дочь адмирала
13 июля 1946 года полковник Алексей Брюханов, возглавлявший советскую репатриационную миссию в британской зоне Германии получил недвусмысленный приказ:
О деятельности Е.А. Жуковской-Босс в оккупированной Евпатории в сети довольно много информации, процитирую один из источников, опубликованный А.Н. Стомой:
Найденная мной в архиве Бад Арольсена анкета позволяет частично прояснить биографию и послевоенную судьбу Жуковской, хотя темных пятен все равно остается предостаточно.
Начнем с фамилии: на самом деле она пишется не Босс, а Боос - достаточно распространенная немецкая фамилия в Крыму. Со слов Жуковской ее покойного мужа звали Карл Боос. Тем не менее чередование фамилий все равно не вполне ясно: она сама урожденная Нидермиллер, затем Жуковская, Боос, а дочь и вовсе Зубенко. Расплывчата и дата рождения: в советском документе фигурирует 1912 г., в немецких - 1911 и 1907 (два раза).
Вице-адмирал Александр Нидермиллер родился в 1851 г., его супруга Лидия - в 1862 г. У них были дети - сын Владимир (погиб в цусимском сражении), дочери Лидия и Ольга (1887 г.р.), обе во время первой мировой войны были сестрами милосердия и были награждены георгиевскими медалями. Елена же скорее годится вице-адмиралу во внучки, чем в дочери (с другой стороны - у нее самой есть дочь, уже закончившая в 1939 году школу).
И вице-адмирал, и его супруга, и дочери Лидия и Ольга успели уехать из СССР в конце гражданской войны и поселились в Берлине (Ольга ненадолго покидала в Германию в 20-х, и, возможно, именно из-за этого осталась с нансеновским паспортом, не получив немецкий). Вице-адмирал умер в 1937 г., его вдова - в 1942 г.
Согласно бад-арольсенской анкете Елена закончила школу в Симферополе, до ноября 1942 года проживала в Евпатории, где была домохозяйкой, затем перебралась в Берлин, где остановилась у сестры и заболела. Согласно адресной книге Берлина на 1943 г. Лидия Нидермиллер-младшая действительно жила в Берлине по тому же адресу, что и ее родители прежде - Курфюрстенштрассе 140 (отметим в скобках, что "следователь СД Елена Босс" упоминается в воспоминаниях подпольщиков об оккупированном Могилеве, но и здесь не ясно, это остановка Елены по дороге из Евпатории в Берлин или в Могилеве действовала ее тезка).
С ноября 1943 по 1945 гг. Елена, с ее слов, служила переводчицей в берлинской газете "Русское слово". Очевидно, имеется в виду "Новое слово". С марта 1945 по март 1947 г. она жила в "Бринкмане под Бременом" (вероятно, в Бринкуме), что означает, что наводка Брюханову из Москвы была верной. Там она была домработницей. В марте 1947 года она прибыла в Ашаффенбург из нижнесаксонского Тоштедта. В качестве гражданства она указала немецкое, но подтверждающего этого документа у нее не было. В Ашаффенбурге она работала домашней портнихой, но на момент заполнения анкеты была безработной. В анкете указано, что Елена Алиса Боос не хочет возвращаться в СССР по политическим причинам, а хочет эмигрировать в Австралию.
Последний документ в деле датирован 27 июня 1950 г. Среди прибывших в Австралию эмигрантов Елену Боос мне найти не удалось. Однако, в сети доступны несколько адресных книг Ашаффенбурга. В книге 1953 г. по указанному в анкете адресу Елена Боос не проживала (впрочем, возможно, квартиросъемщики в книге вовсе не указывались). Зато в книге 1956 г. фигурирует некто Элизабет Боос, она же "сестра М[ария] Гермелла", в качестве адреса указана городская больница. Других Боосов в Ашаффенбурге не было ни до того, ни после.
Могла ли каратель из Евпатории закончить свою жизнь в качестве монахини? Этот вопрос, как и многое другое в биографии дочери адмирала Нидермиллера, требует дальнейшего уточнения.
О деятельности Е.А. Жуковской-Босс в оккупированной Евпатории в сети довольно много информации, процитирую один из источников, опубликованный А.Н. Стомой:
Жуковская (Босс) Елена Александровна, худая, сильно безобразная женщина лет под 40. Знаю ее по совместной работе в 1937-38 годах в УВСР [Управлении военно-строительных работ], где она работала диспетчером в гараже. Показывала образцы умелой работы. С шоферами была в дружбе, что и видно из того, что после прихода немцев она всех их устроила в СД. У нее есть дочь - Зубенко Зоя. Девочка с отличием в 1939 году закончила 10 классов и поступила в какой-то ленинградский институт. [Когда Зубенко узнала, что мать - немецкая шпионка, то отказалась от нее. (примечание А.Н. Стомы)] Жуковская производит впечатление человека с резко выраженной неврастенией, ее кровожадность граничит с садизмом. Есть слухи о личных расстрелах заключенных. Алкоголичка, наркоманка, жандармерка, принимает самое активное участие во всех политических и уголовных делах, переоценивая свои способности. Благо командный состав немцев носит заурядный характер и до некоторой степени дает ей полную свободу действий, чем она безоглядно пользуется, отсюда много невинных жертв. В заключение характеристики хочу сказать, что она – интриганка низкой пробы, имеющая отдаленное сходство с исторической аферистской Таракановой. Подобный тип человека нуждается в изучении как явление из ряда вон выходящее.
Тот же автор публикует свидетельство о непосредственном участии Жуковской-Босс в т.н. "сортировке" после евпаторийского десанта в январе 1942 г.Вот женщина - жительница Слободки с улицы Рылеева. Она была соседкой Жуковской, поэтому и осталась живой. Она рассказывала мне, что ее вместе с другими привели во двор «Сельхозтехники», что находится у самого моря, и стали сортировать. Этим занимались Жуковская, Девкин и немецкий офицер. Жуковская вывела из толпы своего бывшего хозяина квартиры Колпика и ее. Она была еще там, как увидела священника, который вышел вперед и громогласно заявил, что красные оказались правы, когда говорили, что немцы расстреливают невинных людей. Его тут же перед толпой расстреляли. За ним выступил какой-то мужчина и прокричал то же самое. И его убили. Затем к Жуковской подошел начальник городской полиции Нуриев и громко заверил ее, что его люди, т.е. татары, пойдут воевать за немцев. Тогда Жуковская скомандовала: «Татары - налево!» Их всех отпустили. После отобрали человек 100-150 краснофлотцев, вывели к морю и тут же расстреляли.
Найденная мной в архиве Бад Арольсена анкета позволяет частично прояснить биографию и послевоенную судьбу Жуковской, хотя темных пятен все равно остается предостаточно.
Начнем с фамилии: на самом деле она пишется не Босс, а Боос - достаточно распространенная немецкая фамилия в Крыму. Со слов Жуковской ее покойного мужа звали Карл Боос. Тем не менее чередование фамилий все равно не вполне ясно: она сама урожденная Нидермиллер, затем Жуковская, Боос, а дочь и вовсе Зубенко. Расплывчата и дата рождения: в советском документе фигурирует 1912 г., в немецких - 1911 и 1907 (два раза).
Вице-адмирал Александр Нидермиллер родился в 1851 г., его супруга Лидия - в 1862 г. У них были дети - сын Владимир (погиб в цусимском сражении), дочери Лидия и Ольга (1887 г.р.), обе во время первой мировой войны были сестрами милосердия и были награждены георгиевскими медалями. Елена же скорее годится вице-адмиралу во внучки, чем в дочери (с другой стороны - у нее самой есть дочь, уже закончившая в 1939 году школу).
И вице-адмирал, и его супруга, и дочери Лидия и Ольга успели уехать из СССР в конце гражданской войны и поселились в Берлине (Ольга ненадолго покидала в Германию в 20-х, и, возможно, именно из-за этого осталась с нансеновским паспортом, не получив немецкий). Вице-адмирал умер в 1937 г., его вдова - в 1942 г.
Согласно бад-арольсенской анкете Елена закончила школу в Симферополе, до ноября 1942 года проживала в Евпатории, где была домохозяйкой, затем перебралась в Берлин, где остановилась у сестры и заболела. Согласно адресной книге Берлина на 1943 г. Лидия Нидермиллер-младшая действительно жила в Берлине по тому же адресу, что и ее родители прежде - Курфюрстенштрассе 140 (отметим в скобках, что "следователь СД Елена Босс" упоминается в воспоминаниях подпольщиков об оккупированном Могилеве, но и здесь не ясно, это остановка Елены по дороге из Евпатории в Берлин или в Могилеве действовала ее тезка).
С ноября 1943 по 1945 гг. Елена, с ее слов, служила переводчицей в берлинской газете "Русское слово". Очевидно, имеется в виду "Новое слово". С марта 1945 по март 1947 г. она жила в "Бринкмане под Бременом" (вероятно, в Бринкуме), что означает, что наводка Брюханову из Москвы была верной. Там она была домработницей. В марте 1947 года она прибыла в Ашаффенбург из нижнесаксонского Тоштедта. В качестве гражданства она указала немецкое, но подтверждающего этого документа у нее не было. В Ашаффенбурге она работала домашней портнихой, но на момент заполнения анкеты была безработной. В анкете указано, что Елена Алиса Боос не хочет возвращаться в СССР по политическим причинам, а хочет эмигрировать в Австралию.
Последний документ в деле датирован 27 июня 1950 г. Среди прибывших в Австралию эмигрантов Елену Боос мне найти не удалось. Однако, в сети доступны несколько адресных книг Ашаффенбурга. В книге 1953 г. по указанному в анкете адресу Елена Боос не проживала (впрочем, возможно, квартиросъемщики в книге вовсе не указывались). Зато в книге 1956 г. фигурирует некто Элизабет Боос, она же "сестра М[ария] Гермелла", в качестве адреса указана городская больница. Других Боосов в Ашаффенбурге не было ни до того, ни после.
Могла ли каратель из Евпатории закончить свою жизнь в качестве монахини? Этот вопрос, как и многое другое в биографии дочери адмирала Нидермиллера, требует дальнейшего уточнения.