Верен ли миф о том, что в России «ничего не строится».
Действительно ли Москва проедает наследие СССР?
С первой половины XX века мировое сообщество стало подозревать, что механизмы масштабного управления народами действительно существуют. В последующие годы социальная инженерия достигла того, что активно зашагала по планете, а к началу XXI века превратилась в обыденный факт.
Сегодня даже не интересующийся политикой человек прекрасно понимает, что практически все рукотворные протесты и революции от Украины до Венесуэлы организуются схожими методами. Прежде всего в социум забрасывают социальные вирусы, затем формируют лозунги и нужные словоформы, а спустя некоторое время на ярких медиа-картинках выстраивают оппозицию и скупают народ. Вирусные мифы в данном контексте – весомый инструмент общей истории.
До тех пор, пока положение дел в России устраивало Запад ничего подобного в ней не могло произойти. Однако стоило процессу восстановления начаться снова, как с первых лет 2000-х мгновенно вспыхнули лозунги обо всем. Прямо на фоне того, как в стране наконец стала подниматься промышленность и был дан старт робкому инфраструктурному возрождению, масштабное распространение получил миф о том, что «в России ничего не строится». Из появившихся пассажей выходило будто бы в период 90-х все было хорошо и тот факт, что в первые за 10 лет заводы стали открываться, а не только закрываться их не смущает.
В сущности, для организаторов подобной атмосферы всё и вправду было именно так. Деструктивные лозунги тиражировала не только либеральная пресса и не одна лишь несистемная оппозиция, их активно внедряли в головы людей оппозиционные представители от парламентских фракций. Сразу становилось ясно сколь огромна часть пятой колонны и насколько искренне она не желала того, чтобы государство вновь укрепилось.
Лишь после провалившейся попытки цветной революции в Москве в период 2012 года ситуация в инфополе начала меняться. После чистки российской прессы, НКО и прочих источников с иностранным финансированием Федеральные СМИ получили возможность уделять активное внимания новостям о стройках и реально ведущихся проектах.
Ранее опровергать миф о том, что у нас «ничего не строится» было сложно. На каждую попытку делать это с уклоном на конкретный пример, убедившие себя в никчемности России граждане лишь отмахивались. Тезис был один и тот же – всё «случайность», «исключение», «частности» и «сплошной обман». Однако в последние 5 лет ситуация изменилась, а работа приобрела настолько системный характер что не увидеть её может только «слепой».
Даже в 2014 году под прессингом незаконных санкций в России было введено в строй 237 объектов производства крупного характера, что составляет коэффициент порядка 1 объекта через каждые полутора суток. То есть, несмотря на кризис, темп, заданный в 2012 и 2013 годах рос, а не снижался. Причем речь идет не о корпусах хранения или пустых складах, а исключительно о производственных предприятиях минимальной стоимостью в 740 млн. рублей (10 млн. евро). Важно учесть и то, что 120 из них были построены с нуля и отсутствовали ранее.
Тем не менее ключевым аргументом в развенчании данного мифа является динамика, а не единовременное положение дел. Для этого идеально подойдет 2015 год – год «разорванной в клочья российской экономики».
За его период в строй были введены рекордные 287 новых объектов, что как не сложно посчитать составляет одно производство в 1,27 суток. То есть скорость ввода производств в 2015 году по сравнению с 2014 значительно увеличилась.
В 2016 и 2017 году темпы роста слегка упали, но причина была проста – период ввода столь крупных объектов в эксплуатацию занимает обычно от 2 до 5 лет. Соответственно именно к этому моменту и подоспело «эхо» санкций и испуга инвесторов. Однако радость всепропальщиков долгой не была. Экономика нашей страны быстро адаптировалась к изменениям, начала производить свое, вести импортозамещение, накачивать реальный сектор собственными деньгами и уже в 2018 году повторила рекорд. По итогам прошлых 365 дней в строй было введено 278 новых производств в той или иной отрасли, а общая сумма инвестиций составила 369 млрд. рублей. И это при том, что в 2015-м году еще сохранялась инерция от до санкционных темпов развития, в 2018 же её пришлось заново создавать.
К 2019 году прежняя динамика была возобновлена, а переломить ситуацию с санкциями и вновь вернуться к ударным темпам стране удалось в условиях жёстких финансовых ограничений и внешнего прессинга с западной стороны.
Часть вложений из-за рубежа удалось вернуть, отказавшись впадать в навязываемую Вашингтоном самоизоляцию, еще часть «предложено» было вложить крупному бизнесу, возвращающему в Россию свои капиталы под страхом англосаксонского прессинга, однако большую часть инвестиций все-же составили внутренние вливания - частные, государственные и государственно-частные. А это уже напрочь развенчивает миф о том, что Россия якобы «не вкладывает деньги в свою экономику». Только копит «не давая стране вздохнуть».
Для чего нужны были столь колоссальные накопления было продемонстрировано в обращении президента Федеральному собранию. Речь идет о запущенных в 2019 году многотриллионных нацпроектах и ряда других менее освещаемых инициатив.
Что же касается системности вышеописанной работы, то она такова. С 2013 по 2017 год в России построено и введено в строй 1203 производства, то есть новых заводов и цехов практически по всем отраслям реального сектора. И это при том, что приведённые цифры не включают в себя предприятия оборонного комплекса, инфраструктурные общественные проекты и прочие крупнейшие объекты, благодаря которым постепенно возрождается сама страна: федеральные дороги, мосты, жильё, телекоммуникации, порты, аэропорты и так далее…
Таким образом миф о том, что в России «ничего не строиться» используется пятой колонной по инерции. Он был несостоятелен уже в 2000 году, теперь же и вовсе является абсурдом. Попытки убедить людей в том, что инфраструктура производства в России не развивается, а государство живёт на одном лишь советском наследии нелепа. Возможно, этот тезис можно было бы применить к соседнему с нами юго-западному государству или к бывшему РСФСР образца 90-х, но уж точно не к современной России.
Примером может послужить то, что с 2012 по 2018 год в нашей стране велась работа сразу над 542 по-настоящему крупными проектами, а за один только январь 2018-го было открыто 8 новых производств с инвестициями более миллиарда. Причем речь идет о важнейших площадках импортозамещения, таких как фармацевтический завод «ЗиО-Здоровье» за год, выпустивший 1,2 млрд. таблеток и капсул входящих в перечень жизненно важных лекарств. Или новом деревообрабатывающем производстве «Лестех» со стопроцентным использованием отходов и мощностью в 8 тысяч тонн пеллет в год. Лишь одна линия «медицинского» завода уже привлекла 1,214 млрд. рублей инвестиций, а второе производство и вовсе 12 млрд. рублей. Лекарства создадут стране еще фармацевтическую независимость, а собственный выпуск пеллетов (топливных гранул из отходов древесного и сельскохозяйственного сырья) позволит создавать экологически чистое топливо, не захламляя отходами делянки и свалки.
На период с 2018 по 2024 год перед страной поставлены еще более амбициозные задачи. Начиная от космоса с РК свертяжёлого класса, новых носителей, пилотируемых полетов на луну, собственной космической станции (к созданию которой уже приступил Роскосмос), а также второй очереди космодрома Восточный стоимостью в 238 млрд. рублей и заканчивая развитием туристско-рекреационного кластера детского отдыха, где в одной только Евпатории предусмотрено 14 млрд. рублей инвестиций.
Как видно в текущий период речь уже идет не только о восстановлении и производстве в стране, но и о будущем, а также о благах общественного характера. В частности, это проекты китайско-монголо-российского экономического коридора предусматривающего объединение Шелкового пути, монгольской идеи «степного» маршрута и реализуемого нашей страной трансевразийского коридора. Причем это не просто транспортная артерия, а проект чье строительство тесно связано с параллельным развитием прилегающих территорий.
В целом же, понять, что Россия завершила этап критического восстановления и теперь начинает набирать ход не сложно. Этому свидетельствуют такие проекты, которых в период выживания как правило нет. Например, впервые за десятилетия на верфях заложены современные научно-исследовательские суда, нацеленные на изучение шельфа и природных богатств Мирового океана. Или создание сразу в 15 субъектах Федерации научно-образовательных центров призванных впервые после распада СССР объединить все уровни образования, возможности научных организаций, НИИ и бизнеса. То есть в том числе обеспечить перетекание наработок военного потенциала в гражданское русло, а научного в коммерческое. Все это новые признаки нового состояния державы, поскольку нацелены не на выгоду сегодняшнего дня, а на разгон и далекую перспективу.
Инерция которой обладает наша страна по истине огромна. Потребовалась масса времени и сил на то, чтобы остановить 20 летнее падение после распада СССР, особенно если учесть, как активно этому процессу мешали. С 2012 года страна наконец остановилась и начала получать разгон.
Коней в России запрягают долго, но мчатся они как известно быстрее всех. Ровно в такие моменты и начинают появляться типичные признаки присущие лишь сверхдержаве.
К оборонной сфере подходить близко и вовсе нецелесообразно, слишком огромен для описания накопленный потенциал. Тем не менее важно отметить, что кадры, знания, компетенции и материалы, которые при разработке уникальных средств получила страна, будут использоваться и в интересах гражданских сфер на благо общества.
Если же обратить внимание на не менее важный нежели техническое импортозамещение вопрос - успехи отечественного сельского хозяйства, то его ключевые показатели будут таковы.
Только лишь за девять месяцев 2018 года экспорт пшеницы составил 32,324 млн тонн. И это при том, что в 2000 году на экспорт из России ушло всего 404 тыс. тонн. Речь идет о росте более чем в 80 раз! Причем если в начале 2000-х государство силой заставляло экспортеров оставлять зерно в госграницах, поскольку не могло обеспечить себя само и закупало его в США, у Казахстана и даже из Литвы, в наши дни Россия сама поставляет пшеницу в 132 страны мира! По планам к 2024 году выручка страны от экспорта должна увеличится практически вдвое и составить 45 миллиардов USD.
Примечательно, но деньги в данном вопросе не самое главное. Куда более серьезного, но малоизвестного успеха России удалось добиться буквально в 2019 году. Долгие годы труда российских ученых принесли плоды, и страна наконец приблизилась к тому, чтобы полностью обеспечить себя по семенному фонду. Семена пшеницы в 2019 году уже стали отечественными на 100 процентов, прочие семена также активно замещаются на российские. Страна ударными темпами наращивает свой набор собственных передовых агротехнологий, причем с доступом не только для крупных, но и для небольших хозяйств.
Данный успех не менее важен, чем прорыв в оборонной сфере и импортозамещении, поскольку, как и два предыдущих является вопросом национальной безопасности, здоровья граждан и перспектив страны.
Список крупных проектов, достигнутых государством за прошедшие годы, уже насчитывает тысячи единиц. Сотни из них будут реализованы в течении года, остальные станут вводится встрой вплоть до 30-х годов. Очень жаль, что информирование людей в данной области ведется из рук вон плохо. В виду этого общество открыто для враждебной пропаганды и просто не знает порой о масштабе достижений на фоне рекламируемых проблем.
Вероятно поэтому мифы о российской «действительности» по-прежнему существуют. Циркулируют вбросы со списком закрытых, но не с перечнем открытых производств. Выдумка о том, что в России «ничего не строиться» еще находит своего читателя, а между тем движение идет вперед.
Как говорили в прошлом: «собака лает, караван идёт». А караван российского возрождения действительно набирает обороты…
Руслан Хубиев