Полтора года в СИЗО по сомнительному делу: за что судят краснодарского следователя Сенгерова

Дело в отношении бывшего следователя изобилует процессуальными нарушениями, а суд явно настроен на обвинительный приговор

Бывший следователь Следственного комитета по Термюкскому району Краснодарского края Константин Сенгеров уже 18 месяцев находится в СИЗО. Его обвиняют в получении взятки за непривлечение к уголовной ответственности подозреваемой по делу об убийстве. Однако к тому, как шло следствие по делу Сенгерова, есть очень большие вопросы. По непонятным причинам оно было передано в Ставропольский край, относящийся к Северо-Кавказскому федеральному округу, хотя должно было вестись в Южном федеральном округе, где и находится Краснодарский край. В итоге дело все же дошло до суда, несмотря на массу процессуальных нарушений. 

Сам Сенгеров виновным себя не признает. Он уверен, что судья Темрюкского районного суда ведет себя предвзято и явно настроена на обвинительный вердикт. Любые сомнения в словах обвинения ею отвергаются, принимаются доказательства, которые по всем признакам являются недопустимыми. Ходатайства защиты, напротив, отклоняются. Судья во время заседаний позволяет себе высказывать обвинительные мнения за экспертов. 

Сенгеров защищает себя сам. От услуг «кивал» (дежурных адвокатов по назначению), которых ему долго навязывали, он решил отказаться. Бывшему следователю есть ради чего бороться — у него жена, маленький ребенок и больные престарелые родители, которые очень нуждаются в поддержке и заботе. Но даже самостоятельно защищать себя Сенгерову пытаются мешать. Недавно его супруге отказали в передаче необходимых для предстоящего заседания документов, не дав подготовиться к процессу.

За время нахождения в СИЗО у обвиняемого подорвалось здоровье. Несколько заседаний даже пришлось отложить. Но суд этому явно не придает значения, как и тем фактам, что у Сенгерова есть грамоты и благодарности по службе, а жители и администрация его родного поселка Витязево характеризуют его исключительно положительно. 

В чем обвиняют Сенгерова

События, предшествовавшие возбуждению дела против Константина Сенгерова, произошли в 2018 году. Тогда он занимался расследованием убийства мужчины. В нем подозревали жительницу Темрюкского района К., а ее дочь Р. проходила в качестве свидетеля. У последней Сенгеров, согласно версии обвинения, и вымогал взятку в 300 тысяч рублей, обещая освободить ее мать от уголовной ответственности. 22 октября 2018 года состоялась встреча, во время которой Р. бросила сверток с деньгами на пол машины, принадлежащей отцу Сенгерова. 

Однако, как пишет издание “Аргументы недели”, версия обвинения выглядит абсолютно нелогично, в деле имеется множество нестыковок, и в распоряжении редакции есть документы, доказывающие непричастность следователя к совершению преступления.   

Сенгеров обвиняется в получении взятки в крупном размере (п.п. «б» и «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ). Однако на тот момент у него не было полномочий, чтобы принимать необходимые для выполнения «договоренности» с Р. процессуальные решения. Сенгеров находился в отпуске, дело об убийстве было передано другому следователю, и нет никаких документальных подтверждений тому, что 22 октября дело вернулось обратно Сенгерову.

То есть квалификация по статье 290 вызывает большие вопросы. Следствие настаивает на получении взятки, хотя тут можно «пришить» максимум покушение на совершение мошенничества. Ведь Сенгеров никак не мог повлиять на ход дела, которым он на тот момент не занимался. 

Возникает большой вопрос, кто заинтересован в том, чтобы предъявить экс-следователю обвинение по более тяжкой статье о получении взятки? С чем связан отказ переквалифицировать дело, несмотря на то, что на это есть все юридические основания? Почему дело дошло до суда, хотя в нем масса процессуальных нарушений? 

Нарушения по делу

Все нарушения по делу Сенгерова можно перечислять очень долго. Начиная с того, что следственные действия по составлению протокола осмотра места происшествия начались без участия адвоката. В материалах должны быть расходный кассовый ордер или банковский чек о получении оперуполномоченным наличных денег, которые затем оказались в машине отца Сенгерова. Выходит, что для проведения оперативных мероприятий использовались личные средства сотрудника правоохранительных органов, а это запрещено законом. Следовательно, все доказательства, где фигурируют эти наличные, должны быть признаны недопустимыми. 

В материалах дела фигурируют предоставленные Р. аудиозаписи ее разговоров со Сенгеровым, однако они не совпадают по длительности с детализацией звонков, которую предоставил сотовый оператор. Кроме того, так и не была проведена лингвистическая экспертиза этих записей. Напрашивается вопрос, не могли ли быть действия Р. намеренной провокацией. Но, похоже, суд им задаваться не намерен, судя по тому, что на все прочие УПК нарушения он не обратил никакого внимания. Процесс уверенно движется к обвинительному приговору. 

Территориальная подсудность

Еще одна важная деталь этого дела — вопрос территориальной подсудности. Задержанный в Темрюкском районе Краснодарского края (ЮФО) Константин Сенгеров был почему-то спешно отправлен в изолятор временного содержания Ессентуков. А это уже не только другой регион, но и другой федеральный округ — Ставропольский край, СКФО.  

Какая-либо процессуальная мотивация по передаче материала проверки в отношении Сенгерова в Главное следственное управление по СКФО отсутствовала. Причины передачи расследования из одного региона в другой не раскрываются. А в соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ, любое постановление дознавателя, следователя, прокурора или судьи должно быть мотивированным. 

Конечно, согласно УПК, уголовные дела могут быть изъяты и переданы куда угодно и как угодно. Но в данном случае в Северо-Кавказский округ передавалось не уголовное дело, а материалы проверки, а дело даже еще не было возбуждено. 

Более того, аналогичная ситуация была предметом рассмотрения в Конституционном суде РФ, о чем 7 февраля 2013 года за №132У вынесено определение, в котором указано, что нарушение о подследственности влечет нарушение подсудности в досудебной стадии, это когда следственный орган идет с ходатайством в ненадлежащий суд.

Пролить свет на ситуацию, в которой оказался Константин Сенгеров, может только грамотное и юридически правильное рассмотрение его уголовного дела. Но надежды на это тают с каждым днем. 

Причем изначально ситуация не казалась безнадежной. Тактика адвокатов работала, обвинение пребывало в замешательстве, а суд проявлял объективность. Однако все изменилось буквально в одночасье. Вдруг все ходатайства защиты стали отклоняться, доводы обвиняемого не перестали приниматься во внимание и дело приобрело явно обвинительный уклон и вернулось в ЮФО — сейчас его рассматривает Темрюкский районный суд. 

На сегодняшний день дело Сенгеров изобилует путанными формулировками, неточностями в датах, отказами от обязательных экспертиз и фальсификацией доказательств. Плюс к этому — необоснованно долгое содержание под стражей. 

Но чем же закончилось дело об убийстве, с которого и начались мытарства Сенгерова? Его главная фигурантка отделалась условным сроком. Обвинения в отношении нее переквалифицировали на более мягкую статью, и вместо убийства судили за превышение пределов необходимой самообороны. 

Тут можно задаться вопросом, не сидит ли бывший следователь уже 18 месяцев в СИЗО только потому, что кому-то понадобилось устранить неудобного человека?