Дневник блокадника Николая Филиппова
Вторник 30 декабря 1941 года.
Ясное, звездное утро, на небе светит ярко луна, мороз -22°, дует северный ветер.
По направлению Колпино слышна орудийная кононада, изредка стрекочет пулемет, по радио сегодня передавали что, наши войска берут трофеи, противник на отдельных участках фронта бежит.
Сегодня удалось купить 1 кg хлеба за 250 рублей, хлеб это наше спасение. На заводе было совещание где обсуждался, вопрос об ускорении изготовления установки для выделки дрожжей. Настроение масс подавленное, все говорят что наши не могут прорвать блокады, что мы будем голодать еще больше. Сегодня Половцев В. М. пришел на работу 15−45 т. к. трамваи и поезда неходили, все стоит, город как мертвый, на улице жутко. Миша говорит что с 31/XII будут хоронить в одну могилу по 15 человек т. к. ни каким силам не справится со все увеличивающееся смертностью, люди мрут как мухи.
Сегодня все передавали, что наше Советское информбюро сообщало: что американцы об’явили один свой город свободным, потому что его один раз бомбили японцы и не желая население подвергать опасности они его сдали, вот это дескать, любят свой народ вот это правильно. Получки еще не дали, будем ждать.
Сегодня получил карточки, это почти жизнь, как все-таки тяжело ждали, ждали хорошей жизни во всем себе урезывали и получили медленную, продуманно, мучительную, смерьть.
Среда 31 декабря 1941 года
Звездное без луны утро — мороз -23°, небольшой северный ветер, очень холодно, страшно стынет лицо.
Наконец дали получки за 10/XII и 25/XII получали в кассе завода, получил вместе за отпуск конспенсацию и сегодня-же дали премию за штамповочные прессы, вновь установленные на заводе, дело было большое и интересное, за это и стоило дать премию.
Наше правительство, во всем и на всех экономит, В. М. Половцев должен был получить 1-ю категорию, но ему в ней отказали, взрослый мужчина, плакал горькими слезами, мне было больно смотреть, на унижение которое испытывал Половцев. Я пошел к Зубатову (Глав. Мех. завода) и поставить вопрос ребром, или 1-ю категорию или перевести в цех, где он наверняка получает ее. Зубатов в 1-ой отказал, не соглашался и на перевод, пришлось крупно поговорить, сильно поругатся, но я своего добился его перевели в цех № 28 (Рем) в качестве мастера токарного участка, Вяча очень доволен, человек сразу приобразился, ведь всетаки надбавка 150 грамм, сыграет свою роль.
Штернберг В. И. как передают умерает голодной смерьтью, ему из завода возят кашу и суп, вот эти он и питается, на днях, достали в лаборатории патаку, небольшую бутылочку, которую нужно было свезти Штернбергу, поручили это дело, Федорову И. Н. я бы сказал первому прохвосту, он на людях не удержался и с’ел 2 столовых ложки патоки об’ясняя это пробой, кто может поручится что он не пробует супы и каши которые получает Штернбергу.
Мой конструктор Павел Иванович Виноградов, стал совсем прозрачный он кушает, только свои ремни из которых делает студень, такие молодые, а выглядят как старики. Большинство городских приезжают на службу, следует извинить меня, я оговорился, не приезжают, а приходят на службу, с грязными руками и не мытым лицом, в домах нет воды, люди сидят с коптилками нет электричества.
Сегодня днем немец, сильно обстреливал район Обуховской станции, в результате, я слышал что им разбиты 2 дома в Александровской колонии и есть еще, кое какие, повреждения.
Сегодня встреча Нового года, а люди даже об этом и не думают, жрать, нечего, не идет в голову и Новый год. Зырин В. В. достал мне 6 кружек пива, принес домой и часов в 9 вечера я, Папа и Готя, Миша отказался, принять участие, сели за стол выпили это пиво и по 100 грамм белого вина, еще ранее заработанного и с’ели по кусочку селедочки, на столе больше ничего не было, все остальные спали, боясь расходовать свои силы. В 11 часов легли спать, в 12 ч. 00 м. поднялась страшная орудийная каннанада, стреляли орудия все систем и калибров, это наши делали Новогодний подарок немцам, я считаю что это очередная глупость, фасон и задор никому не нужный. Утром по радио сообщили что наши войска взяли город — крепость Керьч и город Феодосию, что Крым постепенно освобождают от окупантов, одновременно, был взят…
Блокадные дневники, семейные фотографии, документы в коллекцию музейно-выставочного комплекса «Оборона и блокада Ленинграда» передала правнучка Николая Филиппова Александра Черноглазова.
Ранее опубликованные части дневника Николая Филиппова: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4.