"Торговля процветает, рестораны полны": что увидел офицер Вермахта в Витебске

Вопреки сложившимся под влиянием советской и российской пропаганды представлениям, на оккупированных фашистами во время войны территориях жизнь била ключом. Журналист Александр Никонов обратил внимание в своем блоге на документальные свидетельства о повседневной жизни на советской территории, которая была захвачена гитлеровскими войсками во время Второй Мировой войны: У нас принято называть РККА освободителями - потому что советские солдаты освободили народы от гитлеровского режима. Но тогда и вермахт надо называть освободителями - на том же основании: немецкие солдаты освободили (пусть на время) часть советского народа от сталинского режима. Поэтому и встречали советские люди немецкую армию цветами и хлебом-солью. Кстати, почему немецкую? Среди воевавших против большевизма на стороне немцев были сотни тысяч русских! Я приведу воспоминания русского офицера вермахта, который руководил разведшколой, набиравшей добровольцев для засылки в тыл Советской армии. Он очень интересно описывает быт и настроения на оккупированных территориях. Дмитрий Каров прибыл на советскую оккупированную территорию в августе 1941 года. На ней он застал озлобленных на Сталина и НКВД людей, большинство из них с лёгкостью соглашались работать на Германию. Также активно бывшие советские люди принялись строить при немцах народный капитализм: «Мы прибыли в деревню Глинки. По пути нам встретился отряд советской кавалерии. Его сопровождали несколько немецких артиллеристов. Они объяснили мне, что ведут пленных в лагерь. На мой вопрос не опасаются ли они, что кавалеристы убегут, артиллерист ответил мне, что весь отряд сдался добровольно, перебив предварительно своё начальство. Первым моим агентом стал пожилой крестьянин Семён. Он сказал, что будет работать, так как считает, что коммунистов надо уничтожать всеми возможными способами, но денег за это получать не желает, так как это грех. Знакомый мне по Риге переводчик создал отряд из советских военнопленных. Он рассказал, что солдаты за Сталина драться не хотят, но боятся немецкого плена. Общей мечтой было, прогнав из России немцев, перебить сталинцев и коммунистов, установить свободу, а главное – уничтожить колхозы. Агенты все без исключения были добровольцы и могли в любой момент отказаться от работы, причём в этом случае им обеспечивали хорошие места в тылу... Перейдя фронт три раза, можно было уйти на покой в глубокий тыл. В большинстве своём на это соглашались люди от 30 до 40 лет, смелые, но не любившие рисковать жизнью. Но все разведчики ненавидели советский режим. Характерный пример женщина по кличке Женька. Она командовала отрядом в Красногвардейске (Гатчина). Ей было 26 лет, до войны жила в Ленинграде, работала сексоткой в НКВД и немного занималась проституцией. Через фронт её заслали в начале сентября 1941 года, она сейчас же явилась в комендатуру Северской предложила работать агенткой на немцев. Она объяснила это тем, что жизнь в СССР ей страшно надоела своей серостью и скукой, и она уверена, что своей хорошей работой сумеет заслужить себе доверие, а после окончания войны – обеспеченную жизнь за границей. В 1943-м Женька просила отпустить её со службы, мотивируя просьбу большой усталостью, и отправить жить в Германию. Просьба её была исполнена, и кроме того, она получила крупную денежную награду Женька и сейчас (1950 год) живёт в Германии, имеет хорошо налаженный и приносящий доход магазин дамского белья. В начале апреля 1942 года я приехал в Чудово. В нём жило 10 тысяч гражданского населения. Управлял им выбранный русский бургомистр... Хуже всего жилось интеллигенции Чудова, ранее служившей в советских учреждениях. Население считало их дармоедами, и никто не хотел им помочь. В большинстве своём интеллигенция была противной и самоуверенной, но настроенная антисоветски. Монархии они не желали, Сталина – тоже. Ленин и нэп – вот что было их идеалом. Очень хорошо жилось торговцам и ремесленникам. Приходилось удивляться изобретательности, которую они проявляли. Я видел мастерскую дамских платьев. Другие открыли рестораны и чайные дома. Были меховщики, золотых и серебряных дел мастера. Все купцы ненавидели советскую власть и желали только свободы торговли. Советские чины НКВД, с которым я беседовал на допросах, говорили, что после крестьянства Сталина больше всего ненавидели рабочие и что сексотов НКВД нередко убивали на фабриках. Ремесленникам в Чудове жилось прекрасно. Часовщики, сапожники, портные были завалены работой. Торговля процветала на удивление: лавки и магазины были повсюду. Предприимчивые купцы «по-чёрному» ехали из Витебска в Германию, Польшу, Австрию, а иные добирались и западнее, закупая там товары, которыми бойко торговали у себя. В обороте были немецкие марки (настоящие и оккупационные), русские рубли (бумажные и золотые – последних, к моему удивлению, было очень много). В городе были 2 или 3 больницы, запущенные из-за недостатка средств, но с очень хорошими докторами, которых немцы постоянно приглашали к себе для консультаций Было и несколько частных больниц очень хороших и дорогих, которые обслуживали главным образом спекулянтов. Перед вокзалом стояли носильщики и извозчики, а также бойкие молодые люди, предлагавшие перевозку на немецких автомобилях, принадлежавших казённым учреждениям и стоявших со своими немецкими шофёрами на соседних улицах в ожидании клиентов (как с этим явлением не боролась полиция, поделать ничего не могла: уж больно любили немецкие шофёры водку). Отойдя немного дальше от вокзала, я был поражён обилием чайных и маленьких подвальных ресторанов. Цены были большие, но все эти заведения были полны народу и всюду там пили водку (польскую), самогон, немецкое пиво и балтийское вино из фруктов. Еда в этих ресторанах тоже была в изобилии. В Витебске имелись и публичные дома, причём отдельно для немцев и русских. Там нередко происходили страшные драки: русские штурмовали публичные дома для немцев. Кинотеатры были, только фильмы в них шли немецкие, но, правда, с русскими подписями. Было также два русских театра, пользовавшихся большим успехом. Во многих кафе и ресторанах по вечерам устраивались танцы. Помимо множества немецких солдат было очень много в городе и русских военных. Больше всего обращали на себя внимание казаки, носившие папахи, шашки и нагайки; кроме того, это были самые большие скандалисты... Имелись отряды нацменов, состоявшие из казахов и особенно татар. Много они не воевали, а больше несли службу по охране складов... В Витебске тогда были расквартированы: 622-625 казачьи батальоны, 638 казачья рота, 3-6/508-я туркестанские роты снабжения, 4/18 волжско-татарская строительная рота, восточные роты – 59-я, 639-я, 644-я, 645-я охранные, 703-я учебная, 3/608-я снабжения.» Подробнее эти свидетельства опубликованы в блоге «Толкователь».