90 млн на шоу, Тутберидзе и США, Щербакова, Трусова, Кондратюк и новый «Ледниковый». Большой разговор с Авербухом
Илья Авербух трудится почти круглый код. Жаркие летние месяцы — пора для шоу в курортных городах. Сочинский дворец спорта «Айсберг» примет звезд фигурного катания с 8 июля по 7 августа. Интересно, что сам Авербух в это время живет у подножия гор в районе Красной поляны — подальше от городской суеты. Корреспондент Sport24 Константин Лесик встретился с продюсером и обсудил с ним все важные темы. Начали разговор мы о предстоящем мероприятии.
«С 2014 года в Сочи было много всего сделано. В прошлом году разговаривали во время спектакля «Анна Каренина», а в этом решил отойти от спектаклей — мне кажется, своевременны выступления чемпионов разного поколения. Мы назвали наше шоу «Чемпионы», — рассказывает Авербух о шоу.
«Сейчас нужно всем поддерживать друг друга в связи с запретом участия в международных стартах. Здесь собраны созвездия наших фигуристов разных лет, начиная от Алексея Ягудина 2002-го года до Ани Щербаковой 2022-го года. Вот такая палитра чемпионов! Важно услышать ребятам поддержку зала, да и финансовая поддержка тоже важна — не было чемпионата мира, к тому же этапы Гран-при не все состоялись. Это шоу будет дивертисментом номеров, будет много премьер.
Ведущими шоу будут я и Алексей Тихонов, второе отделение будет со сменой историй, мы по возможности даже оформили зал. В этом году появилось ограничение — ледовый дворец «Айсберг» очень плотно забит тренировками наших олимпийцев, на сборах здесь находятся группы Саши Жулина, Тамары Москвиной и Алексея Мишина. Поэтому мы не можем ставить свои декорации, у нас есть буквально один час, чтобы настроить световые приборы, мы выбрали большие красивые люстры. В общем, будет красивая проекция на лед. Главное, что мы выступаем — это уже седьмой год. Много было сделано, чтобы «Айсберг» стал популярной концертной площадкой. После Сочи мы поедем в Ессентуки, там дадим 7 шоу, то есть и в августе ребята продолжат работать», — говорит Авербух.
— Анна Щербакова — одна из главных звезд шоу. Вы поставили ей номер. Как вам работалось вместе?
— Работать с ней — одно удовольствие. Вообще, все девчонки замечательные у Этери Георгиевны, с кем бы я ни работал: и с Алиной Загитовой, и с Женей Медведевой, с ней у нас своя история — мы работали и в спорте, и сейчас. Женя тоже выступает в Сочи. Мы делали много номеров.
С Алиной Загитовой не так много работали, но тоже одно удовольствие. С Камилой Валиевой сотрудничал не как постановщик, но она тоже выступала в моих шоу — воспитанная и интеллигентная девочка.
С Аней Щербаковой у нас был первый опыт. В интервью видно, насколько Анна — глубокий человек, что мне очень импонирует. Она думающая, элегантная и, конечно, талантливая. Это большой подарок для режиссера — а я себя таковым и считаю — мои номера более режиссерские. В них активно вовлечен сам фигурист — так, Аня и от себя во время постановки номера добавляла. Номер получился философским и глубоким, прямо как сама Аня. Будут звучать стихи Булата Окуджавы в замечательном исполнении. Мне кажется, получится очень тонко и проникновенно. Когда Аня, да вообще все ребята катаются, то мне хочется встать и аплодировать. Посмотрим, как воспримут зрители, но мне кажется, это номер созидательный — про переживания и уединение.
— Кто предложил музыку?
— Я предложил, я нашел музыку. Аня сказала: «спасибо большое за этот выбор». В этом номере есть высказывание. Ане идут лирические образы, но я надеюсь, что нам удастся посотрудничать и в других направлениях.
— Хотели бы поставить ей соревновательную программу?
— Тут решает Этери Георгиевна. Она приглашала меня работать с Юлей Липницкой — мы сделали «Список Шиндлера», потом трудились с Женей Медведевой. Если будут предложения… То же самое касается и Алексея Николаевича Мишина, сам я никогда не предлагаю. С ребятами мы об этом не договариваемся — это всегда идет от тренера.
— Команда Этери Георгиевны участвовала в создании номера?
— Нет, не участвовала, но это было в Новогорске, Этери Георгиевна тогда вернулась из Америки. Сам лед нам предоставили, за что спасибо. Хореограф Лена Масленникова тоже нам помогала. Не было никаких ограничений — тренеры не вмешивались.
— В Новогорске вы также работали с Евгенией Тарасовой и Владимиром Морозовым…
— Да, а также с Александрой Степановой и Иваном Букиным успел поработать. Почему успел? Просто по ошибке привычно поехал к ним на каток «Мечта» и увидел, что там все закрыто (смеется). Ребята реально получают от нашей работы удовольствие, ведь в ней нет погони за большим количеством элементов, плюс мастерство, и получается что-то типа «Ледникового периода».
С Женей и Вовой мы уже работали, после этого номера все стали кататься под Димаша. Диме Алиеву потом тоже ставил номер под Димаша. Сейчас постановка более актерская, под Рахманинова. Парное катание не хочется дешевить, тем более, Женя с Володей хорошо готовы физически. История тоже связана с любовью. Возможно, у меня такое настроение романтическое было в Новогорске (смеется).
— Как вам вообще атмосфера в Новогорске? Ребята не теряют оптимизма?
— Я очень люблю Новогорск, когда-то тренировался там сам, когда еще не было всех этих новых баз. Считалось, что вызов на сбор в Новогорск — это огромная честь. Ты должен быть как минимум членом сборной, чтобы туда попасть. Сейчас, конечно, не так — больше баз. Оттуда во времена СССР выезжали фигуристы на Олимпийские игры, поэтому место было таким особенным.
Сейчас там все работают — Саша Свинин, Ирина Жук — все на льду. Конечно, я больше всего пересекался с группой Этери Георгиевны. Все в строю: Сережа Дудаков, Даня Глейхенгауз. Сначала мы ждали Этери Георгиевну, а потом она приехала. Несколько дней были все вместе, много разговаривали, много общались. У всех боевое, хорошее настроение. Но ощущение подвешенного состояния из-за ситуации в мире не может не давить. Но пессимизма или отчаяния нет. Все в работе.
— То есть Этери Георгиевна в Америку не уезжает, как пишут американские блогеры?
— Мне вообще кажется, что мы из этого блогера сделали неизвестно что. Это просто смешно, что мы его обсуждаем. Он нам вбрасывает какую-то информацию в топку. И, как правильно сказал Александр Коган, это просто не надо замечать. Зачем? Мы сами себя подставляем. Для него это одно удовольствие. И без разницы, подтвердилась информация или нет. Давайте поддерживать своих и доверять проверенной информации. Этери вернулась домой к своим детям — у нее огромная группа талантливых юных девочек, хороших парней
— Главный трансфер межсезонья — Диана Дэвис и Глеб Смолкин ушли от Игоря Шпильбанда. Вас удивил этот переход?
— Меня отчасти удивил этот переход. Они очень прогрессировали под его руководством. Игорь сделал многое для развития этой пары — и он, и они пахали. У них были хорошие номера в этом сезоне — ритм-танец был одним из самых удачных. Думаю, они благодарны тренеру. Игорь привел их к попаданию на Олимпиаду. И не просто привел, они очень достойно катались.
Мы не знаем, что внутри. Этери Георгиевну я не мучал и не спрашивал. Сама она не рассказывала. Значит, были какие-то причины перехода. Самое важное — они продолжают представлять Россию. Нет никаких инсинуаций, что ребята будут менять гражданство. Теперь они будут работать с Алексеем Киляковым и Еленой Новак — когда-то мы катались в одной группе в ЦСКА, затем они эмигрировали в США и показали себя там. Видел их работы, они довольно современны. По-человечески мы дружили до 19 лет, потом не виделись. Я рад, что они состоялись как тренеры.
— Еще одна новость из танцев на льду — Габриэла Пападакис и Гийом Сизерон заявили, что пропускают сезон. Верите, что они вообще продолжат?
— Конечно, они же еще молодые. Они обладают удивительной техникой, пластикой тела. Я понимаю, почему они пропускают — накопилась усталость, ушла мотивация. Устаешь — нужно брать энергию. Может быть, вернутся в сезон перед Олимпиадой. Все зависит от того, какие пары будут в топе, какой вектор развития будет выбран. Ведь французы поменяли направление танцев, у них появилось свое лицо, стали законодателями в танцах. Если в их отсутствие будут не просто чемпионы, а возникнет пара, о которой все точно так же начнут говорить, то Габриэла с Гийомом могут подумать и не возвращаться.
— В Серпухове, на ваш день рождения, у вас был очень классный совместный номер с супругой Елизаветой. Планируете когда-нибудь еще вместе выступить?
— Да нет. Это была просто эмоция, потому что у меня день рождения, и Лиза находилась со мной. Но хочу сказать, что сейчас в Сочи Лиза тоже прилетела, и это было первое путешествие нашего сына Льва. Он впервые летал на самолете, при этом вел себя абсолютно героически: не проронил ни одной слезинки. Мы волновались, но все прошло хорошо.
Но, как я не планирую сниматься в кино вместе с Лизой, так и она не планирует кататься со мной. Да и я сам больше не планирую выходить. В душе-то мы все орлы, но в реальности мое место все-таки с другой стороны бортика.
— То есть от вас не стоит ожидать возвращения на лед? Вы же на юбилее Татьяны Анатольевны Тарасовой выходили.
— В тот момент это были эмоции. Может, через несколько лет, когда мне будет пятьдесят, мне опять захочется выйти и показать какой-то номер, я не исключаю эту возможность. Я люблю кататься, люблю выступать, люблю чувствовать зрителя. Другое дело, что каждый раз думаю, что у меня будет время, я приведу себя в форму и покажу, что я еще что-то могу, а в итоге получается, что времени ни на что нет. Я надеваю коньки буквально за пятнадцать минут до шоу, потому что все время ушло на подготовку, и кроме того, что красиво держу позу, на льду больше ничего не делаю. Если подготовиться, я не исключаю возможность выйти, но это так, для души. Вспомнить, поностальгировать.
— Насколько ваша жена следит за фигурным катанием, или она предпочитает дистанцироваться от вашей работы?
— Нет, Лиза меня очень поддерживает. Она следит за «Ледниковым периодом», разбирает каждый номер, это близкий ей проект, она сама участвовала в аналогичном. Также она поддерживает и хвалит программы, которые я ставлю для соревнований.
Она смотрит турниры с удовольствием, смотрела ту же Олимпиаду. Там, где я есть, Лиза всегда рядом. Но я бы не сказал, что она является безусловным поклонником фигурного катания. Хотя, конечно, всех ребят знает, любит, у нее есть свои любимцы. Лиза очень эмоциональный человек, после некоторых программ у нее слезы на глазах.
— Вашему старшему сыну Мартину сейчас 18 лет — возраст, когда люди начинают определяться с будущим. Есть ли у него понимание, чем он будет заниматься?
— Мартин тоже через несколько дней прилетает в Сочи, будет здесь целый месяц, я всегда всех вместе держу. На данный момент он учится в РАНХиГСе, учится хорошо, что меня радует. Но подростковая растерянность — куда идти, и чем заниматься, естественно, присутствует. Но у нас есть время, он сейчас только на первом курсе, поэтому все силы брошены на учебу.
Плюс, Мартин занимается скейтбордом, последние полгода стал преподавать и зарабатывать свои собственные деньги, к чему я его и подталкивал. Считаю, что это необходимо, чтобы он себя чувствовал мужчиной, который сам зарабатывает.
— Известно ли что-то про новый сезон «Ледникового периода»?
— По-прежнему нет. Я думаю, совсем скоро попаду на встречу Константина Львовича (Эрнста), и, наверное, там будет принято решение, будет ли сезон. Мне бы очень хотелось, чтобы он был — это важная поддержка для всех. «Ледниковый период» всегда был плацдармом, когда фигурное катание попадало под удар. Была у нас пауза после 2006 года, падение результатов в фигурном катании, вспомним Олимпиаду в Ванкувере: у нас бронза танцоров Оксана Домнина/Максим Шабалин и серебро Евгения Плющенко. Вот и все медали. Или потрясающий Турин, где у нас было три золота, серебро и бронза.
В это время Ледниковый период как раз был популярен, держал интерес к фигурному катанию и дал толчок, потому что в 2006 году был наплыв детей, которые пришли заниматься благодаря «Ледниковому периоду». Потом мы на несколько лет его оставили, я делал перерывы. В мире фигурного катания к «Ледниковому периоду» фигуристы относятся очень уважительно. Конечно, его нельзя сравнивать со спортом и проводить какие-то параллели. Это совершенно разные задачи и подходы, но тем они и прекрасны. Здесь есть возможность авторской реализации, а в спорте есть возможность победы на Олимпийских играх.
— Планируете ли в будущем сотрудничать с Александрой Трусовой?
— В одном из предыдущих ответов я перечислил всех девчонок кроме Саши. Так получилось, что с Сашей мы ни разу не сотрудничали. Но я помню одну историю.
Когда Саше Трусовой и Ане Щербаковой было лет по тринадцать, они принимали участие в шоу «Пятнадцать лет успеха». Это шоу было на Первом канале, его можно посмотреть. Две девчонки, еще совсем два клопа (смеется), прыгали по пять четверных. И Сашка тогда что-то сорвала, пошла на бис и добила четверной тулуп. Это было прям очень живое выступление.
Когда они подошли, спросили, можно ли со мной сфотографироваться, я сказал, что пройдет три года, и это я буду просить их сфотографироваться со мной. В общем-то, так и вышло. Мои аплодисменты Сашке с ее характером, ее выступлениями, особенно на Олимпийских играх она потрясающе каталась.
А если говорить о совместной работе, пока так получается, что наши дороги не пересекаются, но, если они сойдутся, я буду очень рад.
— А Марку Кондратюку что-то ставить будете?
— С Марком все чуть-чуть сложнее. Раньше я поставил ему показательный номер, с которым он удачно и много выступал. Его каждый по-своему трактует. Как я изначально ставил: он марионетка, которая вырывается. Это тот номер, который, как говорится, хорошо зашел. После этого мы делали номер на музыку Петра Налича в рамках шоу Татьяны Анатольевны. Марк очень переволновался, сорвал все, что можно было, поэтому номер не совсем прозвучал. Потом так получилось, что наши дороги разошлись, и Марк приезжает сюда накануне старта шоу, мы не виделись, потому что физически нигде не могли пересечься. Думаю, мы сделаем номер уже здесь, в процессе.
Работать с Марком — это просто чудо. Он талантливейший фигурист, артист, такой, времен Игоря Бобрина. Он может вообще все, разрывает себя на каждом выходе. Такому спортсмену, как Марк, можно ставить новые номера каждый день, он очень быстро все реализует.
— Недавно появилась новость, что ваши ледовые шоу получили грант на 27 миллионов рублей от Президентского фонда культурных инициатив. Можете рассказать об этой истории?
— То, что нас поддержал Фонд культурных инициатив, очень важная для меня новость. Шоу в Сочи очень много. Гранты выделяются и на проекты Москвы, и на проекты Сочи, и Ессентуков. Хочу сказать, что эти деньги целевые, они идут не мне, а сразу на погашение аренды, гонораров, и все-все абсолютно здесь видно. Конечно, это снимает определенное бремя с меня, помогает нам показывать все шоу в полном объеме.
Сейчас очень необходима поддержка, и я благодарен, потому что шоу — всегда дорого, здесь золотой состав участников, помимо всего есть большое количество сопутствующих расходов, в том числе проживание в Сочи, перелеты, все коммерческое: аренда зала, света, звука. Затраты на шоу в среднем составляют 90 миллионов рублей — это 30 представлений в Сочи и Ессентуках. И грант частично гасит эти затраты.
Мы старались в этом году, много гастролировали. Никогда на протяжении моих двадцати лет работы на этом поприще, никаких грантов не было, но поддержка государства в проектах присутствовала. Мне кажется, это действительно очень важно, потому что эта поддержка в первую очередь не для меня лично, а для ребят, которые выступают.
— Очень много болельщиков спрашивают про «Анну Каренину», возможно ли такое, что вы привезете ее куда-нибудь в другой город?
— У нас есть подтверждение, что мы будем показывать «Анну Каренину» в Санкт-Петербурге, будет это в следующем году, мы уже заключили контракт. Также планирую показать «Анну Каренину» осенью в Москве, но пока не могу назвать точную дату из-за подвешенного вопроса с «Ледниковым периодом». Занятость в «Ледниковом периоде» очень высокая, неизвестно, сумеем ли мы по графикам развести, чтобы было и то, и то.
— Планируете ли вы в дальнейшем приглашать на шоу Евгения Семененко?
— Да, обязательно. Я друг Алексея Николаевича Мишина. У него прекрасные спортсмены — Женька, Миша Коляда и Лиза Туктамышева — туда приезжаешь и прямо купаешься в позитиве. Их внутренний стержень и образованность — это все очень-очень здорово. Я надеюсь, та произвольная, которую я сделал Жене Семененко, бомбанет, и все будет хорошо.
— Как вы в целом смотрите на предстоящий сезон? Сможем ли мы провести его на российских дрожжах?
— Я думаю, один сезон сможем, а дальше будет сложно. Ребята должны мотивироваться, должны видеть иностранцев. Мы все должны соревноваться. Какие бы мы соревнования по уровню, по организации, по тому, на каких автобусах будем их привозить, и в каких потрясающих дворцах будем соревноваться, не проводили, суть соревнований — состав участников, это те конкуренты, которые есть внутри. У нас, слава богу, во всех четырех видах серьезная конкуренция, это позволит выступать на старых дрожжах.
Очень надеюсь, что это продлится не больше одного сезона, а вообще надеюсь, что будет найдено какое-то решение, тут, конечно, тоже надо понимать: одно дело, когда мы выступали под нейтральным флагом из-за допинговых скандалов, частично признавая, что у нас тоже были ошибки, сейчас выступление под нейтральным флагом будет не так однозначно всеми принято. Правда, наши теннисисты сейчас выступают, и выступают здорово, мы ими гордимся, но почему мы так не можем сделать? Российское фигурное катание — это столп всех соревнований.
Уверен, международные соревнования в новом сезоне будут не так интересны зрителю. Конечно, пресса может накручивать что угодно, но все будут понимать, что ты чемпион-недочемпион. Ты, может, будешь лучше, но все все равно будут сравнивать с россиянами. Ты будешь считать, что ты «недовыиграл», потому что не было соревнований с самыми лучшими. Так что мы верим, что будут полноценные соревнования, где лучшие будут встречаться с лучшими.
Хочешь знать все о фигурном катании? Подписывайся на наш телеграм-канал!
Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене