«Отстаивайте же Севастополь!»: какую роль сыграл вице-адмирал Владимир Корнилов в Крымской войне
215 лет назад родился вице-адмирал Владимир Корнилов — выдающийся российский военный деятель, начальник штаба Черноморского флота и один из руководителей обороны Севастополя в ходе Крымской войны. Изначально в нём не рассмотрели военных талантов. Корнилов с трудом поступил в Морской кадетский корпус, а затем был уволен из Гвардейского экипажа. Однако один из первооткрывателей Антарктиды Михаил Лазарев увидел в Корнилове перспективу и вырастил блестящего офицера, который предотвратил быстрое взятие Севастополя англо-франко-турецкими войсками и оказал тем самым огромное влияние на весь ход Крымской войны.
Владимир Корнилов родился 13 февраля 1806 года. Точное место его рождения достоверно неизвестно. По одной версии, он появился на свет в семейном имении Ивановское Тверской губернии, согласно другой — в Иркутске. Его отец, Алексей Корнилов, после многолетней службы на Балтийском флоте вышел в отставку, став иркутским и тобольским губернатором.
Скрытый талант
В 1818 году Владимир Корнилов по настоянию отца подал прошение о зачислении в Морской кадетский корпус, однако три года вынужден был довольствоваться статусом кандидата в воспитанники, получая домашнее образование и усердно занимаясь изучением политических наук, а также французского и английского языков. Зато в 1821 году он был зачислен сразу в старший класс корпуса.
После выпуска Корнилов некоторое время служил на кораблях Балтийского флота, а затем был прикомандирован к элитной воинской части — Гвардейскому экипажу. Однако вскоре он был уволен с формулировкой: «за недостаточной для фронта бодростью». Историки предполагают, что молодой мичман мог пренебрегать своими обязанностями, разочаровавшись в военной службе из-за муштры.
В 1826 году Владимир Корнилов по протекции отца стал кандидатом в члены экипажа одного из лучших кораблей российского флота — «Азова», которым командовал один из первооткрывателей Антарктиды, капитан 1-го ранга Михаил Лазарев. Несмотря на неблаговидные моменты в послужном списке молодого офицера, Лазарев зачислил Корнилова в состав своей команды.
Сначала отношения Корнилова с командиром складывались не лучшим образом. Молодого человека со светскими манерами тяготили рутинные обязанности, он не находил общего языка с сослуживцами, а свободное время проводил за чтением модных французских романов. Всё закончилось разговором «по душам»: Лазарев объяснил подчинённому, что если тот желает продолжать службу, то должен изменить свои взгляды на жизнь. Капитан отправил за борт французские романы и вручил Корнилову книги по морскому делу. После этого молодой офицер занялся учёбой и стал серьёзно относиться к своим служебным обязанностям.
20 октября 1827 года мичман Корнилов отличился в ходе Наваринского сражения, в котором русско-англо-французская эскадра разгромила турецкий флот. Корнилов командовал тремя пушками и, по словам Лазарева, руководил как «весьма деятельный и храбрый офицер». По итогам своего боевого крещения Корнилов был награждён орденом Святой Анны 4-й степени.
Продолжив службу на «Азове», Корнилов вскоре был произведён в лейтенанты. По завершении кампании на Средиземном море и возвращении в Кронштадт Лазарев дал ему высокую рекомендацию: «Весьма деятельный и по познаниям своим искусный морской офицер, которому также с надеждой можно доверить командование хорошим военным судном». Так Корнилов стал первым командиром парусного корабля «Лебедь».
В 1833 году по предложению Лазарева он перевёлся на Черноморский флот и вскоре получил задачу провести разведку и опись вражеских укреплений в районе Босфора и Дарданелл. Карта, в составлении которой он принимал участие, была высоко оценена императором Николаем I.
Заняв должность командира брига «Фемистокл», Корнилов был командирован в распоряжение русской миссии в Турции. Молодой, но требовательный капитан сумел в короткий срок не только обучить и сплотить свой экипаж, но и оказывал поддержку российским дипломатам в Средиземноморье.
Некоторое время он командовал корветом «Орест» и фрегатом «Флора», а в 1838 году был назначен командиром одного из лучших российских судов того времени — линейного корабля «Двенадцать апостолов».
Корнилов неоднократно становился начальником штабов действовавших в Чёрном море эскадр, руководил подготовкой морских десантов в ходе Кавказской войны. В свободное от основных обязанностей время он переводил с иностранных языков научные труды по морскому делу, сопровождая их своими аналитическими рекомендациями.
В 1846 году Корнилов был направлен в Англию, чтобы контролировать строительство заказанного для Черноморского флота пароходофрегата «Владимир». Два года спустя он привёл корабль в Россию и вскоре был произведён в контр-адмиралы.
«Отстаивайте же Севастополь!»
В 1848 году освободилась должность начальника штаба Черноморского флота. Лазарев, который уже долгое время командовал флотом, предложил на это место кандидатуру Корнилова. Однако у Корнилова нашлось немало недоброжелателей, упрекавших его в чрезмерном честолюбии, поэтому лишь в следующем году он был официально назначен исполняющим обязанности, а ещё через год стал полноправным начальником штаба.
На посту начальника штаба Корнилов развил активную деятельность. Он опекал военно-морские учебные заведения и лично выходил в море с их воспитанниками, заботился о техническом состоянии кораблей, уделял внимание вопросам санитарной службы и продовольственного обеспечения моряков.
В 1851 году его учитель, Михаил Лазарев, умер. Новым командующим стал Мориц Берх, большую часть жизни руководивший береговыми учреждениями. По одной из версий, Корнилова считали слишком молодым для официального командования флотом. Но, поскольку у Берха отсутствовал командный морской опыт, практически вся полнота власти на Черноморском флоте перешла к Корнилову. В итоге личный состав флота ориентировался на указания не Берха, а начальника штаба. Вскоре Корнилов был произведён в вице-адмиралы.
В тот же период жизни он работал над проектом нового Морского устава, выступая категорически против телесных наказаний матросов за небольшие проступки.
В 1853 году Турция объявила России войну, которую впоследствии назовут Крымской.
«В начале военных действий Корнилов командовал отрядом паровых кораблей в Чёрном море. Входивший в отряд пароходофрегат «Владимир» принял участие в первом в мире бою паровых кораблей и захватил турецкий пароход «Перваз-Бахри». Бой показал важность развития пароходного флота», — подчеркнул в разговоре с RT председатель Московского клуба истории флота Константин Стрельбицкий.
Вместе с тем у Корнилова сложились натянутые отношения с Александром Меншиковым — морским министром, командовавшим российскими войсками в Крыму. Даже после вступления в войну с Россией Англии и Франции тот отказывался верить в возможность высадки противника на полуострове и злился на Корнилова, готовившегося к активной обороне. Начальник штаба флота тем временем устанавливал береговые посты и проверял боеспособность артиллерии. Когда Меншиков захотел отослать из Севастополя военного инженера Эдуарда Тотлебена, Корнилов оставил выдающегося фортификатора в городе и вместе с ним занялся возведением новейшей системы укреплений.
И даже когда англо-франко-турецкий флот подошёл к Крыму, Меншиков, опасаясь проявлять инициативу, запретил предпринимать какие-либо меры против морских сил противника. В результате враг беспрепятственно высадился в районе Евпатории.
«Корнилов был сторонником нападения на англо-французский флот в тот момент, когда он перевозил десант. При известной доле удачи это нападение могло бы принести серьёзные плоды, потому что англо-французские корабли были переполнены пехотой. Но проигрыш этого сражения мог бы привести к быстрому падению Севастополя», — рассказал в беседе с RT профессор СПбГУ, доктор исторических наук Кирилл Назаренко.
После поражения российских войск в сражении на Альме Меншиков приказал затопить корабли Черноморского флота в Севастопольской бухте. А когда Корнилов возмутился, Меншиков предложил ему уехать к семье в Николаев.
«Это самоубийство… то, к чему вы меня принуждаете… но чтобы я оставил Севастополь, окружённый неприятелем, — невозможно! Я готов повиноваться вам», — заявил Корнилов в ответ.
В дальнейшем Меншиков увёл основные силы армии из Севастополя, не назначив единого руководителя обороной города. Под командованием Корнилова оказалось Северное укрепление, а под командованием Павла Нахимова — южные рубежи. Кроме того, в городе находились начальник гарнизона и порта. Когда стало ясно, что вражеская коалиция обойдёт город с юга, Корнилов перебросил на помощь Нахимову сформированные из матросов батальоны. И Павел Нахимов, и начальник севастопольского гарнизона Фёдор Моллер объявили о том, что будут подчиняться Корнилову как общему руководителю обороны города.
За считаные дни были возведены новые укрепления. По словам самого Корнилова, за неделю было сделано больше, чем за весь предыдущий год. Несмотря на то что гарнизон Севастополя в несколько раз уступал по численности нападавшим, ему удалось не допустить штурма города с ходу. Благодаря организованной Корниловым активной обороне противник нёс значительные потери. Однако 5 октября 1854 года Корнилов погиб в результате смертельного ранения, полученного во время бомбардировки противником Малахова кургана.
Вице-адмирал умер со словами: «Отстаивайте же Севастополь!» На его похоронах солдаты и матросы плакали, называя Корнилова своим отцом.
По словам научного директора Российского военно-исторического общества Михаила Мягкова, благодаря мужественным и грамотным действиям Корнилова вражеская коалиция не смогла с ходу взять Севастополь, длительная оборона которого повлияла на весь дальнейший ход Крымской войны и позволила, несмотря на итоговое поражение, завершить её не на катастрофических для России условиях.
«Корнилов сохранил честь нации, честь флага. Оборона Севастополя известила весь мир о мужестве российского солдата», — резюмировал Мягков.