Галерею Айвазовского в Феодосии ждет новая жизнь
«Очень важно, чтобы наш посетитель ощутил, что он наследует сокровища русского искусства по прямой», – считает директор галереи Татьяна Гайдук.
Тех россиян, кто выбрал для летнего отдыха Восточный Крым и собрался посетить легендарную Виллу Маэстро – художественную галерею Ивана Айвазовского – ждет неприятный сюрприз. Дом величайшего мариниста закрыт, здесь идет капитальный ремонт. Но с этими трудностями нужно смириться и немного подождать. Планы реконструкции огромны, вокруг галереи со временем вырастет настоящий музейный городок со всей необходимой инфраструктурой. Но уже в следующем году нас ждет по сути новое открытие Главного корпуса галереи – знаменитого здания, построенного в стиле Ренессанса. О том, как изменится сам музей и об актуальности фигуры Айвазовского и всего русского искусства для современной геополитики «Культуре» рассказала директор Феодосийской картинной галереи имени И.К. Айвазовского Татьяна Гайдук.
— Татьяна Викторовна, планы развития галереи масштабны. Но для восстановительных работ в музеях такого уровня требуется много времени. Между тем галерея Айвазовского — одна из главных достопримечательностей не только Феодосии, но и всего Крыма. Чего ждать любителям живописи в ближайшей перспективе?
— Сейчас идут реставрационно-восстановительные работы в главном корпусе, там, где жил и работал Айвазовский и где он в 1880 году открыл свою галерею. Следующая очередь — второй корпус галереи. Это дом, находящийся по соседству, в котором жила сестра Айвазовского Екатерина Мазирова с семьей. И это пока что наиболее близкие и очень важные задачи. Главный корпус галереи будет полностью восстановлен. В последние годы он работал лишь частично: посетителям был доступен ряд комнат второго этажа и несколько залов первого этажа. И одновременно во дворе на месте каретного сарая и служебных построек идет возведение фондовых помещений. До этого фонды традиционно размещались в квартире Айвазовского в главном корпусе. Теперь мы не будем занимать фондохранилищем никакие экспозиционные залы. И это нам даст новые возможности для маневра и новых форм работы галереи, которые мы не могли себе ранее позволить из-за недостатка площадей.
— Не секрет, что дому Айвазовского не везло с ремонтами. После восстановления здания в 1945-46 годах главный корпус практически не реставрировался, были только какие-то невнятные телодвижения в годы украинской принадлежности полуострова. В результате на рубеже нулевых галерея уже находилась в плачевном состоянии.
— Действительно, в украинский период некоторые действия предпринимались. Приуменьшать их значение не совсем справедливо: были такие годы, когда находились средства на финансирование только того, что касалось украинской иконы – Тараса Шевченко – и того, что было связано с Айвазовским. Но вследствие несистемного характера – начиналось одно, потом следовало бы завершить этот процесс, но по суровой необходимости принимались за другое – особого толку не было. Теперь же все происходит системно, последовательно и многоуровнево. Восстановление касается не только помещений – будет установлена все необходимое экспозиционное и климатическое оборудование. В музейной практике здания делятся на две группы – мемориальные помещения, приспосабливаемые под музеи, и специально построенные здания. Мемориальные строения имеют свое очарование, но, к сожалению, они бывают недостаточно оснащены. А технологические музейные здания великолепно оборудованы, но не имеют исторического шарма. Я надеюсь, что после капитального ремонта мы будем прекрасно сочетать количество и качество музейной начинки с мемориальностью. И это будет здорово.
Главный корпус, который мы откроем в первую очередь, это, в основном, произведения самого Айвазовского. Представить его более полно, чем было ранее, невозможно: наши посетители были ограничены только в доступе к графике, которую в принципе запрещено экспонировать более двух недель подряд. Но впечатления, которые получат посетители после нового открытия, будут несравнимы с тем, что их ожидало прежде. Мы смонтируем принципиально новую систему освещения в главном выставочном зале с фонарем — прозрачным потолком, в котором это освещение будет меняться в зависимости от того, как светит солнце, есть ли на небе облака или тучи. Мы забыли, как это было. В последние годы стеклянный фонарь загрязнился, из-за аварийного состояния его было нельзя вымыть и почистить. На самом деле в этом зале картины жили своей жизнью, постоянно менялось их восприятие, потому что Айвазовский работал с эффектами освещения. И теперь так станет вновь.
Во-вторых, несмотря на то, что посетители увидят все того же Айвазовского, экспозиция будет выстроена иначе. Прежнее построение являлось вынужденным: картины очень большие и они были развешаны в помещениях исходя из простого соображения – входит то или иное полотно в конкретный зал или нет. Переместить их на какое-то другое место не представлялось возможным. В результате прежней развеске не хватало стереоэффекта, когда одна работа усиливала впечатление от другой. Теперь я надеюсь, что мы такого эффекта добьемся и не будем ограничены тем, в какой зал можно физически поместить ту или иную картину.
Конечно, Айвазовский настолько велик, что его творчество само по себе, безо всяких комментариев и технических ухищрений, производит на человека оглушающее впечатление. И я завидую тем, кто впервые приезжает к нам. Я выросла здесь и у меня не будет возможности с моим опытом и знаниями живописи и творчества маэстро просто прийти сюда и вдруг неожиданно увидеть все это новым взглядом. Это мечта любого директора художественного музея, которой не дано осуществиться. А пришедшие в новую экспозицию посетители получат культурный шок в самом лучшем смысле слова.
— Как себя чувствует коллектив галереи в непривычный период вынужденного простоя?
— Продолжает работу наша научная часть. Все находятся в ожидании новых перемещений, построения новой экспозиции. И эта работа напряженная. Часть наших работ сейчас экспонируется в Севастополе, эта выставка очень успешна. Разрабатываются планы обратной транспортировки полотен в главный корпус. Это сложно: все-таки наши картины "в возрасте". Мы работаем в реставраторами, дружим с Саратовским художественным музеем и очень благодарны за помощь их специалистам, которые произвели осмотр и выдали рекомендации. Вскоре после запуска главного корпуса мы открываем музей-квартиру первого директора, художника Николая Барсамова, который в нашей галерее по значению – второй после Айвазовского. Мы разбираем его архивы – это живая история галереи на протяжении 45 лет жизни Николая Степановича. Словом, сейчас у нас огромное количество осуществляемых планов.
— Ремонт это всегда хлопоты и трудности. А есть ли какие-то приятные моменты?
— Несомненно. Только сейчас завершили работу специалисты, которые потрясающе отреставрировали керамическую скульптуру на фасаде – фигуры муз, размещенные на двух балконах. Что такое керамика? Это глина – хрупкая и недолговечная. И представьте: эти скульптуры пережили гражданскую войну, Керченско-Феодосийскую десантную операцию, немецкую оккупацию, когда была практически разрушена вся береговая часть Феодосии. Они отреставрированы блестяще. И станут подлинным украшением нашего и без того красивого, импозантного фасада.
— Галерея Айвазовского всегда славилась отменной издательской программой. Для провинциального музея — случай нечастый.
— Это никуда не ушло. К открытию галереи – может, не день в день, но в тот же год – мы выпустим издание, соответствующее высокому статусу события. У нас есть линейки подарочных альбомов, более демократичных сборников репродукций, альбомчиков, календарей, открыток и постеров. Они пользуются большой популярностью, и когда летом я иду к галерее и мне через одного попадаются прохожие с нашими изданиями, меня это очень радует. Хотя работать с Айвазовским в полиграфии чрезвычайно сложно: репродуцирование его работ даже в весьма солидных каталогах, как правило, не выдерживает сравнения с оригиналом. У нас — получилось. Ведь если посетитель покупает альбом и сразу же видит, что репродукции драматически не соответствуют подлинникам и их можно идентифицировать и соотнести только по названиям, это нехорошо.
— Возрождение галереи Айвазовского — один из примеров восстановления всего Крыма. Каким вы видите ее будущую жизнь из директорского кресла?
— До сих пор мы по объективным причинам, о которых я уже говорила, не могли показать нашу коллекцию, как должно. Но после завершения ремонтно-восстановительных работ, надеюсь, это произойдет. Ведь сейчас особенно важно вывести Айвазовского из какого-то плоского открыточного образа, предоставить его фигуре соответствующие ей объем и полноту. Иван Константинович это не просто впечатляющие марины и романтические переживания. Фигура Айвазовского чрезвычайно актуальна до сих пор. Начиная с восемнадцатого века Россия укрепляет свой международный авторитет и значение. И всегда эти ее действия имеют выраженное противодействие со стороны остального цивилизованного мира. В прошлом культивировался карикатурный образ «русского невежества», на котором набирали очки очень многие западные влиятели на обывательские умы. В двадцатом веке ими продвигались медведи, разгуливающие по улицам наших северных городов. Теперь мы видим нечто подобное в более «цивилизованной» форме, но такое же по содержанию: журналисты задают российским представителям одни и те же вопросы, адекватные ответы которых сами репортеры не готовы услышать. Раньше был медведь с балалайкой. Теперь журналисты в своих репортажах рисуют мощное государство, обладающее развитым потенциалом, в том числе и военным. Но все такое же дремучее, неразвитое. Это ужасно. Известно выражение одного из русских императоров о том, что у России нет союзников кроме армии и флота. Этот тезис можно перефразировать: кроме армии, авиации и флота, и плюс – прекрасной русской культуры. Которая является важным инструментом разрушения навязываемого миру имиджа России. Айвазовский как был на этом посту в позапрошлом веке, так и остается на нем своим творчеством и сейчас.
И другое явление, которое исключительно ценно для галереи – киммерийская школа живописи, появившаяся на рубеже 19 – 20 веков и развивающаяся поныне. У нее появляются новые адепты, и новые поколения создают свои шедевры. Задача галереи, в фондах которой хранится замечательное коллекция киммерийских художников, показывать это наследие, демонстрировать, что с уходом из жизни Ивана Константиновича процессы в художественной жизни Крыма не прекратились. Я надеюсь, что по окончании реконструкции мы сможем лучше и больше показывать наших художников более позднего периода. Ведь это именно то, что продолжает прекрасную традицию русского живописного искусства. То, что формирует патриотическое мировоззрение. Характерный признак современного общества — некоторая размытость гражданской позиции. Не стану рассуждать, хорошо это или плохо. Но в моем представлении, когда посетитель-россиянин приходит к нам в галерею, видит удивительные произведения, которые являют собой сокровища духа и живописной школы, очень важно, чтобы он ощутил, что наследует их по прямой.
Фотографии предоставлены Феодосийской картинной галереи имени И.К. Айвазовского.