Казахстану снова «понадобилась» Волга, при наличии «сочувствующих» в РФ?
Давние проекты по решению водохозяйственных и экологических проблем Казахстана за счет водных ресурсов России опять выдвигаются в повестку дня. В начале февраля с.г. это проявилось в ходе переговоров в Волгограде казахстанского посла в РФ Ермека Коршебаева с губернатором Волгоградской области Андреем Бочаровым.
В ходе встречи посол Казахстана заявил: «…Волгоградская область граничит с областью Казахстана. И Волгоград по границе с Казахстаном сейчас разрабатывает проекты мелиорации. Можно было бы сделать совместный проект: речь идет не только о том, чтобы почистить пограничную реку Торгун, но и о доставке воды из Волги (выделено ВПА). Это очень интересно. Там, где будет мелиорация, – там будет решен вопрос кормовой базы, кормовая база дальше – это развитие животноводства».
Напомним, что такой проект начал реализовываться в начале 50-х, но вскоре был отменён, ввиду негативных экологических последствий для саратовского и сталинградского Заволжья. Затем о том же проекте в Казахстане «вспомнили» в середине 1970-х, в начале 2010-х годов, но возобновления реализации мелиоративного канала Волга-Урал не последовало. Теперь – новый «вброс».
Отметим, что казахстанская сторона недавно «вспомнила» и проекте Казахской ССР середины 1960-х годов – о переброске в прикаспийский сектор реки Урал сопредельного Кигача – левого рукава Волги (Астраханская область). Этот проект не реализовывался, но «напоминание» о нём снова показало, что решение проблем природопользования на западе и северо-западе Казахстана, где по-прежнему весьма актуальна проблема деградации почв, в том числе сельхозугодий, видится в Астане за счет российских водных ресурсов.
Ещё в 2013-м на Круглом столе в Саратове по поводу восстановления проекта Волга-Урал, инициируемого Казахстаном, указывалось, что такой проект способен обезводить нижнее и среднее течение Волги, привести к опустыниванию сопредельной с Казахстаном части российского Заволжья. Как отметила модератор этого форума, эксперт по водно-экологическим проблемам Ольга Пицунова, почти все участники дискуссии сочли означенную идею, «мягко говоря, нецелесообразной, если не бредовой. Даже если бы мы смогли «отщипнуть» от Волги часть вод, Уралу это не поможет». Эксперт пояснила, что обводнение Волги «происходит на 100 % только раз в 5 лет, в низовьях Волги есть потребность в воде. Здесь (т.е. в решении водохозяйственных проблем сопредельного региона Казахстана. – Прим. ВПА) нужны другие решения, в частности, политическая воля Казахстана, чтобы решать проблемы не за счет ресурсов другой страны».
Между тем, следы строившегося в начале 50-х канала остались на территории «от Волжского речного порта до автотрассы Волжский – Энгельс (здесь канал остался с водой), между Волжским и дачными обществами «Вишенка» и «Здоровье химика» (здесь с водой не засыпанная часть канала). А также по дороге от волжских предприятий на лиман (здесь часть канала сухая, а часть залита водой от лимана)».
Вероятно, казахстанскую сторону и по сей день вдохновляет и не выполненная итоговая резолюция 25 съезда КПСС (март 1976 г.): «…Возможности наших земель велики. Жизнь настоятельно требует форсированного строительства канала Волга — Урал, новых групповых водоводов на целине, использования запасов подземных вод. Настало время рассмотреть и проблему Арала, пополнения питающих его рек. Всё это окупится сполна, обеспечит бурное индустриально-аграрное развитие новых, исключительно перспективных зон в интересах всей Советской страны». Вскоре после XXV съезда КПСС, в 1976 г. СССР для оценки проекта Волга-Урал приглашались эксперты-гидрологи и экологи Польши и Венгрии, где издавна действует сеть национальных и трансграничных каналов (в т. ч. мелиоративных). Эти эксперты пришли к выводу о том, что проект не поможет р. Урал из-за неизбежного испарения / потерь не менее 40% направляемой волжской воды по маршруту канала, и даже в трубном варианте (из-за хронического перегрева почв на большей части канальной трассы, что скажется на температуре внутри водопоставляющих труб). И ввиду малоидентичного биохимического состава волжской и уральской воды. Возникнут также риски обмеления Волги в районе «отправки» воды в Урал и, соответственно, частичного сокращения водообеспечения примыкающего района и действующих там мелиоративных сетей.
Между тем, в сентябре 2015 г. возобновилась подача волжской воды на некоторые прежние участки канала в саратовском Заволжье, причём по инициативе некоторых депутатов Госдумы РФ. В этой связи, резонно предположить, что упомянутая инициатива казахстанского посла наверняка связана со «встречным» лоббизмом с российской стороны?..
Алексей Балиев