На чувашскую сцену вернулась поэма Константина Иванова «Нарспи»

Гимн национальному искусству

«Одуванчик ярко-желтый средь травы цветет в степи, а в Сильби растет девица с редким именем Нарспи…» Эти строки, написанные в начале XX века классиком чувашской литературы Константином Ивановым, знакомы каждому. 5 и 6 декабря они вновь зазвучали с подмостков Чувашского академического драматического театра, увенчанного именем Константина Васильевича. Инсценировка его поэмы «Нарспи», осуществленная при поддержке Гранта Главы региона, стала настоящим гимном чувашскому искусству. Министр культуры, по делам национальностей и архивного дела Чувашии Светлана Каликова поблагодарила всех создателей и участников спектакля и подчеркнула, что он наполнен искренней любовью к традициям и культурному наследию народа.

Поэма «Нарспи», вернувшаяся на сцену после долгого перерыва длиной в несколько десятков лет, относится к рангу тех редких произведений, которые, с одной стороны, абсолютно самодостаточны в плане содержания, драматургии и глубины авторского высказывания, а с другой — не могут существовать обособленно, вне национально-культурного контекста. Именно поэтому «Нарспи» обрела жизнь не только на бумаге (впервые сочинение было опубликовано в Симбирске в 1908 году в сборнике «Сказки и предания чуваш»), но также в живописи и графике, в опере и балете, в скульптуре и даже стрит-арте. А череда ее постановок — это, по сути, история развития всего чувашского драматического искусства, по их образной составляющей можно проследить и эволюцию театрального языка, и трансформацию художественно-выразительного лексикона, и то, как менялся на подмостках социально-общественный аспект.

Текст инсценировки, то есть «расклад» стихотворного первоисточника по ролям, в разное время писали Петр Осипов и Яков Ухсай, Александр Калган и Василий Алагер. На профессиональную сцену поэма шагнула в 1922 году, режиссером выступил основатель Чувашского драмтеатра Иоаким Максимов-Кошкинский, который также запомнился зрителям в образе Сетнера (Нарспи играла Ольга Ырзем). Над эскизами декораций и костюмов трудился Моисей Спиридонов. К слову, отзывы были неоднозначными и несколько критичными. «Спектакль представлял собой довольно красочное зрелище о жизни и быте патриархальной чувашской деревни, о судьбе двух несчастных влюбленных, трогательной, но не более, — отмечала театровед Фаина Романова. — Постановка не приобретала социальный, обобщающий смысл. Но первых зрителей она покорила своей живописностью: на их глазах воссоздавалась жизнь чувашской деревни во всем разнообразии ее красок. Колоритно, с соблюдением всех ритуалов, проходили сцены молодежных хороводов, свадеб (в доме невесты, отдельно — в доме жениха). С подмостков звучали знакомые с детства народные мелодии. Все это не могло не трогать».

В 1941 году за материал взялся Леонид Родионов, который впоследствии возвращался к поэме в 1945, 1948, 1960, 1979 и 1989 годах (последняя версия постановки была создана в тандеме с Валерием Яковлевым). «Спектакль стал выражением возросшего чувства национального достоинства, чувства равного среди равных в большой семье советских народов, — делилась наблюдениями Фаина Романова. — Да, он был красочным, музыкальным, зрелищным, но и не только. Театр прорывался к социально-историческим реалиям произведения… И художественное оформление Юрия Зайцева, то передавая лирический пейзаж типичной чувашской деревни, то раскрывая драматическое начало в сцене встречи героев в лесу, несло собой нечто близкое и родное». Для большей масштабности и монументальности визуального решения в спектакль даже привлекли силы извне. В массовых сценах были задействованы воспитанники театрального отделения Чебоксарского музыкального училища, артисты Чувашского ансамбля песни и пляски и симфонического оркестра, с костюмами помогали работницы Чебоксарской швейной артели имени Ленина и Альгешевской артели «Вышивка».

В новой постановке «Нарспи», уже собравшей два аншлага, тоже не обошлось без стороннего «вмешательства», благодаря чему повествование набрало в объеме, массе и зазвучало еще более полновесно, сочно и убедительно. К примеру, наряду с главными режиссером и художником театра Дмитрием Мироновым и Валентином Федоровым, а также композитором Лолитой Чекушкиной, сочинившей музыку ко многим спектаклям текущего репертуара, к процессу подготовки премьеры «приложила руку» целая команда приглашенных мастеров. Это режиссеры по пластике Менгилен Сат и Аида Цомаева, художник по свету Ильшат Саяхов и несколько консультантов: по чувашскому фольклору (Людмила Петухова), по народным танцам (Людмила Нянина), по национальным костюмам (Надежда Сельверстрова) и по традициям, обрядам, мифологии и этнографии чувашей (Надежда Иванова). В качестве художественного руководителя постановки заявлен Борис Манджиев, который вновь приехал в Чебоксары из Элисты, чтобы подарить нашим театралам частичку своего мастерства и нестандартного режиссерского видения классических шедевров.

Воплощенная на подмостках история действительно удивила оригинальностью прочтения, свежестью взгляда и современностью образных характеристик, граничащей с данью традициям и стремлением сохранить все лучшее, что есть в произведении, художественные ресурсы которого поистине неисчерпаемы. И если в постановках XX века был явственно ощутим уклон в сторону бытовизма и натуралистического изображения реальности, то теперь инсценировку «наводнили» аллегории и символы, придающие сюжету, «замешанному» на проблеме классового неравенства и социальных предрассудков, оттенок обобщенности и условности. Тут и кнут в руках Тохтамана, обвивающий шею Нарспи подобно тугой висельной петле, и мистический звон колокольчика как предупреждение о приближении чего-то нехорошего, рокового и бесповоротного, и судьба в обличье ветлы, буквально идущая за героями по пятам и опутывающая их своими шелковистыми косами. «Окидывая взглядом сценическую историю поэмы, отдавая должное участникам спектаклей разных лет, заметим, что театр еще не создал такой вариант, который удовлетворил бы каждого знающего ее оригинал», — писала Фаина Романова во второй половине прошлого столетия. Надеемся, что новая постановка «Нарспи» исправит это положение.