Как эстонцы уничтожили армию Юденича
Предыстория возникновения армии Юденича
10 октября 1918 года германо-русская комиссия, заседавшая во Пскове, объявила о создании "русской добровольческой Северной армии". Формировалась она территории Эстляндской и Псковской губерний (в районах попавших под оккупацию Германии). Её материальное и финансовое обеспечение взяла на себя немецкая сторона. Немцы, они такие не предсказуемые... То большевиков финансируют, то белых.
Так как часть, насчитывающую 2000 человек, сложно именовать армией, то в обиход было введено понятие "Северный корпус". Не известно, что было бы дальше, но в исторический процесс вмешались события в самой Германии. Кайзеровские солдаты расселись по теплушкам и отправились навестить "фатерлянд".
Используя благоприятный момент, части Красной армии начали наступление на Псков и 25 ноября 1918 года заняли его. Части корпуса в беспорядке отступили поближе к границе современной Эстонии. 30 ноября немецкое командование прислало в штаб корпуса официальное уведомление, что "помочь больше ничем не может" и предложило разбираться с Красными самостоятельно.
На службе у Эстонии
Правительство небольшого, но уже очень независимого, государства играло на формировании у населения образа русского как врага эстонской государственности. При этом оно четко осознавало, что без внешней помощи независимость отстоять трудно, скорее - маловероятно.
Уже 6 декабря 1918 года правительство Эстонии принимает Северный корпус на службу. Но без помощи немцев этот корпус и яйца выеденного не стоит, что наглядно продемонстрировали безуспешные попытки совместными эстонско-белогвардейскими усилиями оборонять от наступающих частей Красной армии город Юрьев.
Гордость - гордостью, но приткнуться к кому то надо... Именно так решили в Таллине и обратились за помощью к странам Антанты. По удивительному стечению обстоятельств, именно в этот исторический момент, правительства самых демократических стран и носители всяких разных человеческих ценностей заинтересовались судьбой "маленького, но независимого" народа. Который, кстати, ни раньше не позже у них интереса не вызывал, от слова "вообще"...
Вновь обутые, одетые и вооруженные части корпуса начали наступление уже 13 мая 1919 года. Оно было очень удачным и части корпуса заняли Гдов и Псков.
1 июля 1919 года Северный корпус был развернут в Северо-Западную армию (Название "Северная" уже позаимствовал Миллер). Первым командующим армией стал генерал-майор А.П. Родзянко, а с 2 октября 1919 года таковым стал Н.Н. Юденич (до этого он был командующим всеми морскими и сухопутными силами Северо-Запада, назначен Колчаком).
Наступление на Петроград
Успех наступления вызвал неоднозначную реакцию у "западных партнеров", масла в огонь подлила массовая мобилизация в ряды армии местного населения и приток добровольцев на занятых в ходе наступления территориях - к июлю 1919 года в составе армии было уже более 17 500 солдат и офицеров. А еще "союзников" смущал лозунг - "За единую и неделимую Россию". Ну не находил он понимания у союзников вообще и у эстонского руководства в частности.
В связи с этим снабжение армии решили приостановить. А то, знаете ли, не хорошо, когда все хорошо... Англичане, в ультимативной форме, потребовали от Юденича признать независимость Эстонии и подтвердить ее "территориальную целостность", включавшую в себя территории Эстляндской, Псковской и Петроградской губерний. Скромненько, но от души...
К началу июня войска Юденича вышли на подступы к Петрограду, заняв Лугу, Ропшу и Гатчину. Эстонские войска, неожиданно, не поддержали Юденича и ограничились ролью статистов.
1 августа 1919 года войска Красной армии, перебросив части с других фронтов, перешли в контрнаступлении. Эстонские войска продолжали соблюдать строгий "нейтралитет", а после того, как обозначался перелом, элементарно покинули не гостеприимную территорию Советской России, предоставив белогвардейцам возможность самостоятельно решать возникшие вопросы.
Отступление и пребывание в Эстонии. Беженцы
После поражения Юденича под Петроградом его армия перестала представлять "ценность" для эстонского правительство, особенно в свете поддержки Эстонии странами Антанты.
Отступление армии от Петрограда к Нарве продолжалось более трех недель. За это время эстонцы обмотали границу рядами колючей проволоки и заняли глухую оборону. Делегатам от Юденича заявили примерно следующее: "про Северо-Западную армию первый раз слышим, Юденича не знаем, а то шляются тут всякие... Потом ложки пропадают".
Так как эстонцы "вдруг" забыли об армии Юденича, равно как и о том, что эта армия находилась на службе у Эстонского государства с соблюдением всех юридических формальностей, то "вдруг" обнаружилось на территории Эстонии куча разного нужного и не очень нужного добра, на удивление бесхозного. Добро хозяйственные эстонцы быстро приспособили под собственные нужды.
Стоит ли пояснять, что с армейских складов, расположенных на территории контролируемой эстонскими войсками, Северо-Западная армия и беженцы не получили ни грамма продовольствия, ни рваных носок, ни полушубков... Армия и беженцы оказались на краю не только военной но и продовольственной катастрофы.
Переговоры о пропуске войск на территорию Эстонии шли вплоть до 14-го ноября, в этот день эстонцы смилостивились и стали пропускать беженцев, кои сопровождали армию в ее отступлении. Их насчитывалось более 10 тысяч, в основной массе - женщины и дети. Армия продолжала квартироваться в чистом поле, при "бодрящей" температуре в -15 градусов.
Эстонцы отвели под размещение беженцев уютные бараки, где последние могли комфортно расположиться на чистом бетонном полу. Верхом гостеприимства являлось нерегулярное трехразовое питание - понедельник, среда, пятница. Без медицинской помощи, в условиях полной антисанитарии, скученности и общей истощенности людей резко повысилась заболеваемость. Часто со смертельным исходом. Вспыхнувшая эпидемия тифа выкосила значительную часть ослабленных людей.
Отступление и пребывание в Эстонии. Армия
В 20-х числах ноября, на условиях полного разоружения, начался пропуск военнослужащих через границу. Обезоруженных солдат и офицеров размещали в бывших фабричных корпусах под усиленной вооруженной охраной. Последние части были разоружены 15 января 1920 года. Все попытки Юденича сохранить армию провалились.
Эстонцы объявили, что все имущество армии переходит к ним по праву сильного и на безвозмездной основе. Армия подлежит роспуску, а так как состоит из "нецивилизованных" русских, то и обращаться с ними будут соответственно. Фактических сил для сопротивления грабежу и насилию у солдат и офицеров не было.
Эстонцы присвоили себе обозы переходящих границу, оружие, артиллерию, 1200 товарных вагонов, 86 пассажирских, 26 паровозов, 2 бронепоезда, 2 железнодорожные мастерские и множество припасов (всего на сумму не менее 116 млн марок).
Кроме "законного" грабежа широко применялся и народный "промысел". Поощрялась личная инициатива.
16 декабря 1919 г. 30 эстонских солдат на броневике напали на русский груз на станции Нарва-1 и похитили 200 френчей, 160 пар брюк и другое имущество.
Обращение командования Северо-Западной армии к эстонским властям оставались без ответа.
Солдаты и офицеры армии, лишенные всего, не меняли белье по несколько недель, а то и месяцев. Это способствовало развитию эпидемиологических заболеваний.
А.И. Куприн, являвшийся в то время редактором газеты "Приневский край", писал:
"Больные и раненые как собаки, валялись в холодных и грязных теплушках. В госпиталях не хватало мест, и воины целыми днями лежали в коридорах на соломе. Армия была расположена скученно и вся переболела: тысячам солдат и офицеров не удалось выжить".
Только в Нарве от болезней умерло около 7 тысяч человек. Очевидец событий Г. Тарасов подвел итог: "Тут на Нарве Северо-Западная Армия окончательно погибла. Половина солдат стала жертвой тифа".
Уже упоминавшийся Куприн, воочию наблюдая за внутренними процессами в молодом и независимом государстве, с грустью резюмировал: "Свобода и независимость так же идут Эстонии, как свинье золотое кольцо в ноздрю".
Русских солдат и офицеров, осмелившихся выходить в город, сталкивали с тротуаров. В случае сопротивления - избивали. У многих срывали погоны и оскорбляли. Не гнушались подобным и эстонские женщины.
"…будучи в Нарве во время существования Северо-Западной армии, я был очевидцем, как с офицера в 5 час. веч. на Главной улице восемь добрых, славных эстонцев срезали погоны, публика проходила мимо. Знаю случаи, когда офицера просто били, не снимая погон, и случаи, когда снимали кожаные форменные ремни. По отношению к себе испытал неоднократно матерную брань", - из письма офицера в редакцию газеты "Приневский край".
Прощай Эстония, прощай!
Подобное отношение заставляло солдат и офицеров "кучковаться". Особо "невоспитанные" обзаводились холодным и даже огнестрельным оружием.
Теперь стычки с эстонцами заканчивались далеко не всегда в пользу последних. Взбешенное такой "черной неблагодарностью" правительство Эстонии предложило военнослужащим и беженцам убираться куда подальше. Денег на дорогу предложили не клянчить, а заработать "честным" трудом.
Многие из бывших белогвардейцев приняли решение вернуться в Советскую Россию. Под покровом ночи они переходили границу. Бывший командующий Северо-Западной армией А.П. Родзянко считал, что "солдаты сильно переходят к большевикам, исключительно желая мстить эстонцам за их дурное обращение…".
В марте 1920 года все "не имеющие определенных занятий лица мужского пола", как именовали беженцев и военнослужащих, подлежали отправке на принудительные работы. Работы хоть и были на свежем воздухе, но сохранению здоровья явно не способствовали. Речь шла о валке леса и разработке торфяных месторождений. Таковых "не имеющих занятий" набралось едва пять тысяч. Это после недолгого пребывания на территории Эстонии.
Как и положено настоящим демократам - установили норму выработки. Лентяям и бездельникам, не справлявшимся с нормой, отказывали в еде. В качестве воспитательных процедур, направленных на прививание любви к труду, использовались избиения.
Сколько из пяти тысяч "не имеющих определенных занятий" смогло вырваться из этого ада? Ответа на этот вопрос нет... Статистика просто не велась.