Где мотив? «Банде» бизнесмена Айтова с КМВ продолжают предъявлять обвинения

«Вымогателю» колхоза из ОПГ ставропольского предпринимателя Бориса Айтова предъявили обвинение, в ответ на которое адвокат попросил вернуть дело на доследование, сообщает корреспондент NewsTracker из зала суда. Напомним, что одного из крупнейших предпринимателей в регионе КМВ обвиняют в организации преступной группы, которая занималась вымогательствами и мошенничеством. Всего на скамье подсудимых оказались 4 человека. Самому Айтову обвинение прокурор зачитал на прошлой неделе. Если коротко, то в 2018 году Айтов якобы организовал из своих друзей и родственников преступную группу, чтобы с помощью угроз и вымогательства получить 100% уставных документов колхоза «Меридиан». Согласно обвинению, в итоге колхоз был продан Айтову за 62 миллиона, при том, что по версии обвинения он стоил 207 миллионов. А в 2021 году он со своими «подельниками», якобы, подделывал документы о межевании территорий, чтобы завладеть бесхозными сельхозземлями. Там прокуратура выявила ущерб в Ессентукском и Андроповском районах в общей сложности на 59 миллионов. Еще (не)много обвинений На этой неделе государственный обвинитель продолжил читать обвинение. На очереди оказался Михаил Новрадов. Однако большая часть обвинения повторяла ранее зачитанное в адрес Айтова. Если кратко, то в период с 2018 года Айтовым была организована группа из двух подразделений. Первой руководил сам Айтов, а входили в нее Андрей Рукодайный, Михаил Новрадов (прим. фигуранты этого уголовного дела) и неустановленные лица. Именно они, якобы, пытались выкупить колхоз за сумму меньше чем реальная стоимость. Второе подразделение Айтов, по версии обвинения, не возглавлял. Но в него входил четвертый фигурант — Михаил Гордеенко. Это подразделение в 2021 году занималось бесхозными землями. Айтов же, по версии следствия, выполнял функции организатора, следил за дисциплиной, сплоченностью и правилами в ОПГ, за подготовкой к преступлениям и так далее. Прокурор зачитал обвинение двум фигурантам из четырех. Нестыковки обвинения Отвечая на вопрос суда, Новрадов заявил, что ему до сих пор непонятно, в чем его обвиняют и вину он не признает. «Мне кажется, сам гособвинитель не понимает, в чем меня обвиняет. Сегодня он прочитал тот же текст, который читал на обвинении Айтова. Да и фамилии Айтова, Гордиенко, Авдеева звучала в этом обвинении в несколько раз чаще, чем моя», — заявил подсудимый. Он отметил, что понимает, о чем статьи уголовного кодекса, которые ему вменяют. Но из текста обвинения непонятно, что именно он сделал, чтобы попасть под эти статьи. Кроме того он воспользовался возможностью и обратил внимание суда на серьезные, на его взгляд, нестыковки в обвинении. Одно из них путаница с датами и местами. Расследователи практически ничего установить не смогли из-за чего тайминг событий сильно плывет. По его мнению, из текста обвинения получается, что в 2018 году Айтов уже знал, что ОПГ будет иметь 2 подразделений, одно из которых появится только в 2021. Это ставит под сомнение «стабильность и устойчивость» предполагаемого ОПГ. Он заявил, что Карабкина (владелец активов колхоза «Меридиан», которого, якобы, шантажировали фигуранты) он вообще не видел, хотя, согласно обвинению, именно он занимался вымогательством. «Якобы у него там кто-то вымогал 100% уставного капитала. Но исходя из документов, которые я видел, ему в принципе принадлежало максимум 51%, а на момент преступления у него было всего 5%. И все свои доли он добровольно переуступил третьему лицу, отношения к Айтову не имеющего. Поэтому непонятно, как можно вымогать у человека то, чего у него уже нет?», — заявил Новрадов. Тем более, по его словам, нельзя насильно заставить продать часть уставного капитала. Потому что сделка происходит в присутствии нотариуса, свое согласие должна дать супруга владельца и остальные учредители, так как они имеют приоритетное право покупки. Кроме того, он обратил внимание, что пострадавший продал предприятие в 2018 году, но только спустя более чем 4 года подал заявление в полицию о вымогательстве. Вернуть на новое расследование Адвокат Новрадова также отметил, что сущность обвинения непонятна, оно содержит множество противоречий, квалификация действий Новрадова не обоснована, признаки преступного сообщества не соответствуют фактическим обстоятельствам, а выводы следователей являются предположениями. Он отметил, что даже признаки «хищения» в обвинении прописаны неполноценно, например, мотива и выгоды действий Новрадова там защитник не нашел. «Обвинение является неконкретным, в нем нет периода окончания вымогательства, что существенно нарушает права Новрадова на защиту. Поскольку непонятно от чего защищаться. По изложенному обвинению даже непонятно, выполнил ли Карабкин требования вымогателей», — заявил адвокат, отметив, что доказательства он представит в рамках судебного следствия. Также он ходатайствовал о возвращении дела прокурору, поскольку в нем есть существенные противоречия, которые не дают рассмотреть его по существу. В причинах для дорасследования он перечислил путаницу в датах. По его интерпретации, на момент совершения первого преступления не существовало второго подразделения, а на момент второго преступления уже не существовало первого подразделения. А также путаницу в требованиях. На фоне того, что Айтов хотел завладеть 100% долей колхоза, а у Карабкина было только 6%, ущерба второго владельца активов в материалах дела нет (прим. второго учредителя уже нет в живых, но обвинение представило его супругу в качестве представителя потерпевшего). Еще он обратил внимание на искажение некоторых показаний в материалах дела. Эпопея с больницей Также Новрадов подал ходатайство об изменении меры пресечения на более мягкую, так как он нуждается в медицинском обследовании и, возможно, хирургическом вмешательстве. Он рассказал, что ранее уже просил суд дать ему возможность обследоваться, но с места ничего почти не сдвинулось за прошедшие две недели. Его должны были из СИЗО отвести в больницу и его повезли, но из машины в краевую больницу он так и не попал. Ему сказали что врач не принимает и повезли обратно в СИЗО. А тем временем состояние его ухудшается. Врач, осматривающий его в СИЗО, также показал операцию, которую невозможно провести в условиях изолятора. Но и до операции подсудимому необходимо пройти ряд обследований для подтверждения диагноза. Но суд в удовлетворении ходатайства отказал. Вероятно, это связано с тем, что подсудимый не может предоставить документы о его болезни, так как до попадания в СИЗО он был здоров. А для получения заключения ему надо пройти обследование, которое он не может пройти находясь в СИЗО.