Другой Осадчий

Когда я подходил к офису «Киммерии Волошина» в Феодосии, то показалось попал в Керчь – такая же ухоженность и фирменные красные бордюры.

И сразу понятен единый стиль – Олег ОСАДЧИЙ 17 лет правил Керчью и уже больше года поправляет ситуацию в легендарном музее всемирно известного художника, писателя и поэта Максимилиана ВОЛОШИНА, прославившего Крым далеко за его пределами. Назначение ОСАДЧЕГО по культурной линии в марте 2020 года было для многих неожиданностью – мол в этой области замечен не был – поэтому первый вопрос мой ему был именно об этом.

Как вы стали генеральным директором музея? Вы же не историк и не археолог.

Я доктор социологических наук.

Так где социология, а где Волошин?!

Социология – наука об обществе, о людях. А разве не об этом творчество ВОЛОШИНА, ЦВЕТАЕВОЙ, ГРИНА, ПАУСТОВСКОГО, крымские периоды которых объединяет «Киммерия Волошина»?

Снимаю шляпу, Олег Владимирович - это очень неожиданный и столь же логичный ответ. И что вы как доктор социологических наук тут на себя взвалили?

По большей части хозяйствование. У меня есть заместитель, который курирует науку. Есть еще по техническим сооружениям: связь, пожарная безопасность, телерадиокоммуникации. Есть который занимается чисто строительством.

Вы делегировали полномочия по направлениям профессионалам?

Есть функциональные обязанности у каждого, люди знают как это делать, имеют опыт, хотят работать. Моя задача – общее руководство и мотивации на развитие как всего дела, так и каждого сотрудника в отдельности. У нас тут нет никакой диктатуры…

Как так? Олег Осадчий есть, а диктатуры нет?

Да бросьте – ее у меня и не было никогда. Это по незнанию наговаривают. Требовательность – да, ответственность – естественно. Но если ты людям не даешь раскрыть свой потенциал, то с кем ты будешь работать? Сам за них что ли будешь головой думать? Нужно чтобы они думали и думали сами, а не по принуждению.

А вы о Волошине до того, как переступили порог музея много знали?

Знания были среднестатистическими. Теперь конечно сожалею что раньше ни к творчеству Максимилиана Александровича, ни Марины Ивановны Цветаевой не прикасался столь тесно. Это же наши, российские кладези мудрости, душевности и красоты. Очень жаль, что молодежь ими вообще не интересуется.

Ну у них Даня Милохин есть.

Кто это?

Это незнание вас характеризует положительно. А что ваш свежий взгляд год назад в музее поразило?

Запустение. Тут нитки висят, тут веревочка какая-то привязана, свет не горит. И я взялся за наследие Волошина. Я хочу, чтобы все соответствовало его величию. Посадили зеленые насаждения. Сад сделали красивый: ели, сосны.

То есть вы имеющейся внутренней наполненности придаете внешнюю привлекательность.

Да. Очень хочу, чтобы люди к нам пошли и много чтобы людей пошло. А гости воспринимают и картины, и веревочки как единое целое.  Волошин без хорошего туалета им в души не заходит?

Поэтому и уборную ставим новую – мобильную, компактную. Как в аэропортах. Просторно, горячая вода, полотенца. Гость должен быть всем доволен.

И доволен?

Ну если в 2019 году музей заработал на входных билетах 1 800 000 рублей за год, то в 2021 уже 5 000 000 за семь месяцев. 2020-й я в счет не беру – он был сложным из-за ковидных ограничений раз, и я только заступил в марте 20-го – это два. Но слух о положительных изменениях уже пошел и не только крымчане едут своими глазами посмотреть на обновленное волошинское наследие, но и с материка тянутся туристы.

Что вам сказала Арина Вадимовна – министр культуры, ваш наниматель – в личном разговоре, когда приглашала на работу? Какими пряниками заманивала?

Про пряники разговора не было.

А про что был?

«Вы пойдете? Вы справитесь?», - спросила она у меня. И я ответил: «Я пойду, и я справлюсь».

Вам было приятно что она вас пригласила?

Не скрою – было приятно.

То есть это не вы напросились на должность?

Я Арину Вадимовну до этого можно сказать что и не знал вообще.

Что чувствуете по поводу Керчи?

Что ее с 2014 года уничтожают. И это не замысел чей-то, а так получается. Я могу ошибаться, но вы же спрашиваете про мое ощущение – оно вот такое. К управлению пришли бизнесмены, а хозяйственная работа и зарабатывание денег себе в карман не одно и тоже. У меня на должности мэра города были вехи, которыми я горжусь до слез: запуск троллейбусов, водовод, благоустройство, реставрация.

А за что стыдно?

А за что может быть стыдно, когда ты все делаешь без копейки бюджетных средств? Финансирования не было вообще. Сейчас оно больше раз в сто!

То есть можно предположить, что при вас было бы в сто раз больше сделано?

Сейчас другие позиции, другое отношение, сегодня у руководителя другие права.

У вас было больше прав?

Больше. Я был хозяин.

А сейчас кто главный?

Председатель горсовета по закону главный. А за все отвечает нанятый менеджер – мэр.

Бороздин чего ушел?

Это вы у него спросите. Но он был не самый худший мэр из тех мэров которые были. Он стремился что-то делать, хотел быть нужным городу. В ситуации с ним есть объективные причины и субъективные. Упрекают, что туризм не развивал. Так Керчь никогда и не была туристическим центром. Она промышленный город, который давал 25% промышленного потенциала Крыма. При Украине все предприятия резались – просто закрывались, уничтожались, сдавались на металлолом. Мы, как могли, боролись с этим. Но предприятия замыкались напрямую на министерства в Киеве и поэтому творили что хотели. И это угробление должно было закончиться тем, чем и закончилось в 2014 году. Хорошо еще что избежали худшего варианта.  Нынешний врио – Святослав Брусаков – заявил, что он ваш ученик. Он, на мой взгляд повел себя порядочно – не стал от вас как от бывшего начальника открещиваться, несмотря на закрепившиеся в интернете связанные с вами скандальные события. Сказал, что работал с Осадчим, что это был для него отличный опыт и лучшее из семилетки заместительства он намерен привнести в нынешнюю работу. У Брусакова получится?

Думаю, получится если он подберет хорошую команду. Не по знакомству, не по блату, а по способностям. Он таких людей знает.

А если вам предложит какое-то направление возглавить, пойдете?

Нет.

Сильно полюбили Волошина?

Ну, можно и так сказать.

Советы воспитаннику даете?

Не даю и давать не намерен. Да он их и не просит.

А если позвонит.

Тогда – чем могу, помогу.

Но есть разговоры о вашем теневом управлении городом через Брусакова.

Это полная чушь. Домыслы недалеких людей.

Ну раз так, то давайте вернемся от Брусакова к Волошину. У всех в культуре проблемы с финансированием. Вы как выживаете?

Слава богу очень помогают и глава Крыма Сергей Валерьевич и министр культуры Арина Вадимовна.

Они помогают лично вам или это дань наследию Волошина?

Думаю, что «пятьдесят на пятьдесят».

А вы, заходя на должность ставили условие о финансировании?

Нет.

Ого! А что бы вы тут без денег делали?

У нас есть хороший спонсор – банк ВТБ. Так что чуть что – мы к нему.

Музейные размах и масштаб не маловаты для вас? Все-таки такая эпоха за плечами.

Я доволен.

С чем бы вам хотелось, чтобы люди вспоминали волошинский период Олега Осадчего?

Об этом еще рано говорить. Алексей САЛОВ