«Козаков был без памяти от Вертинской»: пять закулисных фактов о фильме «Безымянная звезда"

   Двухсерийная мелодрама с Игорем Костолевским и Анастасией Вертинской в главных ролях впервые вышла на экраны в далеком 1978 году, но до сих пор трогает сердца. Снятый по мотивам одноименной пьесы румынского писателя Михаила Себастьяна, этот фильм стал режиссерским дебютом Михаила Козакова. Он и сам сыграл в картине одного из ключевых персонажей: мастерски исполнил роль Грига, вырвавшего легкомысленную красавицу Мону из объятий простодушного Марина Мирою. В центре сюжета –​ красивая и в прямом смысле разбившаяся о быт​​​​​​ история несчастной любви девушки, привыкшей жить в роскоши, и бедного учителя астрономии. Но мало кто знает, что любовные драмы кипели не только в кадре, но и на съемочной площадке «Безымянной звезды». Об этом и многом другом читайте в нашем материале.

1. К «звезде» через тернии цензуры
«Безымянная звезда» проделала долгий и непростой путь от театральных подмостков на экраны. Эту пьесу (кстати, единственную из шести, которая стала по-настоящему известной) румынский драматург Михаил Себастьян написал в 1942 году. Постановки «Безымянной звезды» с успехом шли как на родине писателя, так и в Советском Союзе. В 1956 году этот спектакль буквально спас БДТ от закрытия. Только заступивший на пост худрука Георгий Товстоногов вынужден был всеми силами завлекать зрителей в почти забытый ими театр, и «Безымянная звезда», которую режиссер представил как легкую комедию, оказалась той самой волшебной палочкой. Зрители приняли пьесу с восторгом, и уже к началу 1957 года спектакли в БДТ шли при полных залах.


Именно на эту постановку Товстоногова обратил внимание молодой актер Михаил Козаков. В 1956 году он окончил Школу-студию МХАТ и сразу же получил роль Гамлета. Позднее актер вспоминал: «Мне было 22 года. Поехал в Гагры
отдыхать и готовиться к роли. В Доме творчества писателей отдыхала ленинградская актриса Нина Ольхина. Она как раз получила роль Моны в спектакле, который ставил Товстоногов. Нина сказала: «Ребята, у меня такая пьеса! Давайте я вам прочту!» И я впервые услышал «Безымянную звезду». Я в нее влюбился!».

Прошло несколько лет, но мысль о том, что «Безымянная звезда» непременно должна «засиять» и на экранах, не покидала Козакова. В конце 1960-х годов он твердо вознамерился снять по пьесе телеспектакль. В образе Моны Козаков с самого начала видел Анастасию Вертинскую, а роль скромного учителя астрономии хотел отдать Олегу Далю. Сценарий будущей картины был готов в 1970 году – его написал известный советский драматург и киносценарист Александр Хмелик. Казалось, проект Козакова был обречен на успех, но случилась неприятность. Именно в тот период на пост председателя Комитета по радио и телевещанию пришел Сергей Лапин, известный своей жесткой цензурой.

Нового начальника в картине многое смущало, и это неудивительно. В 1970-е годы в СССР шла активная борьба с диссидентством, которая не обошла стороной кино и телевидение. Все сценарии тщательно вычитывались, редакторы повсюду старались углядеть аллюзии и параллели с советскими реалиями. Так, многих смутил момент с прибытием поезда, на котором приезжает главная героиня. Если в пьесе Себастьяна на перроне в этот момент появляется лишь пара зевак, то в сценарии Хмелика поглазеть на экспресс приходит чуть ли не все население провинциального городка. Конечно, многие провели параллель с «железным занавесом» и повышенным интересом советских граждан ко всему зарубежному, роскошному и недоступному.

В итоге Козакову запретили даже думать о съемках. Он продолжал настойчиво подавать заявки, их так же неуклонно отвергали. Борьба актера с цензорами длилась целых восемь лет. И только в 1978 году Козакову подвернулась удача в  лице главного редактора Свердловской киностудии Геннадия Бокарева. Он высоко оценил сценарий и предложил Козакову снять картину за счет своей киностудии, но на базе «Ленфильма» – и не телеспектакль, а именно полноценное кино. Так началось долгожданное восхождение «Безымянной звезды» на голубые экраны.

Кадр из сериалаКадр из сериала

2. Любовь за кадром

Актерский состав будущей картины много раз пересматривался. Выбранный на роль Марина Мирою Олег Даль восемь лет спустя перестал казаться Козакову подходящей кандидатурой. Актер стал гораздо более депрессивным и предлагал снимать картину в духе Кафки, что не входило в планы режиссера. Тогда на роль Мирою пригласили Игоря Костолевского. Выяснилось, что актер уже давно мечтал сыграть эту роль. К тому моменту он уже снялся в нескольких известных фильмах, но у себя в театре Маяковского оставался на вторых ролях.

Мадемуазель Куку тоже долго искать не пришлось: Светлана Крючкова, блестяще исполнившая роль строгой классной дамы, блюстительницы морали мадемуазель Куку, дружила с Козаковым еще со времен БДТ. Кроме того, их роднило общее увлечение: оба страстно любили поэзию.

На роль господина Удри, учителя музыки и лучшего друга Мирою, первоначально утвердили Зиновия Гердта. Но в дело вмешалась болезнь, и его место занял Григорий Лямпе.

Что касается Моны, то тут все было просто и сложно одновременно. Вертинская была блестящей актрисой и невероятной красавицей. Казаков познакомился с ней на съемках фильма «Человек-амфибия». Вертинская сразу же согласилась сыграть Мону. Правда, конкурентка у нее все-таки была: поначалу Козаков подумывал пригласить на эту роль Марину Неелову. Но актриса, прочитав сценарий, честно призналась: она не понимает логики героини. Дескать, как Мона, столь эффектная, изнеженная женщина из столицы, которая с младых ногтей привыкла купаться в роскоши, в принципе могла хоть на минуту увлечься невзрачным провинциальным учителем?! Вертинская же поняла свою героиню, и ее игра в картине была поистине выдающейся. Она умела быть легкой, непринужденной, и в то же время в финальных сценах в ее глазах светилась такая искренняя и глубокая печаль и необыкновенная мудрость, что зритель понимал все переживания этой женщины без слов.

Между тем об истинных причинах такой искренней игры догадывались немногие. Так же как и о том, каким образом Козакову удается в нескольких фразах и движениях своего персонажа, который приезжает вызволять Мону из объятий настоящей любви, выдать столько страсти. Уже после смерти мэтра его близкий друг и коллега, актер Михаил Светин (он также снялся в «Безымянной звезде» в роли начальника вокзала) в интервью признался: между Козаковым и Вертинской на съемках вспыхнул бурный роман.


Кадр из сериала

«Козаков был без памяти от Насти Вертинской, – вспоминал Михаил Светин. – На съемках «Безымянной звезды» я понял, что они любят друг друга. Тогда и начались их страдания. Конечно, на площадке Миша с Настей старались не показывать своих чувств, но мы-то все видели и знали! Сразу было понятно, какую роль Козаков припас для себя. В нее точно укладывались отношения с самой Вертинской. От этого и нерв в картине сумасшедший получился. Козаков любил и страшно ревновал Настю, как и его герой. Но до женитьбы их отношения так и не дошли, вскоре после съемок Миша с Настей расстались».

Даже спустя много лет и режиссер, и актриса предпочитали не затрагивать эту тему. Когда снимали «Безымянную звезду», Козаков был женат на своей третьей жене (в течение жизни он женился пять раз), и, конечно же, роман приходилось скрывать. Поговаривают, что вскоре любвеобильный Козаков нашел себе новое увлечение, хотя также существует версия, будто Вертинская сама его отвергла. Сам артист так говорил об этой истории: «Я был очень доволен ее работой и даже влюбился, но что произошло потом – об этом не будем».

3. Ловкость рук и никакой натуры
Съемки фильма – это в большинстве случаев трудоемкий и длительный процесс. Но свою «Безымянную звезду» Козаков снял меньше чем за два месяца! Большую часть эпизодов снимали в декорациях, возведенных в павильонах «Ленфильма».

«Натурных съемок в фильме очень мало, – рассказывала в одном интервью Анастасия Вертинская. – Дом, часть сада – все это павильон. Но благодаря гениальности оператора Рерберга никто ничего не заметил. Он ставил огромные осветительные приборы, и получался дом, залитый солнечным светом».

Тем не менее, съемки на природе, конечно, тоже были. Они в основном проходили в Ленинградской области.

В качестве вокзала провинциального городка, где кондуктор высадил Мону, послужило здание станции Шувалово Октябрьской железной дороги. Оно было построено еще в начале XX века. Внутреннее же пространство вокзала снимали в павильоне неподалеку от Гатчины. Кстати, в эпизоде, где Мона стоит на рельсах, картинно собираясь свести счеты с жизнью, в кадр на несколько секунд попадают опоры контактной сети пригородной ленинградской электрички.

Дорога вдоль морского побережья, по которой Григ едет за Моной на своем роскошном кабриолете – это шоссе Солнечное – Зеленогорск в районе Репино. Оно пролегает вдоль берега Финского залива, который в фильме не отличить от моря.


Кадр из сериала

4. Фантазии сценариста
Несмотря на то, что фильм снят по пьесе, Александр Хмелик привнес в сценарий очень много собственных идей. Ряд эпизодов он сократил, зато добавил ряд сцен и даже ввел несколько новых героев. К примеру, в киноверсии присутствуют такие персонажи, как жена начальника станции Испаса и судья, которых в книге нет и в помине.

Зрители восприняли фильм с восторгом, а многие литературные критики согласились: нововведения Хмелика сделали пьесу более целостной. Благодаря мельчайшим, но важным деталям и колоритным образам персонажей (пусть даже второстепенных) создателям удалось сделать действие более логичным и последовательным.

К примеру, читая пьесу, сложно понять, что мадемуазель Куку влюблена в учителя Мирою, в то время как в фильме это доведено до драматизма. Чего стоит одна сцена, где героиня Крючковой посреди ночи врывается в дом к Мирою, чтобы застать его с незнакомкой: по ее взгляду зрителю сразу становится ясно, какую боль она испытывает. В других сценах с Костолевским она также из невзрачной, строгой классной дамы в один миг преображается во влюбленную женщину, которой не чуждо ничто человеческое.

Или взять, скажем, образ начальника станции. Благодаря тому, что в сюжете появилась жена Испаса, всем сразу стало ясно: этот человек – типичный подкаблучник. И так во всем: ни один персонаж или предмет в кадре – не лишний. В отличие от пьесы, здесь нет распыления на большое количество малозначимых героев, а малое количество декораций ничуть не портит картину. Напротив, зритель не отвлекается на то, что и так очевидно.

5. Возвращение на родину
Премьера фильма состоялась в Московском доме кино, а телеверсию впервые показали 17 февраля 1979 года по Первой программе ЦТ. Несмотря на то, никто из съемочной группы не был удостоен наград, на фестивали картину все же отправили. Примечательно, что франко-румынский фильм, снятый по пьесе Себастьяна в 1965 году (фр. «Mona, l'étoile sans nom», рум. «Steaua fără nume»), где роль Моны исполнила сама Марина Влади, не имел в Румынии такого успеха, как фильм Козакова.

Игорь Костолевский и вовсе стал в Румынии чуть ли не национальным героем. Уже много лет спустя после выхода картины, в 2006 году, голливудский режиссер румынского происхождения Роберт Дорнхельм пригласил актера на роль царя Александра I в телесериале «Война и мир».