Крымская буря 1854-го. Стихия, утопившая флот
Буря. Крушение корабля. Иван Айвазовский.1855 год
14 ноября 1854-го года Крымская буря окончательно превратилась в чудовищной силы ураган. Груженные боеприпасами, провизией, зимнем обмундированием и прочим корабли и суда оккупационных войск не успели уйти в открытое море и приняли удар стихии у берегов Тавриды. Для того чтобы систематизировать потери неприятеля на море, следует географически разделить районы, в которых приняли «последний бой» с рассвирепевшей бурей иностранные корабли. Свои морские могилы они нашли на дне близ Балаклавской бухты, Качи и Евпатории.
Оставшиеся погибать у Балаклавы
Ещё до того, как буря окончательно окрепла, корабли и суда перестали пускать в бухту Балаклавы, которая и без того была опасно переполнена. По сути, их бросили на произвол судьбы. Вскоре волны и ветер начали разламывать корабли, словно орехи о косяк.
Первой жертвой, пошедшей на дно, стал американский транспорт «Progress», с которого спастись удалось только двум морякам. Следующим на дно ушёл «Resolute», унеся с собой всех, кроме 9 человек. Третьим утащил на дно поголовно весь свой экипаж американский парусник «Wanderer». Четвёртой жертвой стал транспорт «Kenilworth». Перед гибелью он налетел на пароход «Avon», потеряв все свои мачты. Только трое моряков спаслись с «Kenilworth».
Вскоре вместе со всем экипажем погиб быстроходный американский клипер «Rip Van Winkle». Корабли «Peltoma» и «Maltese» также были разбиты о скалы и затонули со всеми людьми на борту.
Весьма показательна участь транспорта «Wild Wave». Его сорвало с якорей и понесло прямиком на скалы. Не имеющий паровой машины и потерявший мачты, «Wild Wave» был обречён. Корпус транспорта напоролся на камни, а волны, словно стальным молотом, раскалывали борта. Экипаж спасался как мог. Некоторым повезло укрыться на камнях, в небольших гротах и расселинах, но всемогущее море выискивало своими волнами каждого выжившего и утягивало на дно. В итоге к утру 15-го числа спасательная команда с британского линейного корабля 2-го ранга «Sans Pareil» смогла извлечь из узкой расселины всего двух моряков с «Wild Wave» — юнгу и матроса.
Не смилостивилась судьба и над исключительно военными кораблями Её Величества. Фрегат «Retribution» лишился руля и сорвался с якорей. Капитан корабля Джеймс Драмонд приказал срубить все мачты и сбросить за борт все орудия до единого и всё снаряжение. Потеряв часть экипажа, «Retribution» всё же смог удачно выброситься на берег, хотя состояние его было ничтожным. На «Vesuvius» также срубили мачты, потеряв часть экипажа. В итоге на берегу от корабля остался только полуразрушенный корпус. Корабли «Mercia», «Caducens», «Pride of the Ocean», «Medora» и «Sir Robert Sale», несмотря на большое число спасённых, были полностью уничтожены. Чуть более повезло кораблям «Niger» и «Melbourn», которым удалось почти уцелеть, но они лишились всех мачт и получили тяжёлые повреждения паровых труб.
Счастливчиком оказался уже упомянутый «Avon». Этот пароход, забыв о каких-то там приказах управляющего Балаклавского порта, умудрился ловко обойти скалы и буквально юркнуть в спасительную бухту. Правда, уже внутри бухты он знатно «надебоширил», пройдя невольным тараном по корпусу многих судов.
Гибель же новейшего парусно-винтового корабля «Prince» стала и вовсе легендарной, эта легенда даже переименовала "Prince" в "Чёрного принца". Корабль так и не получил разрешения укрыться в Балаклаве, поэтому капитан, понадеявшись на паровую машину, остался недалеко от берега. Однако налетевшая буря доказала ошибочность этой надежды.
Гибель "Чёрного принца"
Капитан Гудель отдал приказ срубить все мачты, но кораблю катастрофически не везло. Такелаж бизань-мачты попал в район действия гребного винта, которые вскоре был заблокирован. Лишившись последнего движителя, «Prince» вслед за этим лишился и якорей. Его участь в этот момент решилась. Корабль могучая стихия подхватила и раздавила о скалы. По рассказам очевидцев через десять минут морских жерновов от некогда гордости британского флота остались только жалкие куски корпуса.
Оставшиеся в живых шестеро членов экипажа «Prince» свидетельствовали, что в последний момент перед тем, как корабль понесло на скалы, капитан Гудель и капитан Байнтон (агент адмиралтейства), сняв с себя верхнюю одежду, объявили экипажу, что с их стороны ничего не было упущено для спасения корабля и что теперь каждый должен заботиться о себе. По сути, команду «спасайся, кто может» никто не отменял.
Смерть у Евпатории
Евпатория в то время была оккупирована неприятелем и превращена в крепость, ощетинившуюся артиллерией и снабжаемую по морю. Вражеский гарнизон состоял в основном из турок, татар-переселенцев и французов. Чтобы такой мощный анклав врага не пресёк снабжение наших войск через Перекоп, русские Евпаторию саму взяли в блокаду.
Множество кораблей у евпаторийского берега стали жертвой стихии. Французский парусный фрегат «Fultan», не имеющий паровой машины, был обречён. Его выбросило на берег и разбило в щепки, спастись удалось только малой части экипажа. 100-пушечный линейный корабль «Henri IV», символ мощи французского флота, оказывавший артиллерийскую поддержку гарнизону Евпатории, разломило о скалы. Весь экипаж, кроме 17 счастливчиков, погиб. Турецкий 90-пушечный линейный корабль «Peiri Messeret» пошел ко дну со всеми, кто был на его борту. Единственным чудом уцелевшим судном оказался английский «Cyclops».
Гибель линкора Henri IV
Особо хочется отметить участь английского фрегата «Culloden». Корабль, вооружённый четырьмя орудиями и использующийся в качестве транспорта, перевозил войска и в тот момент имел на борту груз боеприпасов в виде 30 тыс. ядер, 700 пудов пороха, не считая 32 лошадей. «Culloden» стихия подхватила и отнесла в район месторасположения Новоархангельского уланского полка, где корабль и потерпел крушение. Часть англичан спаслась, оставив остов разбитого судна невдалеке от берега в руках бури и волн, но на берегу они были взяты в плен.
Вскоре выяснилось, что на разбитом корабле остались 25 турок — союзников англичан. Офицеры полка предложили британцам помочь туркам и даже предлагали за это деньги, но те отказались наотрез, заявив, что "не позволят подвергать опасности жизни для спасения каких-нибудь турок". В итоге на спасение турок, оставленных на верную смерть своими "союзниками", отправился отряд русских добровольцев. Спасательная операция длилась более двух часов.
В устье Качи и севернее Севастополя
В районе Качи буря собрала не меньший урожай, нежели у Балаклавы и Евпатории. Только непосредственно в устье реки Качи затонули 12 купеческих судов. Военные корабли же практически поголовно лишились вооружения. Так, британский корабль «Queen» потерял в пучине до 116 орудий и часть такелажа. Линейный корабль «Trafalgar» лишился 120 орудий, не считая повреждений мачт. «London», кроме отправки на дно 90 орудий, ещё и потерял рули. Парусно-винтовые корабли «Aedent», «Terrible», «Spitfire» и «Sanson» все до единого получили пробоины в корпусе.
Французский флот потрепало не меньше. «Ville de Paris» отдал за борт 120 орудий, «Firland» 100 орудий, «Bayard» 90 орудий, а «Suffren» 90 орудий. К тому же почти все они потеряли рули, лишились мачт (когда невольно, когда срубив их по приказу капитана) и т. д. Турецкий фрегат «Arri Marseile», по сути, разделил судьбу своего соотечественника «Peiri Messeret». Сначала корабль лишился своей артиллерии и большей части экипажа, а позже был разбит волнами о берег.
Французские транспортные суда были полностью уничтожены. «Turone» выбросило на берег и размолотило волнами, «Pyrenees» сгорел уже находясь на прибрежной мели, «Ganges» разделил судьбу «Pyrenees», «Danube» также выбросило на мель, а «Arri Marseile» утонул прямо на якоре со всем имеющимся на борту имуществом.
Последствия бури. Иван Айвазовский
Здесь стоит отметить, что, учитывая боевые действия, наши бойцы отнюдь не дремали. Стоило близ берега показаться иностранному кораблю, как русские отряды всадников, несмотря на страшные ветер, неслись к этому месту. Во-первых, чтобы взять в плен противника, а порой, как указано выше, и спасти этого самого противника. Во-вторых, чтобы захватить груз.
Плачевный исход
21 ноября переждавший бурю вдалеке от опасных скал флагман «Agamemnon» вернулся к Балаклавской бухте, став на якоре напротив неё. На борту корабля находился английский путешественник Джордж Тейлор (уже упомянутый в первой части), который описал пейзаж следующим образом:
"Линия скал была выровнена останками кораблей, выброшенных на берег в день урагана; и в местах, где останки лежали большими кучами — от обломков мачт до кусков дерева не больше спичечного коробка — на маленьком расстоянии оказывалось, что это не что иное, как груды щепок. В самой бухте все корабли были в разной степени повреждены… На протяжении нескольких дней после урагана многочисленные тела плавали в бухте, почти все голые. На некоторых были спасательные жилеты, многие были сильно изорваны, и часто части тел плавали у кораблей".
Таким образом, 14 ноября 1854-го года у Крымского побережья погибли свыше 30 судов и кораблей, более 40 получили крайне тяжёлые повреждения. А подсчёт числа погибших проводить сложно по объективным причинам — разношёрстный состав погибших (англичане, французы, турки, американцы и т. д.), гибель многих выживших на следующие дни от холода и ран, наёмный характер части моряков и присутствие обычных коммерсантов в оккупационных силах. Принято же считать, что погибло около 1000 человек.
Но и это были далеко не все последствия бури. Секретарь Фонда Крымской армии Джордж Брэкенбери в своём большом отчёте об итогах стихии приводит среди прочего следующие факты:
"Его (урагана) непреодолимый порыв моментально смел с голого и возвышенного плато, на котором лагерями расположились армии, все палатки, а сопровождавший его проливной дождь промочил до костей несчастные войска, лишившиеся своего единственного укрытия. Лагеря были превращены в одно огромное болото грязи… что особенно приводило в уныние тех, кто только что возвратился мокрым и голодным из окопов и обнаружил отсутствие палаток, невозможность приготовить пищу и перспективу провести ночь под открытым небом. Очень многие, как французы, так и англичане, измотанные усталостью и незащищенностью, не выдержали этого нового испытания и были найдены мертвыми в лагерях".
Обмороженные, заболевшие и раненые после бури в Балаклаве
Вместе с кораблями и их экипажами на дно ушёл огромный груз зимнего обмундирования, провизии, медикаментов, оружия, боеприпасов и прочего. Один только "Resolute" нёс на своём борту около 500 тонн груза, а содержимое трюмов "Рrіnсе" оценивался в полмиллиона фунтов стерлингов. А в Крым уже вошла зима. В итоге войска Коалиции начали терять людей не во время боя, а от голода и холодов.
Карикатура на состояние английской армии без зимнего обмундирования в Крыму
Как это ни странно, но практически никакого расследования не последовало. Начальник Балаклавского порта мотивировал запрет на вход в бухту опасением прорыва русских сил и захвата ценных грузов. Ушедшего в море на своём флагмане "Agamemnon" адмирала Лайонса вообще никто не посмел обвинять или расспрашивать. Впрочем, негодовали многие, особенно свидетели. Но спесивой Коалиции нужно было продолжать войну любой ценой. Сама мысль, что одна держава может разбить объединённые силы практически всего Запада и Османской империи, пугала их до ужаса. Но при всём лютом тщеславии Коалиции ей пришлось на некоторое время перейти на осадное положение, а гнев радетелей снискать правосудие в просвещённой Европе был быстро забыт.
- Автор:
- Восточный ветер