“Нас забыли, живем как в тундре”: в поселке Дудергоф закрывают почту
0
47
В поселке Дудергоф под Петербургом закрывают почту, жители в отчаянии. С 80-х годов прошлого века они просят начальство сделать им нормальную дорогу и обеспечить транспортом, открыть медпункт, аптеку и прочие блага цивилизации, но вместо этого у них решили отнять последнее – почту.
Дудергофу больше 500 лет, он стоит на живописных холмах и озерах. Когда-то здесь была царская резиденция, до 1914 года у подножия Дудергофских высот проходили летние военные сборы, сюда съезжались дачники, особенно те, кто хотели выдать замуж дочерей.
С приходом советской власти расцвет Дудергофа закончился, но такого упадка, как сегодня, люди не припомнят. Привести поселок в порядок они просили еще прежнего губернатора Валентину Матвиенко. Вот что они писали ей в 2010 году: “В микрорайоне нет ни промтоварного, ни хозяйственного магазина, нет банковского отделения, … а обещания строительства культурно-бытового центра так и остались пустыми разговорами. Эту безрадостную картину дополняют регулярно подтопляющий одну из центральных улиц … неисправный водопровод. Все это… превращает наш красивый микрорайон в какие-то трущобы”.
Жители Дудергофа просили дать им хоть один автобус для связи с городом, открыть аптечный пункт, магазин, опорный пункт полиции, привести в порядок вокзал на станции Можайская – памятник архитектуры, "загаженный собственником так, что туда нельзя войти", установить дорожные знаки. Но из всех благ в поселке появился только магазин “Пятерочка” и скромная детская площадка.
До появления "Пятерочки" много лет жители вынуждены были ходить во временные ларьки или "стекляшки", владельцы которых, пользуясь своим эксклюзивным положением, нещадно задирали цены и торговали просроченными продуктами.
– А когда-то здесь был даже театр, – вздыхает местный житель Сергей Бондарев, – в нем бывал Лермонтов, когда приезжал на сборы, в нем танцевала Кшесинская. На этом холме – фундамент бывшей царской резиденции, Швейцарского домика, неподалеку – руины заброшенного лимонадного завода: у нас вода очень жесткая, но лимонад на ней получался отличный, им в ресторанах и в поездах торговали.
В Дудергофе официально зарегистрировано около 250 человек, реально живет гораздо больше, около 800, в летнее время – до четырех тысяч. А главное – почтой пользуется не только сам Дудергоф, но и все окрестные деревни. Вообще-то поселок считается частью Петербурга, он относится к городу Красное Село, входит в Красносельский район. Но вплотную к Дудергофу примыкают деревни, которые по сути являются его частью, как, например, деревня Вилози: у нее с Дудергофом всегда была общая школа и детский сад. Так что фактически поселок одновременно находится и в Петербурге, и в Ленинградской области. А законы в городе и области отличаются, например, областным детям полагается школьный автобус, а городским нет, хотя все ходят в одну и ту же школу. Получается, что жители пограничного поселка как бы никому не нужны – ни сельские, ни городские преимущества на них не распространяются.
Когда стало известно, что в поселок едет корреспондент сайта Север.Реалии, люди потянулись к почте – получился импровизированный “народный сход”. Почта, как выяснилось, дорога людям еще и как единственное место, где можно встретиться и поговорить. Еще недавно они ходили в библиотеку – в том же здании – и за книжками, и пообщаться, но семь лет назад ее закрыли. Вернее, перевели в школу, но ходить туда взрослые не спешат: и обстановка не та, и часы работы неудобные, да и идти далеко, в гору.
– Когда библиотеку закрыли, у нас осталось одно место общения – почта, – объясняет местная активистка Людмила Ахрименко.
– У нас это единственный социальный объект. В 2014 году нам обещали построить административное здание. У нас, начиная с 1980 года, накопилась целая куча ответов из Комитета по строительству, где нам обещают, что в административном здании будет библиотека, кабинет терапевта, почта и все необходимое. Но здание не построили до сих пор, проект устарел, и теперь его надо делать заново.
По словам начальника местного почтового отделения Маргариты Смирновой, почту закрывают, потому что сочли ее нерентабельной.
– У нас ведь план, который мы никогда не выполняли, еще в советское время. Но тогда и речи не было о закрытии – все понимали, что почта нужна. У нас и сейчас все время очереди – коммунальные платежи, посылки, пенсии, а когда сюда иностранные граждане приезжают, опять же мы их регистрируем. Но нас еще обязали продавать разные товары – понятно, что наши пенсионеры их не покупают, и уж этого плана нам никогда не выполнить.
Товары выставлены тут же – это в основном книжки для детей младшего возраста, с виду не очень привлекательные. Какой коммерческий гений вообразил, что можно их продать основным клиентам почты – пенсионерам, непонятно.
Отправить посылку и сделать перевод предлагают в Красном Селе. На поездку туда у жителей уйдет несколько часов
Из Департамента внешних коммуникаций АО “Почта России” на запрос сайта Север.Реалии пришел ответ, в котором говорится, что “формат обслуживания жителей поселка Дудергоф изменен в связи с невостребованностью стационарных почтовых услуг” и что теперь жители поселка будут обслуживаться почтальонами на дому. “Для этого сотрудники оснащены мобильными почтово-кассовыми терминалами, с помощью которых клиенты могут оплатить на дому услуги ЖКХ… налоги, штрафы ГИБДД, оформить страховку. Также клиентам на дом будут доставляться корреспонденция, печатные издания, письма, пенсии, социальные пособия”. Отправить посылку и сделать перевод предлагается на ближайшей почте в Красном Селе. Это возмущает людей больше всего: они хорошо знают, что на поездку у них уйдет несколько часов.
К тому же Маргарита Смирнова уверена, что это не имеет ничего общего с реальностью.
Они приходящих почтальонов просто не найдут
– Они таких приходящих почтальонов просто не найдут.
У нас сейчас работают двое, недавно оформились, – и то только потому, что рядышком с домом. Из Красного Села сюда за такую зарплату никто ездить не будет. У них идет ставка на двоих, а если одному работать, так это надо ежедневно 20 километров проходить, это нереально. Так что ничего этого не будет.
Ездить на почту в Красное Село тоже нереально: в поселке нет никакого транспорта, кроме электричек, да и те ходят через пень-колоду.
– У них же тут перерывы по три часа. Чтобы съездить в город в поликлинику, надо потратить целый день – выезжаешь утром, а потом болтайся, где хочешь – больше уехать не на чем. Только в деревне Вилози есть маршрутка – так до нее три километра идти! Сейчас электричка уходит в 11 утра, а следующая в 15, зимой их еще меньше будет, что хочешь, то и делай, – рассказывают жители Дудергофа. –
Мы давно просим пустить автобус, но нам отвечают – нельзя, у вас узкая дорога, и так 40 лет
Мы давно просим пустить автобус, но нам отвечают – нельзя, у вас узкая дорога, и так 40 лет. Зато, когда шоссе перекрывают, тут автобусы шпарят – будь здоров, это можно, а пустить автобус – нельзя.
Мечтают жители и о медпункте, где бы сидела хотя бы медсестра, и об участковом полицейском – когда в поселке случаются кражи, до полиции не доехать. Нина Григорьева называет положение безвыходным.
– Сколько мы писали насчет почты, насчет дороги – одни отписки. Когда власти не хотят что-то делать, у них всегда найдется причина. Говорят, здание почты ветхое, но ведь вторая половина арендуется, и арендатора никто не выгоняет.
Местный житель Борис Новожилов хорошо знает историю дома.
– Это дом сельского старосты, там вот стояла жандармская будочка, на случай, если особы царские приезжали. Дом из лиственницы, он еще 150 лет простоит. А работницы почты – великомученицы – топят дровами, и все равно холодно, туалет был на улице, да и тот разобрали. И так везде – все у нас в поселке было, а сейчас все ликвидировали: и промкомбинат, и совхоз имени Жданова, и баню за озером, и
амбулаторию, теперь вот почту отбирают. Интересно, как только за свет не заплатишь – сразу прибегают отключать, а как до почты добираться – никого не волнует.
Переживает Новожилов и за судьбу исторического поля, где шли испытания самолета Можайского.
– Правда, Шойгу там теперь устраивает свои исторические маневры, о патриотизме говорит. Но вместо того чтобы табличку повесить, что это историческое поле, охраняется государством, там свалку устроили – стыд и позор.
Люди не понимают, почему их почта вдруг стала нерентабельной – предполагают, что в этом может быть виновато неудачное административное деление.
– Нас так разделили, что иногда с одной стороны улицы Петербург, а с другой – Ленинградская область, – говорит краевед Мария Воскресенская.
– Уж лучше бы нас с соседними деревнями присоединили к Гатчинскому району, а не к Ломоносовскому, нам же до Гатчины гораздо ближе. Когда-то эти земли и были в составе Гатчинского района, потом появился город Урицк – это Лигово и город Троцк – так Гатчину назвали, и Урицку понадобились земли Троцка. Тогда-то мы и попали к Урицку, а земли за поселком Тайцы остались троцкими землями.
Получать пенсию на карту люди не хотят – все равно деньги с карты не снять, нет банкомата.
– Мы живем на Малогорской улице, у нас ни воды, ни дороги, нас вообще забыли, живем как в тундре, – говорит Татьяна Мохова. – В прошлом году засыпали дорогу крошкой, написали, наверное, что асфальт, там уже опять дырки. Теперь еще почту отнимают – просто встанем тогда повсюду в пикеты с вилами.
В Дудергофе и сегодня много памятников, говорящих о былом расцвете поселка, таких, например, как здание бывшей онкологической больницы, которое обязательно показывают всем приезжим.
Но руин в поселке значительно больше, чем так хорошо сохранившихся памятников. Поселок стоит на родниках, но водопровода почти ни у кого нет. Даже добиться установки дорожных знаков не удалось: жители просто купили их на свои деньги, установили – и только тогда Комитет по транспорту их узаконил. Но ни расширения дороги, ни автобуса добиться не удалось, и поэтому закрытие почты воспринимают тут как катастрофу.
Сегодня в России насчитывается 42 тысячи отделений. Прошлым летом президент Путин подписал Закон о преобразовании “Почты России”, с 1 октября 2019 года она стала акционерным обществом – считается, что так будет проще решать проблемы отрасли, особенно в сельской местности. На сайте “Почты России” приводятся слова генерального директора АО “Почта России” Николая Подгузова: “Мы рассчитываем, что изменение правовой формы позволит Почте России стать более конкурентоспособной и маневренной в принятии стратегических решений. Надеюсь, очень скоро эти перемены заметят и клиенты, и сотрудники компании”.
Клиенты и работники почты в Дудергофе эти перемены уже заметили.
Дудергофу больше 500 лет, он стоит на живописных холмах и озерах. Когда-то здесь была царская резиденция, до 1914 года у подножия Дудергофских высот проходили летние военные сборы, сюда съезжались дачники, особенно те, кто хотели выдать замуж дочерей.
С приходом советской власти расцвет Дудергофа закончился, но такого упадка, как сегодня, люди не припомнят. Привести поселок в порядок они просили еще прежнего губернатора Валентину Матвиенко. Вот что они писали ей в 2010 году: “В микрорайоне нет ни промтоварного, ни хозяйственного магазина, нет банковского отделения, … а обещания строительства культурно-бытового центра так и остались пустыми разговорами. Эту безрадостную картину дополняют регулярно подтопляющий одну из центральных улиц … неисправный водопровод. Все это… превращает наш красивый микрорайон в какие-то трущобы”.
Жители Дудергофа просили дать им хоть один автобус для связи с городом, открыть аптечный пункт, магазин, опорный пункт полиции, привести в порядок вокзал на станции Можайская – памятник архитектуры, "загаженный собственником так, что туда нельзя войти", установить дорожные знаки. Но из всех благ в поселке появился только магазин “Пятерочка” и скромная детская площадка.
До появления "Пятерочки" много лет жители вынуждены были ходить во временные ларьки или "стекляшки", владельцы которых, пользуясь своим эксклюзивным положением, нещадно задирали цены и торговали просроченными продуктами.
– А когда-то здесь был даже театр, – вздыхает местный житель Сергей Бондарев, – в нем бывал Лермонтов, когда приезжал на сборы, в нем танцевала Кшесинская. На этом холме – фундамент бывшей царской резиденции, Швейцарского домика, неподалеку – руины заброшенного лимонадного завода: у нас вода очень жесткая, но лимонад на ней получался отличный, им в ресторанах и в поездах торговали.
В Дудергофе официально зарегистрировано около 250 человек, реально живет гораздо больше, около 800, в летнее время – до четырех тысяч. А главное – почтой пользуется не только сам Дудергоф, но и все окрестные деревни. Вообще-то поселок считается частью Петербурга, он относится к городу Красное Село, входит в Красносельский район. Но вплотную к Дудергофу примыкают деревни, которые по сути являются его частью, как, например, деревня Вилози: у нее с Дудергофом всегда была общая школа и детский сад. Так что фактически поселок одновременно находится и в Петербурге, и в Ленинградской области. А законы в городе и области отличаются, например, областным детям полагается школьный автобус, а городским нет, хотя все ходят в одну и ту же школу. Получается, что жители пограничного поселка как бы никому не нужны – ни сельские, ни городские преимущества на них не распространяются.
Когда стало известно, что в поселок едет корреспондент сайта Север.Реалии, люди потянулись к почте – получился импровизированный “народный сход”. Почта, как выяснилось, дорога людям еще и как единственное место, где можно встретиться и поговорить. Еще недавно они ходили в библиотеку – в том же здании – и за книжками, и пообщаться, но семь лет назад ее закрыли. Вернее, перевели в школу, но ходить туда взрослые не спешат: и обстановка не та, и часы работы неудобные, да и идти далеко, в гору.
– Когда библиотеку закрыли, у нас осталось одно место общения – почта, – объясняет местная активистка Людмила Ахрименко.
– У нас это единственный социальный объект. В 2014 году нам обещали построить административное здание. У нас, начиная с 1980 года, накопилась целая куча ответов из Комитета по строительству, где нам обещают, что в административном здании будет библиотека, кабинет терапевта, почта и все необходимое. Но здание не построили до сих пор, проект устарел, и теперь его надо делать заново.
По словам начальника местного почтового отделения Маргариты Смирновой, почту закрывают, потому что сочли ее нерентабельной.
– У нас ведь план, который мы никогда не выполняли, еще в советское время. Но тогда и речи не было о закрытии – все понимали, что почта нужна. У нас и сейчас все время очереди – коммунальные платежи, посылки, пенсии, а когда сюда иностранные граждане приезжают, опять же мы их регистрируем. Но нас еще обязали продавать разные товары – понятно, что наши пенсионеры их не покупают, и уж этого плана нам никогда не выполнить.
Товары выставлены тут же – это в основном книжки для детей младшего возраста, с виду не очень привлекательные. Какой коммерческий гений вообразил, что можно их продать основным клиентам почты – пенсионерам, непонятно.
Отправить посылку и сделать перевод предлагают в Красном Селе. На поездку туда у жителей уйдет несколько часов
Из Департамента внешних коммуникаций АО “Почта России” на запрос сайта Север.Реалии пришел ответ, в котором говорится, что “формат обслуживания жителей поселка Дудергоф изменен в связи с невостребованностью стационарных почтовых услуг” и что теперь жители поселка будут обслуживаться почтальонами на дому. “Для этого сотрудники оснащены мобильными почтово-кассовыми терминалами, с помощью которых клиенты могут оплатить на дому услуги ЖКХ… налоги, штрафы ГИБДД, оформить страховку. Также клиентам на дом будут доставляться корреспонденция, печатные издания, письма, пенсии, социальные пособия”. Отправить посылку и сделать перевод предлагается на ближайшей почте в Красном Селе. Это возмущает людей больше всего: они хорошо знают, что на поездку у них уйдет несколько часов.
К тому же Маргарита Смирнова уверена, что это не имеет ничего общего с реальностью.
Они приходящих почтальонов просто не найдут
– Они таких приходящих почтальонов просто не найдут.
У нас сейчас работают двое, недавно оформились, – и то только потому, что рядышком с домом. Из Красного Села сюда за такую зарплату никто ездить не будет. У них идет ставка на двоих, а если одному работать, так это надо ежедневно 20 километров проходить, это нереально. Так что ничего этого не будет.
Ездить на почту в Красное Село тоже нереально: в поселке нет никакого транспорта, кроме электричек, да и те ходят через пень-колоду.
– У них же тут перерывы по три часа. Чтобы съездить в город в поликлинику, надо потратить целый день – выезжаешь утром, а потом болтайся, где хочешь – больше уехать не на чем. Только в деревне Вилози есть маршрутка – так до нее три километра идти! Сейчас электричка уходит в 11 утра, а следующая в 15, зимой их еще меньше будет, что хочешь, то и делай, – рассказывают жители Дудергофа. –
Мы давно просим пустить автобус, но нам отвечают – нельзя, у вас узкая дорога, и так 40 лет
Мы давно просим пустить автобус, но нам отвечают – нельзя, у вас узкая дорога, и так 40 лет. Зато, когда шоссе перекрывают, тут автобусы шпарят – будь здоров, это можно, а пустить автобус – нельзя.
Мечтают жители и о медпункте, где бы сидела хотя бы медсестра, и об участковом полицейском – когда в поселке случаются кражи, до полиции не доехать. Нина Григорьева называет положение безвыходным.
– Сколько мы писали насчет почты, насчет дороги – одни отписки. Когда власти не хотят что-то делать, у них всегда найдется причина. Говорят, здание почты ветхое, но ведь вторая половина арендуется, и арендатора никто не выгоняет.
Местный житель Борис Новожилов хорошо знает историю дома.
– Это дом сельского старосты, там вот стояла жандармская будочка, на случай, если особы царские приезжали. Дом из лиственницы, он еще 150 лет простоит. А работницы почты – великомученицы – топят дровами, и все равно холодно, туалет был на улице, да и тот разобрали. И так везде – все у нас в поселке было, а сейчас все ликвидировали: и промкомбинат, и совхоз имени Жданова, и баню за озером, и
амбулаторию, теперь вот почту отбирают. Интересно, как только за свет не заплатишь – сразу прибегают отключать, а как до почты добираться – никого не волнует.
Переживает Новожилов и за судьбу исторического поля, где шли испытания самолета Можайского.
– Правда, Шойгу там теперь устраивает свои исторические маневры, о патриотизме говорит. Но вместо того чтобы табличку повесить, что это историческое поле, охраняется государством, там свалку устроили – стыд и позор.
Люди не понимают, почему их почта вдруг стала нерентабельной – предполагают, что в этом может быть виновато неудачное административное деление.
– Нас так разделили, что иногда с одной стороны улицы Петербург, а с другой – Ленинградская область, – говорит краевед Мария Воскресенская.
– Уж лучше бы нас с соседними деревнями присоединили к Гатчинскому району, а не к Ломоносовскому, нам же до Гатчины гораздо ближе. Когда-то эти земли и были в составе Гатчинского района, потом появился город Урицк – это Лигово и город Троцк – так Гатчину назвали, и Урицку понадобились земли Троцка. Тогда-то мы и попали к Урицку, а земли за поселком Тайцы остались троцкими землями.
Получать пенсию на карту люди не хотят – все равно деньги с карты не снять, нет банкомата.
– Мы живем на Малогорской улице, у нас ни воды, ни дороги, нас вообще забыли, живем как в тундре, – говорит Татьяна Мохова. – В прошлом году засыпали дорогу крошкой, написали, наверное, что асфальт, там уже опять дырки. Теперь еще почту отнимают – просто встанем тогда повсюду в пикеты с вилами.
В Дудергофе и сегодня много памятников, говорящих о былом расцвете поселка, таких, например, как здание бывшей онкологической больницы, которое обязательно показывают всем приезжим.
Но руин в поселке значительно больше, чем так хорошо сохранившихся памятников. Поселок стоит на родниках, но водопровода почти ни у кого нет. Даже добиться установки дорожных знаков не удалось: жители просто купили их на свои деньги, установили – и только тогда Комитет по транспорту их узаконил. Но ни расширения дороги, ни автобуса добиться не удалось, и поэтому закрытие почты воспринимают тут как катастрофу.
Сегодня в России насчитывается 42 тысячи отделений. Прошлым летом президент Путин подписал Закон о преобразовании “Почты России”, с 1 октября 2019 года она стала акционерным обществом – считается, что так будет проще решать проблемы отрасли, особенно в сельской местности. На сайте “Почты России” приводятся слова генерального директора АО “Почта России” Николая Подгузова: “Мы рассчитываем, что изменение правовой формы позволит Почте России стать более конкурентоспособной и маневренной в принятии стратегических решений. Надеюсь, очень скоро эти перемены заметят и клиенты, и сотрудники компании”.
Клиенты и работники почты в Дудергофе эти перемены уже заметили.