с просьбой вмешаться, «так как кроме этой школы, других источников получения квалифицированных строительных рабочих для восстановления г. Новгорода не имеется».

К слову, в Новгородской области оказалось немало молодых партизан из районов Псковщины. Многие из них работали на шахтах в Любытинском районе и со временем возвращались в свои родные места.

Война разрушала семьи, была источником нескончаемых бедствий, личных трагедий и причиной перемещения тысяч людей по всему северо-западу и за его пределы. Немногие сохранившиеся из того уже далекого прошлого архивные документы дают возможность узнать судьбу новгородцев и попытаться выяснить суть процессов, происходивших в нашем крае более 75 лет назад.

Колотушкин Валерий Геннадьевич,

заведующий отделом использования документов 

Государственного архива новейшей истории Новгородской области